Влад

– Что со мной случилось? – Из его груди вырвалось низкое рычание, и Елена обомлела, когда его руки сдавили ей плечи. – Позволь мне освежить твою память! Мой отец был вынужден отдать меня с братом еще детьми проклятым туркам ради сохранения мнимого мира! Тебя не было там, когда нам постоянно грозила лютая смерть. Мы были бесправными заложниками, и с нами могли сделать все что угодно. Мой младший брат, мой Раду, за которого я готов был перерезать султану горло, предал меня, оставшись на той стороне и превратившись в султанского фаворита. А теперь Раду стал моим злейшим врагом и мечтает занять мой престол! Тебя не было там, когда моего отца зарезали его сторонники, а старшему брату Мирче выжгли глаза. Его заживо похоронили! Я сам видел могилу, видел изуродованное тело. Мирча медленно и мучительно умер во тьме, невыносимо страдая! Я поклялся отомстить всем и пообещал, что сделаю все, чтобы на моей земле не осталось ни одного предателя, ни одного человека, который посмеет хоть на долю усомниться в моей власти или в моих решениях. Возвращаясь домой, я рассчитываю найти здесь убежище рядом с тобой, но что я вижу? Ты тоже сомневаешься во мне? Так?

– Нет! – Ее сдавленный крик разнесся эхом. – Я боюсь, что если ты не остановишься, то случится непоправимое. Неужели ты хочешь утопить все в крови? Неужели нельзя иначе?

– Ты не слушала меня! Знаешь, чем я занимался почти всю свою жизнь? Выживал среди злобных, ненасытных хищников! Но они преподали мне множество ценных уроков. Я оказался хорошим учеником и усвоил одно: хочешь жить – бей первым! Ты должна это знать. Нас повсюду окружают одни враги. У меня наберется не так много сторонников, и многие только и ждут, что я проявлю слабость. Но этого не будет! Я не дам им такой возможности. Слишком уж долго я был игрушкой в чужих руках, скитался и прятался. Теперь просто так не сдамся. И если ты не хочешь понять меня…

Он замолчал, резко отпустил Елену и отошел к окну. Она медленно осела на пол: ноги больше не держали.

Это не мог быть он! Тот, кому она отдала свое сердце и поклялась быть верной спутницей. В том, с каким бешенством он говорил, Елена услышала страшный ответ на свой вопрос.

– Говоришь, что ждала меня?

Его равнодушный и холодный тон больно задел Елену.

– Мои дни и ночи были полны предвкушения нашей встречи, – тихо сказала она, стараясь, чтобы голос не срывался.

– Чтобы, когда это произошло, ты начала сомневаться во мне?

Она не знала, что ответить, и он добавил с горечью:

– Учитывая мою неоправданную жестокость, ты была довольно смелой, чтобы заявить мне это в лицо. Но куда больше меня задевает твое недоверие. Как ты можешь любить того, кому не доверяешь?

Его голос становился жестче, и Елена уже жалела, что заговорила с ним о том, что мучило ее. Наконец она собралась с духом и спросила:

– Разве люди, доверяющие друг другу, не могут задавать любые вопросы, не опасаясь при этом?

Он глубоко вздохнул.

– Не стоит спрашивать о том, что ты не готова будешь узнать. Уезжая отсюда, я хочу быть уверен, что в моем доме все спокойно. А теперь, ко всему прочему, стану переживать и об этом тоже.

– Но ведь я все равно бы узнала рано или поздно, – прошептала она.

Не выдержав, он отошел от окна и опустился на колени перед Еленой. Она ощутила его руки на своих и дрожащими пальцами вцепилась в них.

– Тогда скажи. Если это все оказалось бы правдой – все, что говорят обо мне, – ты перестала бы любить меня?

Елена подняла мокрое от слез лицо, страдая от своих чувств.

– Скажи, – твердо повторил он.

– Нет…

В этот миг в ней зашевелилось презрение к самой себе, и она ощутила бесконечное отчаяние. Ответ Елены не был ложью, но и не мог принести ей желанного успокоения.

– Я защищаю нас так, как могу и умею. И мне будет очень больно, если мы утратим доверие друг к другу. Понимаешь?

У Елены хватило сил лишь для того, чтобы молча кивнуть. Она еще не готова была выбирать. Особенно сейчас, когда прильнула к нему и обняла слабыми руками.

Мужское лицо в полумраке померкло.

– Госпожа Рошу…

Кто-то легонько коснулся ее плеча, и Елена открыла глаза. Она задремала в кресле на террасе, слушая пение птиц в саду. На коленях лежала раскрытая книга. Видение понемногу исчезало из памяти, оставляя чувство чего-то очень знакомого и тревожного. Над ней склонилась Аника, спрашивая о самочувствии. То, каким обеспокоенным и бледным было ее лицо, заставило Елену встрепенуться и сбросить наваждение.

– Что-то случилось?

Горничная прижала ладони ко рту.

– Я испугалась, увидев вас тут. Подумала, что вы тоже… – Она замолчала, борясь с подступающими слезами. – Ах, отчего вы не носите крестик?

– Что? – Елена ничего не могла понять, слушая сбивчивую речь Аники. – О чем ты?

– Одну из служанок нашли бездыханной в постели. Видно, умерла прямо перед рассветом. Никто ничего не видел и не слышал. Господин Петру уже отправил за приставом и доктором, который живет в деревне. Скоро приедут осматривать тело. Но я точно знаю, отчего она умерла, – шепотом добавила горничная.

– И отчего же?

Аника наклонилась еще ниже, словно боялась, что их могут подслушать. Такой испуганной Елене еще не доводилось ее видеть.

– Мертвяк за ней пришел, госпожа. А это значит, что нам всем грозит опасность.

Елена бессознательно потерла место укуса, который уже заживал. При воспоминании о том, что случилось в лесу, в нем тут же отозвалась пульсирующая боль.

– И что нам делать?

– Надо, чтобы господин Петру и тот пристав перестали вмешиваться. Крестьяне очень недовольны, что им мешают. Конюх сказал, что ночью господин Петру и тот молодой господин, его приятель, тайно покидали поместье. Конюх видел, что у них с собой были ружья и пистолеты. Оба вернулись ближе к утру. Об этом ему было велено молчать, но мне он рассказал.

Эта новость заставила Елену вскочить. Над Петру нависла угроза!

– Он не ранен? – с тревогой спросила она.

– Нет, с ним все в порядке. Только устал, а теперь и очень рассержен. Я слышала, что он сказал тому господину… Как же его…

– Адриан, – подсказала Елена.

– Да, верно. Простите. В общем, господин Петру считает, что кто-то нарочно это устроил – убил служанку. Назло ему, потому что он отправился ловить преступников на кладбище. Мол, слишком странное совпадение. Труп нашли именно в эту ночь.

– А может, и правда совпадение?