Страница 26 из 85

Истинность отменяется, дракон!

Скай Алекс

Глава 5. Невеста на семь дней

— Не скажу.

Ответ Эрвина прозвучал настолько серьёзно, что я несколько секунд ждала продолжения. Его не последовало.

— И всё?

— Вы запретили мне произносить конкретную фразу. Я подчинился.

— Поразительная способность соблюдать букву требования, полностью игнорируя его смысл.

— Вы начинаете понимать, почему я полезен в Совете.

Нисса за столом издала звук, подозрительно похожий на сдавленный смех. Я повернулась к ней.

— Даже не думайте.

— Я ничего не делаю.

— Вы уже выбираете, кому первой расскажете.

— Сольвейг, я архивист. У меня профессиональная обязанность сохранять сведения.

— Именно поэтому вы за сегодняшний вечер трижды сообщали нам то, что формально не собирались сообщать.

— Это были научно значимые исключения.

Эрвин опёрся ладонью о край стола.

— Мы можем вернуться к вопросу?

— К предложению руки, сердца и доступа в закрытый архив?

— Сердце я пока не предлагал.

— Очень предусмотрительно.

— Руку тоже, если быть точным.

Я посмотрела на его ладонь. Он проследил за моим взглядом.

— Хотите, предложу?

— Не отвлекайтесь.

Нисса тихо произнесла:

— Нет, пожалуйста, отвлекайтесь. Рабочий день всё равно уже потерян.

Эрвин закрыл глаза на короткое мгновение.

— Почему я вообще позволил вам остаться?

— Потому что без меня вы не попадёте в половину фондов.

— Веская причина.

— Я тоже так считаю.

Я подошла к столу, сдвинула в сторону старую книгу союзов и взяла чистый лист.

— Хорошо.

Эрвин посмотрел на бумагу.

— Что вы делаете?

— Составляю условия.

— Какие условия?

Я подняла глаза.

— Моей помолвки.

Нисса оживилась настолько заметно, что я почти пожалела о выборе места для переговоров.

— Вы соглашаетесь? — спросил Эрвин.

— Я согласилась рассмотреть предложение. Это не одно и то же.

— Разница?

— Сейчас увидите.

Я взяла карандаш, который Нисса положила рядом с книгой, и написала наверху:

УСЛОВИЯ ВРЕМЕННОЙ ПОМОЛВКИ.

Эрвин прочитал через моё плечо.

— Временной?

— Разумеется.

— Закон не знает понятия «временная помолвка».

— Тогда сегодня узнает.

— Вы опять собираетесь исправлять местные традиции?

— Пока только одну конкретную.

Нисса придвинула к себе соседний стул.

— Я свидетель.

— Вы не можете быть официальным свидетелем, — напомнил Эрвин.

— Зато могу быть свидетелем того, как вы сейчас попробуете торговаться.

Он посмотрел на неё.

— Я ещё не начал.

— Поэтому села заранее.

Я вернулась к листу.

— Условие первое. Помолвка действует семь дней.

Эрвин сразу возразил:

— Мало.

— Шесть.

— Я сказал, что семь мало.

— Я услышала. Это была встречная позиция.

— Вы уменьшили срок.

— Чтобы вы оценили первоначальную щедрость.

Нисса закрыла рот ладонью. Эрвин посмотрел на меня с выражением человека, который впервые в жизни столкнулся с переговорами, где логика существует, но принципиально не работает в его пользу.

— Почему семь?

— Потому что сегодня первый день. Завтра утром меня ждёт Палата. За неделю мы либо найдём доказательства, либо поймём, что доступ к фонду ничего нам не даёт.

— Расследование может занять дольше.

— Помолвка и расследование — разные вещи.

— Если через семь дней нам понадобится доступ повторно?

— Тогда обсудим заново.

— Это создаёт лишние сложности.

— Верно.

Эрвин нахмурился.

— Вы намеренно хотите сделать процедуру неудобной?

— Да.

— Зачем?

Я положила карандаш.

— Потому что удобные временные решения имеют неприятную привычку становиться постоянными. Я сегодня уже видела систему, в которой никто не задаёт вопросов только потому, что всем удобно считать результат окончательным. Второй раз за один день не хочу.

Он некоторое время смотрел на меня. Потом кивнул.

— Семь дней.

Я сделала отметку.

— Условие второе. Никаких публичных заявлений о скорой свадьбе.

— Без объявления помолвку не зарегистрируют по ускоренной процедуре.

Я посмотрела на Ниссу. Она виновато подняла палец.

— Он прав.

— Насколько публичного?

— Запись появляется в реестре намерений, — объяснила она. — А если участвует глава древнего дома, уведомление автоматически отправляется в Совет и Палату.

— Конечно отправляется.

— Зато газеты официально уведомлять необязательно.

Я повернулась к Эрвину.

— Значит, объявление только там, где требуется законом.

— Согласен.

— Никаких торжественных приёмов.

— Я и не планировал.

— Никаких портретов.

Он поднял бровь.

— Каких портретов?

— Не знаю. У вас здесь много странных традиций. Предпочитаю предупредить заранее.

Нисса вмешалась:

— Помолвочные портреты существуют.

Я медленно повернула к ней голову.

— Серьёзно?

— У аристократии.

— Никаких портретов, — повторила я и записала это крупнее.

Эрвин подавил улыбку.

— Вы боитесь художников?

— Я боюсь людей, которые способны превратить семидневный юридический манёвр в семейную реликвию.

— Хорошо. Никаких портретов.

— Условие третье. Никто из нас не использует помолвку для получения власти над другим.

— Уточните.

— Вы не решаете, где я живу, с кем разговариваю, куда хожу и что делаю только потому, что в документах появится слово «невеста».

— Я и сейчас этого не решаю.

— Значит, условие выполнить будет легко.

— А вы?

Я остановила карандаш.

— Что я?

— Вы тоже не используете статус невесты главы дома Кастен для распоряжений от моего имени.

— Я собиралась приказать снести пару ваших семейных стен, но теперь придётся отказаться.

— Сольвейг.

— Хорошо. Взаимно.

Я записала.

— Четвёртое. Никаких требований изображать влюблённость без предварительного предупреждения.

Эрвин посмотрел на меня с интересом.

— Вот это будет сложнее.

— Почему?

— Потому что официальная помолвка подразумевает, что мы хотя бы нравимся друг другу.

— Вы мне иногда нравитесь.

— Убедительно.

— Иногда вы меня раздражаете.