Коргоруш

– Смилостивься, батюшка! – вскричал Коргоруш. – Да как же я без воды-то? Засохну до смерти ведь!

Водяной снова зашёлся крякающим смехом.

– Ладно, – махнул он перепончатой ладонью, – дозволяю пить тебе из решета! Кхи-кхя-кхя-хя-хя-хя!

– Да как же? Где же это видано, чтобы из решета пить! – снова взмолился Коргоруш. – Дай мне хоть одно условие, чтобы я мог слово твоё переменить.

– А вот если хоть один глоток из решета сделать сумеешь, тогда и освободишься от слова моего, – пробулькал водяной и нырнул в омут. На прощание он обдал мальчишку и Коргоруша брызгами, поднятыми широким рыбьим хвостом.

Стало так тихо, что мальчику показалось, будто он слышит, как растёт прибрежный камыш.

Медленно, как во сне, Коргоруш спустился с дерева и пошёл к реке. Так же медленно он опустился на колени. Ленивая речная волна осторожно отодвинулась от протянутых к ней губ. Коргоруш пододвинулся ближе. Волна ещё откатилась. Тогда Коргоруш прыгнул в реку. Но покатился кубарем по песчаному речному дну. Да-да! Мальчишка не поверил своим глазам: вода расступалась перед его приятелем. Даже речной песок становился сухим, стоило Коргорушу попытаться прикоснуться к нему.

– Коргоруш! – позвал мальчик друга. – Что случилось?

– Это всё ты! – взвыл лохматый. – Ты во всём виноват! И зачем только я тебя встретил! Ай, горе мне! Горюшко!

Коргоруш превратился в кота и, жалобно мяукая, побежал на противоположный берег реки. Вода расступалась перед ним, оставляя на песке изумлённую рыбу и щёлкающих клешнями сердитых раков.

Удивленный мальчик огляделся по сторонам, будто бы надеялся, что рядом окажется тот, кто поможет разобраться в произошедшем. Компанию ему составляли только две большие ветвистые ивы, шелестевшие длинными листьями.

– Чего стоишь столбом? – услышал мальчик лопание пузырьков на поверхности речной воды. – Пора за работу приниматься!

– Чего? – изумился он.

– Ты дурачком-то не прикидывайся, – забулькал водяной, выныривая из омута. – Ты мне уже дважды в работники назначен. Первый раз я сам тебя выбрал – вон моя метка. Ты от неё не избавился – стало быть, согласен в услужение пойти. А второй раз Коргоруш мне тебя отдал.

– Он меня чего-о?

– А может, и не стоит мне тебя к себе забирать? – засомневался водяной. – Уж больно ты, братец, глуп.

– Коргоруш меня что? – повторил вопрос мальчик, не в силах поверить пучеглазому бородачу.

– Ты мне скажи лучше, – вместо ответа пробулькал водяной, – зачем он таку глупость учудил? Знал ведь, что не люблю я, когда со мной шутки шутят, а всё равно объегорить меня решился.

Мальчишка даже подпрыгнул от неожиданности, услышав знакомое… имя?

– Я не знаю, как он вас обманул, но это он не со зла, это он мне помочь хотел. Вы уж его простите!

– Тебе хотел помочь? Кхи-кхя-кхя-хя-хя-хя! Такой глупости давно я не слыхал! Интересно мне знать, как бы тебе помогла служба у меня на посылках? Кхя-кхя-кхя!

– В каком это смысле?

– В том, что он в качестве отплаты за мою помощь твою жизнь мне предложил. А ведь знал, негодяй, что я ещё надысь тебя к себе в слу́жки наметил. Вон она – метка моя.

– На чём вы меня наметили? На какой дысь?

– Эх, темнота! Не на чём, а когда! Надысь – это значит… как сказать-то?.. недавно то есть. На днях. Но ты мне зубы-то не заговаривай, – вдруг посерьёзнел водяной. – Айда в омут! Скоро полдень, жара. Нету у меня желания на солнце печься.

– Слушайте, ну зачем я вам сдался, а? Что я вам всем сделал?

Водяной нахмурил брови.

– А то ты сам не знаешь! Смеялся надо мной, воду в моём омуте мутил, камни кидал. Между прочим, сомику хвост ушиб. А теперь делает вид, что ни о чём не догадывается! Наворотил делов, теперь отвечай!

Водяной тряхнул бородой, и она, взвившись хлыстом, опутала ногу мальчишки, потянула в воду. Тот упал, перевернулся на живот и, цепляясь руками за траву и корни, попытался вырваться из хватки, но не тут-то было: метка на плече вспыхнула жгучей болью, и рука бессильно обвисла. Боль и паралич распространялись, постепенно захватывая всё тело. Стало трудно дышать… в затухающем сознании мелькнула мысль: «Прав Коргоруш: некому мне помочь, надо самому выкручиваться…»

– Выкуп… – прохрипел мальчик на последнем дыхании.

Хватка бороды ослабла.

– Ась? Чего ты сказал? – переспросил хозяин реки.

– Выкуп хочу за себя заплатить, – предложил мальчик, когда водяной чуть ослабил хватку и позволил ему дышать.

– Это какой такой выкуп? Что с тебя взять-то? Ты ж голодранец! – издевательски проквакал водяной.

Мальчик сел, жадно глотая воздух. Ощупал карман, проверяя, на месте ли кошелёк.

– Ну хорошо, – согласился он. – Сейчас я ничего не могу вам предложить, но давайте договоримся. Вы же меня к себе в работники берёте, так?

– Ну! – недовольно мотнул головой водяной. Так сильно, что борода подтащила мальчика на метр ближе к реке.

– Значит, платить мне собираетесь, так?

– Ну, есть такой порядок – за хорошую службу работникам отплачивать добром. В ранешние времена люди частенько сами приходили, просились… Не то что нынче… – И водяной снова перешёл в режим «кипящего чайника», занудно перечисляя все прегрешения современного человечества.

– Ну так вот, – перебил его мальчик, удивляясь собственной дерзости. – Давайте договоримся, так сказать, на берегу: я как только смогу, так сразу выкуп заплачу, чтобы вы меня раньше срока отпустили. Пойдёт?

– Что-то я не пойму, – снова тряхнул бородой речной владыка, – где ж ты деньги возьмёшь, покуда свой срок не отработаешь? Да к тому же, чтобы заслужить плату, ты должен быть работником ретивым и дюже старательным.

– Это уж моё дело, где деньги взять. Не смогу выкуп отдать – буду работать до положенного срока, – настоял на своём мальчишка. – Вы только цену сейчас назовите и пообещайте меня отпустить, когда отдам, сколько попросите.

Водяной в задумчивости поскрёб живот перепончатой пятернёй. Борода его высыхала под лучами приближающегося к полудню солнца и постепенно сжималась, подтягивая мальчика всё ближе к речному омуту. Пленник уже чувствовал, как намокают его любимые штаны с карманами.

– Послушай, дядя водяной, – наконец прервал он раздумья зелёнобородого старика, – ты решай скорее. Я маме обещал, что к реке близко не подойду, а по твоей милости скоро купаться придётся. Давай решай, пока я слова не нарушил.

Водяной удивлённо крякнул: этот мальчишка ещё и поторапливает его!