Страница 146 из 180
– Это не Джамбул, – промолвил Артём.
Он теперь стоял рядом с Сергеем Николаевичем.
– Что значит
не Джамбул
?
– Твой сын прав, – глухо ответил монгол. – Я не Джамбул.
– Да вы тут спятили, что ли? – Сергей Николаевич выругался. – Давайте без спектаклей. Нам нужно бежать.
– Меня зовут Чартымай.
– Что это значит?
– Это значит, папа, – пояснил Артём, – что твой проводник – урух.
– Но… Постой…
– Более того, он и есть тот саянский охотник, о котором говорил Толжанай.
Сергей Николаевич мотнул головой. Не хотел верить тому, что слышит.
– Саян-мерген, – кивнул Чартымай.
– Но… как? – с горечью прошептала Марина.
Она пряталась за сыном, держалась за его плечи. Измученная, едва стояла на дрожащих коленях.
– Почему ты пустил нас? – насторожённо спросил Артём.
Он не знал, насколько опасен монгол, и хотел разобраться в происходящем.
– Я много раз предлагал вам уйти. Вы сами выбрали свой путь.
– Ты мог нас убить. Но не сделал этого. Почему? – настаивал Артём.
Солонго обогнула беглецов. Словно хищник, кружащий вокруг жертвы, готовящийся к броску.
– Сол, объясни, – не оборачиваясь, попросил Артём. – Что бы ни случилось дальше, мне кажется, мы заслужили объяснения.
В ответ была тишина. Слышалось лишь громкое, беспокойное дыхание папы.
– Мы в вашей власти, – продолжил Артём. – У нас нет оружия, и нам всё равно не уйти. Так хоть объясните.
– Что ты хочешь знать? – промолвил Чартымай.
– Почему? Почему ты не убил нас раньше?
– Саян-мерген ошибся… – тихо, шипя, протянула Солонго.
Артём осторожно приблизился к ней. Мама, лишившись опоры, вздохнула, какое-то время ещё постояла на месте и опустилась на камни.
– Саян-мерген должен искупить ошибку, – всё так же тихо сказала Солонго.
Артём боялся пошевелиться, словно этим мог отпугнуть монголку.
– Когда Чартымая посвятили в Стражи, злой Эрге, сын Олохоя, предрёк ему много страданий. Сказал, что он станет последним. Что других саян-мерген не появится. Эрге давно ушёл в Священную рощу, туда, где ходит только Олохой. Ушёл к Матери. Но его предсказание всегда висело над Чартымаем.
– Он не твой отец? – прошептал Артём. – Тебя украли?
– Моя мать стала женой Чартымая.
Артём кивнул, показав, что понимает эти слова.
– Должен был родиться ол, но родилась кэс. Кэс не могла стать Стражем. Её следовало убить. Чартымай не позволил. Сказал, что других у него не будет. Олохой простил. Чартымай доказал остальным свою силу. Но ошибся. Чужак приблизился к Священной роще. В месяц айкыслай, когда цветёт сарана, он принёс смерть.
– Дедушка… – Артём насторожился. – Ты говоришь про моего дедушку?
– Ворон узнал его планы. Увидел его карты. И сказал Чартымаю.
– Кто… что… О чём ты? Какой ворон? – рассеянно прошептал папа.
– Ворон не ошибся. Знал, что не все следы развеяло. Знал, что придут другие. И пришли вы.
– Ворон… Гускун из Кырена… Участковый! – догадался Артём, вспомнив разговор, подслушанный ночью во дворе дедушкиного дома.
– Да, – Чартымай кивнул. – Он уже ходил по вашим комнатам, искал карту. Но не нашёл. А потом появились вы, и кто-то устроил в доме погром. Кто-то искал, значит, было что искать.
– Дедушка! Что случилось с дедушкой?!
– Виктор Каюмович догадался, что я без всяких карт и рисунков хорошо знаю путь. Сбежал. Сумел запутать следы. Я решил, что он испугался и вернулся в Кырен. Я отправился в село, торопился перехватить карту. Сжечь её вместе с рисунками. Тогда не пришлось бы никого убивать. Эрге говорил, что меня погубит моё сердце. Когда я понял, что твой дедушка меня обманул, было слишком поздно. Я не успел его остановить. Он увидел Священную рощу. Увидел воинов Урух-Далх. Он взял золото. Взял то, что принадлежало Матери.
– Что с ним случилось?! – сжав кулаки, повторил Артём.
– Он ничего не боялся. Пошёл во второй раз. Я ждал. Мы встретились на берегу озера. На берегу Ишхэн-Ехе-Нура. Он почувствовал, что я близко, что я пришёл за ним. Виктор Каюмович разрезал тент. Попытался убежать.
– И ты? Ты его убил?
– Олохой его принял. Как раньше принимал других. Я саян-мерген. Никто не должен знать пути к Священной роще. Но мой прадед ошибся, не заметил беглого преступника.
– Дёмина?..
– И это было началом наших тревог.
– Ну что ж, вашим тревогам пришёл конец! – крикнул папа. – Теперь все знают, как найти вашу Священную рощу!
– Ты можешь жить, – прошептала Солонго в самое ухо Артёму.
– Что?
– Чартымай привёл вас сюда, чтобы оставить тебя. Ты должен стать одним из Урух-Далх.
– Ерунда какая-то… – качнул головой Артём.
– Всё закончилось, Джамбул! – продолжил папа. – Карта и рисунки опубликованы в моей газете. О нашей экспедиции знает весь Иркутск. Что бы с нами ни случилось, сюда придут другие. И даже тысячи таких, как ты, не смогут защитить это место.
– Ты говоришь неправду, – спокойно ответил Чартымай.
– Ошибаешься. Толжанай знал. Поэтому и решил бежать с нами. Сообразил, что лучше жить с нормальной женой и нормальным ребёнком, чем загибаться тут в пещерах. Вот его слова. Он сказал, что начинается Исход и всё, что здесь происходит, все ваши дикие обряды, от которых он отрёкся, уже никому не нужны.
– Серёжа… – прошептала мама.
– И всех вас с вашим великим шаманом посадят в клетку и повезут по городам показывать как любопытный экспонат. Живыми или мёртвыми – зрителям неважно. А тут сделают заповедник. И будут на вертолётах возить сюда туристов. Понимаешь? Всё кончено! Опусти ружьё!
– Останься! – Артём почувствовал дыхание Солонго. – Вас бы давно убили, но не сделали этого. Саян-мерген должен искупить вину. И он привёл Урух-Далх новую кровь. Тебя.
– А мои родители?
– Они сами выбрали свой путь. Ты не должен идти за ними.
– Я так не могу.
– Олохой уже согласился. Мы с тобой принесём нового Стража. Мальчика. Он продолжит наш род. И предсказание Эрге забудется.
– Безумие… Сол, это безумие! Послушай, что говорит мой папа. Он говорит правду. Я не знаю, что означает ваш Исход. Но догадываюсь, что ничего хорошего. Ты должна уйти с нами. Вы оба ещё можете спастись. Неужели ты не понимаешь?