Однажды я стала ведьмой

Глава 12

После обеда меня ожидали уроки этикета. Уходила я из зала, где мы магичили с Алексом, с крайней неохотой, представляя какой скукой смертной мне сейчас предстоит заниматься. Оттого шла медленно, пытаясь как можно дольше оттягивать неприятное занятие.

– Василиса, – внезапно позади меня послышался мягкий, красивый голос.

– Виктор, – сдержанно поприветствовала я, обернувшись к мужчине.

Брюнет как всегда выглядел безукоризненно. И должна признать, эта их иномирная одежда – черный камзол, расшитый серебром, и брюки в тон – делала его ещё более привлекательным.

Улыбнувшись мне своей особой таинственно-притягательной улыбкой, средний принц галантно поцеловал тыльную сторону моей ладони.

– Я искал тебя.

– Правда? И зачем? – спросила я как можно более равнодушно.

– Перед праздником начала лета бывает самое красивое и энергетически мощное полнолуние. Это будет как раз сегодня ночью. Не хочешь сходить? – мягко улыбнувшись, спросил мужчина. – Мы могли бы полюбоваться луной вместе.

Сердце забилось в радостном предвкушении, но внешне я оставалась невозмутимой.

– Это свидание? – вскинула я бровь.

– Если ты того хочешь, – бархатисто произнес принц.

Черт! А я ведь хочу. Очень, очень хочу! Но бога ради, Василиса, где твоя гордость?!

– Почему ты решил пригласить меня? – подозрительно прищурилась я. – Маргарет заставила?

– Лиса, – вздохнул мужчина. – Я не хочу давить на тебя. Слишком много на тебя свалилось разом. Маргарет не должна была заставлять тебя выбирать мужа так скоро. А я не хотел, чтобы ты думала, будто моя симпатия к тебе руководствуется лишь тем, что ты проложишь мне путь к короне.

– А как же Миранда? – вопрос прозвучал язвительнее, чем мне хотелось.

– Причем здесь Миранда? – недоумевающе приподнял бровь Виктор.

– Мне кажется, узнав о нашей встрече, графиня расстроится, – как можно более безразлично проронила я.

Мужчина смотрел на меня слегка озадаченно, а через несколько секунд вдруг рассмеялся.

– Кажется, я понял о чем ты… Нет, Миранда просто мой давний друг. Между нами ничего нет.

У меня словно гора с плеч свалилась, и сразу на душе стало так хорошо. Пришлось всеми силами сдерживать счастливую улыбку, чтобы не выдать своих эмоций принцу.

– Что ж… – нарочито небрежно отозвалась я. – Тогда, почему бы нет?

Стоит ли говорить, что всё занятие по этикету я пролетала в облаках. Знания, которые упорно запихивала в мою голову одна из придворных дам, просто отказывались там оставаться. Женщина сначала тяжело вздыхала, а потом начала откровенно раздражаться, так как я не могла повторить даже то, что она сказала секунду назад.

В итоге пришлось сослаться на плохое самочувствие и клятвенно заверить, что к завтрашнему дню я проштудирую толстенный толмуд по этикету, чтобы мне разрешили уйти. Не знаю, поверила ли мне женщина, но прежде чем дать мне книгу, вздохнула так протяжно и удрученно, что мне даже ее стало жаль. Ей ведь, наверное, потом от Маргарет влетит за то, что плохо меня натаскала для светских приемов. Да и мне придется несладко.

Ладно, с завтрашнего дня возьмусь за ум! А сегодня…

Сегодня я позволила себе побыть обычной девушкой, которая не находит себе места перед свиданием с тем самым парнем, в которого влюбилась с первого взгляда.

Я злилась на него за то, что он обманул меня на Земле. Но правда была в том, что с той самой встречи он не выходил у меня из головы.

Я нервничала.

«О чем говорить с Виктором? Как вести себя рядом с ним?» – беспокойные вопросы вгоняли меня в смятение.

О среднем принце я знала немногое. Лишь то, что удалось узнать из рассказов Алексиса.

Виктора не слишком интересует политика и, по словам блондинистого принца, он никогда не мечтал править. На его попечении было небольшое герцогство на западе империи, где он подолгу проводил свое время. Но настоящей его страстью и увлечением была темная магия. Кажется, Алекс упоминал, что Виктор даже получил звание магистра Темного Искусства. А ещё он рассказал, что мать Виктора казнили за использования запретной магии.

Алекс не особо вдавался в эту тему, поэтому я лишь поняла, что запретная магия – это что-то вроде дара убеждения. Когда своей силой маг может воздействовать на сознание другого человека.

И фаворитка императора, которой являлась мать Виктора, как раз владела подобным даром. Она пыталась воздействовать на своего возлюбленного, чтобы он оставил свою жену и женился на ней.

Но интриги фаворитки были разгаданы, а саму ее сожгли на костре.

Виктор, к счастью, был совсем маленьким. Ему не пришлось переживать тот ужас, когда его мать казнят на главной площади города. Но эта ситуация так или иначе оставила на нем след. В детстве, как рассказывал Алекс, Виктор был хмурым и нелюдимым. Все потому, что за мальчиком следовала дурная слава его матери. А над ним самим тенью нависали страхи и опасения отца и придворных. Все боялись, что Виктору передалась запретная магия от матери, но многочисленные диагностики его ауры и внутреннего источника показали, что мальчик владеет лишь темной магией, передавшейся ему по наследству от отца.

Честно говоря, мне было немного жаль Виктора. Несмотря на то, что он рос в роскоши дворца, его детские годы вряд ли можно было назвать безоблачными.

За этими мыслями и внутренними переживаниями я не заметила, как пролетело время.

– А я ещё не одета! – запаниковала я, глянув на часы, и быстрее ринулась к шкафу.

Перерыла весь свой гардероб. Едва не разрыдалась от того, что мне нечего надеть. Потом снова померила несколько платьев. Остановилась на темно-синем из бархата.

Волосы оставила без укладки, просто украсила их жемчужным ободком. К нему в комплект добавила жемчужные серьги. Макияжа по минимуму, только самую капельку, все равно в темноте мои старания не будут заметны.

Когда на улице сгустились сумерки, а на небосводе зажглись яркие звезды, я вышла на улицу. Полная луна освещала садовую дорожку, ведущую к мраморному фонтану. Было волнительно, интересно и чуточку страшно.

– Василиса, – из темноты выступил силуэт Виктора, а потом я увидела и его самого.

Маг стоял, облокотившись на бортик фонтана. В серебристом лунном свете его глаза наполнились загадочным мерцанием. Я даже замерла, завороженная этим зрелищем.

– Пойдем, – он протянул мне руку и я, не раздумывая, вложила в нее свою ладонь.