Страница 198 из 214
Чем дальше она рассказывала, тем острее сознавала всю чудовищность содеянного. Печаль и раскаяние не уходили, но пожиравшее ее душу отчаяние из черного постепенно становилось темно-серым.
Когда Идаан договорила последнюю фразу и поняла, что слов больше нет, за окнами уже начали выводить трели предрассветные птицы. Значит, эта ночь все-таки закончится.
Идаан вздохнула:
— Ответ получился длиннее, чем ты рассчитывал.
— Главное, что ты ответила, – сказал Семай.
Идаан села и откинула назад упавшие на лицо волосы. Семай не двигался.
— Хиами однажды сказала мне: чтобы стать хаем, надо утратить способность любить. Теперь я понимаю, почему она в это верила. Но такого не случилось. Не случилось со мной. Спасибо тебе, Семай-кя.
— За что?
— За то, что любишь меня. За то, что защищаешь. Я даже не догадывалась, как сильно хотела тебе рассказать. Все это.. было так тяжело. Ты понимаешь?
— Да, – сказал Семай.
— И злишься теперь на меня?
— Конечно нет.
— Ты в ужасе?
Идаан в темноте услышала, как Семай пошевелился. Молчание затянулось, и ее сердце с каждым ударом сжималось все сильнее.
— Я люблю тебя, Идаан, – наконец сказал он.
И она снова почувствовала, как по щекам покатились слезы, но теперь их причина была иная. Не радость, нет, но, возможно, облегчение.
Идаан наклонилась в темноту, нашла его тело и обняла. Теперь уже она его поцеловала. Она открылась ему в содеянном, а сейчас открывалась в телесной близости.
Семай как будто не хотел ей отвечать, как будто боялся, что, овладев ею, разрушит то более глубокое единение, создавшееся, пока длился ее рассказ.
Но Идаан в темноте увлекла Семая в спальню, распахнула свой и его халаты и ласкала его, пока он не забыл о своих страхах. Ей стало так легко, словно она парила во сне.
После Идаан уютно устроилась в его объятиях. Она чувствовала себя защищенной и засыпала в покое, какого не ведала уже несколько лет.