Коргоруш

– Уж больно ты дерзкий! За это выкуп я тебе назначу немалый, – пригрозил он.

– Давай не тяни… те, – немного нахально потребовал мальчик, вынимая из кармана уже промокший кошелёк. – Вот мой кошелёк, а в нём, сколько попросите, есть.

Водяной прищурился и поднял кверху палец.

– Я тебя отпущу, если ты дашь за себя выкуп, равный мешку золота. В любом денежном эквиваленте. Только чтоб деньги были не бумажные, а то размокнут. И по курсу токийской товарной биржи – у них там нынче курс выгодный.

Мальчишка опешил: никак не ожидал он от водяного рассказа о курсе золота на всемирных биржах.

– Эм-м… – протянул он в ответ. – Не могли бы вы назвать точную сумму. Я что-то давненько курсы не проверял. Боюсь ошибиться.

Водяной недовольно булькнул и быстро произвёл какие-то расчёты, рисуя пальцем по воде.

– Да, ты прав, фиксированная сумма будет вернее, – в конце концов принял он решение. – Отпущу я тебя, ежели ты мне принесёшь мешок золота. И без всяких эквивалентов.

– А не обманете?

Водяной забулькал от возмущения пуще прежнего.

– Да ты что подумал? Да чтоб я?..

Но мальчишка не поддался на этот спектакль. Наученный горьким опытом, он решил никому не верить.

– Дайте мне такое слово, чтобы оно было крепче… – Он задумался: крепче чего должно быть слово водяного? Крепче камня? Так вода любой камень точит. Крепче железа? Так железо ржавеет от воды и тоже разрушается… – Слушай, дядя водяной, а у тебя… то есть у вас мама есть? – наконец спросил мальчишка.

– Есть. Водя́ной Море́вной величают. Самая красивая дочь морского царя, – не без гордости сообщил водяной.

– Вот и дайте мне такое слово, чтоб оно было крепче любви вашей мамы, – твёрдо потребовал мальчик.

– Что?! – снова забурлил водяной. – Чтобы я – да перед каким-то голодранцем…

– Вы золота хотите? – перебил «голодранец». – Тогда делайте, как я прошу. Я вот из-за вас сегодня нарушил данное маме слово. Не стыдно вам?

Водяной смутился.

– Да уж, нехорошо получилось. Ладно, даю тебе слово, которое крепче материнской любви, что отпущу тебя, когда… а вернее, если… ты отдашь мне в качестве выкупа мешок золота, – пообещал он пленнику. – Только к чему всё это? Откуда тебе столько золота взять?

Мальчик сунул руку в кошелёк – сработает ли? Ведь облюдок говорил, что нужно называть точную сумму, а тут «мешок». Какой мешок? Большой или маленький? Вдруг кошелёк откажется выплачивать такую цену?

В кошельке лежал маленький кусочек прохладного металла. Мальчишка достал его. На солнце блеснуло золотом.

– Эка! – изумлённо булькнул водяной.

Мальчик бросил золотой самородок речному чудищу.

– Держите! Можете считать, что это первый взнос.

Водяной обнюхал самородок и даже попробовал на зуб. Глаза его загорелись.

– Золото! Усохни мои родники! А ведь и верно – золото!

– Вы давайте-ка мешок тащите, чтобы отмерить выкуп, – распорядился мальчишка.

Водяной тряхнул бородой, освобождая пленника, и тут же нырнул на дно. Не было его довольно долго – видимо, искал куль побольше.

– Вот! – крикнул он, выныривая и бросая на берег мокрый зелёный мешок. – Ежели наполнишь его золотом, то, так и быть, отпущу тебя. А до той поры будешь моим работником.

– Да погодите вы! – Мальчик отпихнул ногой мохнатое зелёное щупальце, показавшееся из воды у его ног. – Дайте я мешок осмотрю.

– Смотри, смотри, – смилостивился речной дед. – Только не долго – солнце припекает, борода пересохла уже.

Мальчик расправил и осмотрел мешок, сплетённый из зелёных речных водорослей. На самом дне, в углу – там, где труднее всего было заметить, – нашлась дырочка. Мальчик потрогал её пальцем, и шов тут же охотно разошёлся, раскрывая дно мешка. «Ах, водяной, водяной! – подумал мальчик. – Всё-таки не удержался, обмануть решил».

– Нет, дядя водяной, этот мешок не подходит, – твёрдо заявил он вслух.

– Это ишшо почему? – возмутился старик.

– Да вот, полюбуйся! Дыра в твоём мешке. Сложу я выкуп в мешок, отпустишь ты меня, а пока будешь его домой нести, всё золото из мешка высыплется, и останешься ни с чем.

– Ох ты ж, лещики-карасики! – всплеснул хвостом водяной. – И верно – дыра! Вот спасибо за заботу! Недоглядел я.

Он тряхнул бородой, и водоросли затянули прореху, послушные воле речного хозяина.

– Ну, теперь другое дело! – Довольно улыбаясь, мальчишка стал раскладывать мешок на берегу. – Теперь-то ни одна песчинка из него не сбежит. Да?

– Ну-ну… – недовольно проворчал водяной и тут же встрепенулся: – Ты на что это намекаешь? Я тебя спрашиваю! Ты что же это там себе надумал?

– Ничего! Я просто сказал, что мешок без дырки мне будет легче наполнить, – пожал плечами мальчишка.

Речной дед понял, что его хитрость раскрыли, но всё равно что-то булькал, разыгрывая оскорблённую невинность, правда, уже не так громко.

А мальчик тем временем встал спиной к реке, чтобы водяной не подглядел, откуда он золото берёт, и потряс кошельком над разложенным мешком. Посыпался поток золотых песчинок. Нужно было только вовремя расправлять загибающиеся края да следить, чтобы мешок не опрокинулся.

– Вот, – наконец сказал мальчик, отходя в сторону и демонстрируя водяному выкуп. – Снимайте с меня вашу метку, забирайте мешок, да я пойду.

«Бульк!» – икнул водяной.

– Это чего это? Всё, что ли? Откуда ж ты взял столько? – забурлил речной хозяин, оглядывая мешок.

– А это уже моё дело, – расхрабрился мальчишка. – Снимайте вашу метку. А если не нравится моё золото, так я его назад заберу.

– Нравится! Нравится! – суетливо и на этот раз очень членораздельно вскрикнул водяной, бородой подтягивая мешок к воде. – А метка моя? Так нет больше никакой метки.

Мальчик осмотрел плечо: там, где ещё недавно под кожей прорастали синие водоросли, остался только розовый след, похожий на шрам от ожога.

– Ну, я пошел? – уточнил он на всякий случай.

– Ступай, ступай, – махнул хвостом речной хозяин, обнимая увесистый мешок.

Мальчик повернулся спиной к реке и стал подниматься на высокий бережок, всё ещё не до конца веря, что ему удалось отделаться от принудительных работ в подводном царстве. Ну вот! Он справился сам, без всякой помощи.

– Эй, голодранец! – услышал он окрик водяного. – А ты не знаешь, зачем Коргоруш приходил-то?

Мальчик шлёпнул ладонью по лбу.