Страница 53 из 69
Через несколько месяцев, когда Эльфи добирается до четвёртого окна познания, Несса начинает ныть, что и ей пора начать учиться. Эльфи вовсе не горит желанием делиться со своей сестрой этим новым чувством освобождения. Но если и Нессу допустят к учёбе, то хотя бы посадят вне поля зрения сестры – поскольку Эльфи уже миновала угол здания. Скорее всего, она будет сидеть на первой веранде, расположенной под прямым углом ко второй. (О, прямой угол, девяносто градусов! Подумать только, раньше Эльфи вовсе ничего не знала о градусах – а ведь всё это время они тихо и тайно держали столешницы! Удерживали их на весу наперекор гравитации, этой докучливой жадной попрошайке.)
Эльфи изо всех сил старается не допустить этого. Уверяет, что Нессу нельзя отпускать на учёбу одну – а у няни нет возможности проводить все дни вместе с ней в школе. А сама Эльфи так далеко продвинулась вперёд, что тоже никак не сможет вернуться обратно в «детский сад», к первым окнам.
Няня склонна согласиться – по крайней мере, у неё совершенно нет желания часами сидеть на веранде, слушая уроки, которых она не понимала ещё в возрасте Нессы, а теперь не поймёт и подавно. Смотрите-ка, наш Панци с каждым днём становится всё более непослушным! Няне и без того довольно хлопот с тем, чтобы держать его в узде. Панци, здоровый, крепкий, с обычным цветом кожи, болтается с мальчишками своего возраста из Оввельса, ещё слишком маленькими, чтобы отправиться вылавливать зеленной жемчуг. Но о нём уже поговаривают, будто он дурно влияет на других. К ним приходят чужие родители и советуют держать его построже. Нет, это немыслимо – сейчас няня никак не может оставить свои обязанности. Панци необходимо воспитывать, а Фрекс занят на службе. Нет, няне очень жаль, но с образованием Нессы придётся подождать.
— Какая жалость! – с облегчением вздыхает Эльфи.
Но тут в помощницы Нессы неожиданно вызывается Лей – она готова поддерживать девочку, когда та поднимается по ступенькам, поить её водой, даже помогать ей с личной гигиеной.
— Ты нам не родня! – гневно вскидывается Эльфи. – Отец, ну правда же!
Фрекс поднимает голову от стола – он пишет заметки к завтрашним мероприятиям: проповедь, богослужение, сбор пожертвований. Мягко возражает:
— А почему нет? Это может пойти Нессе на пользу.
— Мама бы ни за что этого не позволила. Она пришла бы в ужас.
— Ты зря так думаешь о матери, – неожиданно строго произносит Фрекс. – Мелена получила лучшее образование, чем я. Во многом я полагался на неё, когда мне удавалось добиться её внимания. Твой ум тоже идёт от рода Троппов. Если тебе самой нравится этот эксперимент с учёбой – ты должна быть благодарна именно ей.
Таким образом Несса тоже начинает ходить учиться в общинный дом. Она продвигается вперёд не так быстро, как Эльфи, – и ту это втайне радует. Но тем не менее она не недотёпа.
Однажды Несса спрашивает сестру:
— Как думаешь, наша мать была женщиной.. лёгкого поведения?
— Я не знаю, что это значит.
— Потаскухой, – выплёвывает Несса и тут же поджимает губы, исторгнувшие злобное слово: как будто пытается восстановить благопристойность.
— Этого слова я тоже не знаю и не хочу знать.
Тем временем Лей всё плотнее вплетается в ткань жизни их семьи. Это замечают все, кроме Фрекса. Но он так же не замечает ни нянины катушки ниток на полу, ни дерзкие выходки маленького Панци.
49
Как-то утром с няней случается припадок ипохондрии, и Эльфи приходится помогать Нессе одеваться на уроки. Шаря в маленьком сизалевом мешочке с личными вещами сестры в поисках щётки, чтобы расчесать Нессе волосы, Эльфи замечает на самом дне что-то блестящее и извлекает предмет наружу.
— Откуда это у тебя? – требовательно спрашивает она, показывая сестре кольцо из тусклой латуни.
— Это мамино, – отвечает Несса. – Обручальное, наверное.
— Но как оно попало к тебе?
— Точно не помню. Вроде бы няня говорила, что мама сняла его в ночь, когда рожала Панци. Да, точно, я уверена. Я сама видела. У неё опухли пальцы, и кольцо стало жать.
— Зачем ты его хранишь?
— Не смотри на меня так, словно я гиена на пиршестве. Храню – потому что хочу хранить.
— Это не ответ, – вскипает Эльфи, сама не понимая, отчего это так её злит. – Почему оно досталось именно тебе? У тебя же даже пальцев нет, чтобы его носить.
— Может, именно поэтому оно и должно быть у меня, – резко отзывается Несса, но тут же смягчается. – В тот момент, когда у няни наконец получилось снять это кольцо, я заметила след, который остался у мамы на пальце.
— Ну и? Что за след?
— Эльфи, – проникновенно говорит Несса, – у неё на пальце отпечаталась зелёная полоска. От латуни кожа стала зелёной. Мне кажется, это сближает меня с тобой.
— Ты врёшь как дышишь, – ворчит Эльфи. Но это её обычный ответ, на деле она сама не знает, верить или нет. – Всё ещё надеешься, что у тебя вырастут руки?
— Если вырастут и если на них появятся пальцы, то часть меня тоже сможет стать зелёной. Тогда мы сделаемся ближе как сёстры.
— Хм, – теряется Эльфи. – Сильно сомневаюсь, – наконец заключает она. Затем: – И всё же как кольцо оказалось у тебя, а не у няни?
— А как ты думаешь? – холодно парирует Несса, не пытаясь больше изображать сестринскую близость. – Я его заколдовала. Ты же сама меня учила колдовать, разве забыла? – Её лицо – точно мигающая фальшивая гирлянда из лжи и уловок. – А теперь положи его обратно, не то уже я примусь за дело и устрою тебе такие неприятности, что ты здорово пожалеешь.
Эльфи подчиняется и дрожащей рукой опускает мамино кольцо обратно в темноту мешочка.
50
Эльфи переводят на следующую ступень. Пятую – за столько же месяцев. Теперь она, словно комета, скользит по орбите звёздного скопления девочек, близких ей по возрасту. В этом классе нет окон, только двойные двери, в которые входят и выходят ученицы. Поэтому Эльфи подходит к двери не сразу: ждёт, пока остальные рассядутся по местам. Если появляться и уходить по собственному расписанию, то можно меньше стыдиться, что её нарочно избегают взглядом.
Изучать этих девочек – это отдельный пласт образования вне утверждённой учебной программы. Их лукавый смех, непонятные шуточки, тайные союзы и обиды, периодическое нежелание работать на уроках. Эльфи становится невольной слушательницей их загадочных взаимодействий. Это завораживает её не меньше, чем сам предмет, хотя в основном ей всё-таки хочется, чтобы ученицы угомонились и дали учителю вести занятие. Жизнь в обществе утомительна.