Единичка

И как-то нелепо пришлось соврать ему… Опять! Нэл собиралась рассказать, что спасла комиссара, а не убила. Но теперь ей не хватит духа признаться. Может, из-за того, что в момент разговора она стояла голой, а его лицо находилось слишком близко. Да! Во всем виновата мимолетная обнаженка, случившаяся между ними! Вот не мог он спросить ее про цепочку в тренажерном зале или в библиотеке?! Наверняка будь на ней одежда…

– Будь на тебе одежда, он бы вообще ничего не заметил! – продолжала сердиться Нэл, закрывая дверь в комнату.

Она обнаружила еду на столике, оставленную Кайлом, и подключенный к генератору старенький компьютер Ли. Давно Нэл не ела такой вкусной перепелки с гречкой. Крупа в плюсовой эре считалась деликатесом, как у минусовых какие-нибудь дары моря. Плюсовые не возделывали поля. Для штабных работа под открытым небом опасна из-за радиации, комиссаров и хищников.

Уминая ужин, Нэл не сводила глаз с монитора, на котором мелькало колесо загрузки. Она сползла со стула на пол, прислоняясь к шершавой стене с изображением океанского прибоя. В мутном пластике монитора отражалось ее собственное лицо, пока не возникла заставка рабочего стола. Нэл много раз видела оформление старенького ноутбука, но сегодня смотрела на людей с фотографии иначе.

На снимке семья. Маленькая Ли. Ей года три. Позирует с родителями напротив фотообоев с океаном. Пластиковые пальмы выставлены вперед, ближе к камере. Нестор не смотрит в объектив, отвлекается на маленькую дочку. Наверное, этот кадр считался бы провальным, но Нэл чувствовала то же, что и тетя Ли, решив сделать его заставкой.

Здесь была жизнь… смазанные руки и шея бабушки Нины… Девочка звонко хохочет, отвлекая родителей от фотографа. Как вообще им удалось родить ее, когда Единичка уже второй год держала бразды правления?

Нина была шатенкой с карими глазами и длинными волнистыми волосами, горящими в лучах фронтального прожектора. Рыжий ген Ли и Нэл получили от Нестора.

На Несторе белые брюки, а рубашка топорщится парусом за спиной. На его руках висла трехлетняя Ли, цепляясь за отца ладошками в белых матерчатых перчатках выше локтей. Нэл вытянула руки над головой, копируя жесты Ли. Она закрыла глаза, пытаясь представить заботливую силу рук отца. Кистям стало неимоверно тепло, и она улыбнулась.

На фото все стояли без обуви. Стопы молодой семьи закопались в желтый нанопесок, как в детских песочницах. Закатный диск солнца вот-вот коснется морской глади.

Нэл обернулась, касаясь рукой нарисованного шершавого океана, которым обладала она. В памяти вспыхнули образы недавних прикосновений к раненому комиссару. Его кожа оказалась прохладней, чем ее. Кровь такой же тягучей. А дыхание таким же глубоким.

– Жизнь у нас другая, но выжившие те же. Никогда не пойму, за что все они сражаются.

На фотографии опять не оказалось второй дочки Нестора, мамы Нэл.

– Где твоя сестра, Ли? Куда она пропала?

Коснувшись рукой монитора, Нэл задела пальцами тачпад. Фотография счастливой семьи затуманилась, сменившись окошком: «Введите пароль».

– Введите пароль! Какой еще пароль? Ли, ну ты серьезно?!

Глава девятая. Ромашковые поезда

– Серьезно? Какой, к черту, бурый медведь, Фи-Нн-Ер 80–30/три?!

Финнер сидел на металлическом стуле, привинченном болтами к полу. Костыль он держал перед собой, морщась от боли, вернувшейся в полном объеме несколько часов назад, стоило только сопливым улиткам Нэл перестать действовать.

На расстоянии в шесть метров от него, отгородившись широким прозрачным столом с расставленными на пару метров друг от друга креслами, восседало трое старших капитанов Сектора. Их отличительным знаком был комплект кожи металлического фиолетового цвета, защитные стекла экранов у всех подняты. Финнер нечасто видел лица Луванэ и Дрогзи. И сейчас выражения их лиц не внушали оптимизма, что инцидент в лесу спустят на тормозах.

– Ты следопыт высшего уровня, капитан. Как мог уступить дикой твари? – негодовал мужчина, в прошлом наставник Фина капитан Др-Ог-Зи 43–20/два, сидевший в центре. Тугие косички, в которые были воткнуты рыболовные крючки, свисали вдоль его вздернутого треугольного подбородка.

– Высшего… – ухмыльнулся Фин уголком рта, сдерживая улыбку изо всех сил, – высшего только потому, что сравнивать меня не с кем.

Кажется, он поднабрался ехидства от Нэл, продолжая:

– Человечество пробовало подчинить природу. И что? Кто выиграл, Дрогзи? Твари переиграли. Они главенствуют в пищевой цепи.

Старшие капитаны заерзали в креслах от подобной неслыханной наглости подчиненного. Дрогзи призвал к спокойствию, помня, что перед ними ликвидатор бо́льшего числа объектов, чем на счету всех прочих капитанов. Некоторый шок, вызванный травмой от полученных ранений, простить ему можно. На первый раз.

Успокоив коллег жестами, Дрогзи ответил:

– Выигрывает всегда человечество, Финнер. В глобальном понимании. Пройдет время, и потомки отблагодарят за все, что мы вынужденно сделали для них.

– Если вы найдете способ, как побороть радиацию, залатав небесные дыры.

– Мы найдем, – холодно ответила Бэж, сидевшая слева. Ее тощее лицо уставилось на него узкими щелками глаз. – Лидеры долгие годы с успехом решают задачи выживания. Когда придет время, моя лаборатория разработает препарат, который справится с радиацией внутри нас. А пока людей продолжат двушники.

«Лаборатория разработает новую Единичку. Которая снова все испортит, а не спасет», – скривился Финнер и тут же поморщился, прикасаясь к ноге, сделав вид, что его плющит из-за ран.

– Поскорее бы это случилось, – одобряюще кивал Дрогзи, – твоя лаборатория, Бэ-Жо-Га 11–08/семь, топчется на месте без химика.

– Скоро объявлю новое тестирование. Претендентов будет достаточно, Дрогзи.

Она провела тощими руками по прилизанным коротким волосам и добавила:

– Капитан Финнер, мы довольны, что ты смог выбраться из леса живым. И почти здоровым. Сейчас ты отправишься в санитарную часть. Как только тебе станет лучше, за тобой пришлют лапачей.

– Что? – обернулась к Бэжоге коллега. Голубые глаза Луванэ расширились от недоумения. – Лапачи? Для чего? Мальчик – наш лучший следопыт. Он выжил. Вернулся в Сектор. Не нужны ему никакие допросы.

– И я повторю, что Сектор доволен, – шипела Бэжога сквозь зубы. – У меня только один вопрос остался без ответа, – выждала она, глядя на Финнера. – Где сумка с компьютером?

– В норе минусовых по выданным вами координатам ее не было, – ответил Финнер.