Страница 89 из 157
Дублёр всё указанное Николаем Петровичем – выполнил, а футбольные спартаковские одежды – скрыли синяки.
Наградой юноше за терпение стало участие в историческом матче на виду у Сталина.
Матч – в отсутствие главного соперника, который, в задуманном Старостиным зрелище, стал бы партнёром, – решили провести между основным и дублирующим составами «Спартака».
Футболистов строго предупредили: следить за сигналами одного из руководителей физкультурного парада (матч входил в его программу). Он даст знак, если футбол товарищу Сталину наскучит; тогда игру надо будет немедленно прервать.
Но вождь посмотрел почти целый тайм – не виданная прежде игра, похоже, пришлась ему по вкусу.
Через два-три года Молчанова расстреляли (скорее всего, по другому, чем футбол, поводу), а Николай Петрович сорвал банк.
Футбольным болельщиком он Сталина не сделал, но на стадионе «Динамо» в дни физкультурных парадов, туда перенесённых, вождь несколько раз побывал.
И видел товарищеский матч между «Динамо» и ЦДКА.
Слышал апокриф, что крупный проигрыш ЦДКА в 1946 году огорчил его – и он попенял директору стадиона: нельзя, мол, унижать таким проигрышем армию-победительницу в лице её команды.
«Спартак», напоминаю, возник в 1935 году, но уже в 1937 был награждён – одновременно с «Динамо», что немаловажно для будущих отношений между клубами, – орденом Ленина (следующий орден Ленина, вкупе с Золотой звездой, Старостин-старший получит – от Горбачёва).
«Динамо» могло с тех уже пор иметь на «Спартак» зуб, но зуб прорезался – персонально у шефа команды Берии – только перед войной.
Берия и во время войны, в не лучшем для страны 1942-м, нашёл-таки возможность расквитаться со Старостиными.
Арестовать их ему – удалось; не удалось другое – пришить им «политическую» статью. Сталин посчитал политически более правильным судить братьев-футболистов по статье хозяйственной: за расхищение народной собственности (злые языки говорили, что и не без известных оснований).
Старостин-старший – и до всех с ними случившихся неприятностей – подавал себя ДИНАМОФОБОМ (на этот счёт существует масса апокрифов).
Как-то я услышал от футбольных людей, что в разговоре с одним из них Николай Петрович назвал меня «прожжённым динамовцем».
При встрече с ним и за кулисами стадиона я сказал ему, что никакой я не динамовец, но весьма польщён, что он вообще знает о моём существовании.
Мне всё хотелось спросить Николая Петровича, какое спортивное общество представляли команды, которые тренировал он в заключении.
Он засмеялся и хлопнул меня по плечу.
Позднее он признавался и в том, что, затевая «Спартак», структуру своего общества скопировал с динамовской, уже успешно существовавшей.
Но здесь он, по-моему, поскромничал.
При очевидных ведомственных возможностях у руководства «Динамо» не было такой фантазии, как у Старостиных, захотевших, используя покровительство дружившего с братьями вождя комсомола Косарева, создать в Советском Союзе, по сути, частный клуб на буржуазно-иностранный манер.
Мечтам их не дано было сбыться в полной мере – поскольку Косарев разделил расстрельную судьбу с Молчановым.
Николай Петрович поучаствовал в тоже историческом дерби – на двенадцать сезонов растянувшемся: дерби Старостина-старшего и динамовца из динамовцев Константина Бескова.
Динамовские топ-тренеры Борис Аркадьев (не все знают-помнят, что до ЦДКА он тренировал «Динамо») и Михаил Якушин побеждали в чемпионатах (Якушин – шесть раз, Аркадьев – один; остальные пять он выиграл с ЦДКА).
Бесков близок бывал к чемпионству с «Динамо», но только дважды выиграл Кубок. Первенство он выигрывал только тренером «Спартака» – тоже два раза. Из топ-тренеров (а он несомненный топ-тренер) Бесков побеждал в турнирах – реже всех.
В предвоенных чемпионатах «Динамо» и «Спартак» побеждали поочерёдно, но, когда «Спартак» в двух подряд сезонах (1938-го и 1939-го) взял и первенство, и Кубок (а Кубок, как и первенство, учредили – в 1936-м), встревоженные динамовские руководители немедленно стали искать себе «кризисного», как это потом стали называть, тренера.
И остановились – на Борисе Аркадьеве, тренировавшем скромный «Металлург», где у него играли Федотов и Бесков.
Бескова он привёл за собой в «Динамо», а Григорий Федотов, ещё до войны прославившийся (именно им усилили «Спартак» ради единственной победы над басками в 1937-м), стал у Аркадьева лидером, когда в 1944-м тот принял ЦДКА.
Якушин и при Аркадьеве оставался тем же, кем был, – правым инсайдом, самым искусным и смыслообразующим из динамовских форвардов.
Новому тренеру очень важно было найти понимание у лидера – и он довольно легко это понимание нашёл, конфликтов между ними не возникало.
Главным из новшеств, сразу спутавших карты соперникам, стала тактика, журналистами сформулированная как «организованный беспорядок». Соперники «Динамо» не могли уследить за перемещениями всей пятёрки, непрерывно менявших позиции. Каждый форвард не только свой манёвр точно знал, но и манёвр каждого из четырёх партнёров по атаке.
…Пройдёт пять лет – и английские газетчики отметят, что их соотечественникам из всех четырёх клубов не угадать, на какой из атакующих позиций сыграет по ходу матча тот или иной форвард «Динамо».
Торжеством тактики динамовцев в чемпионате 1940 года стал матч против «Спартака», выигранный со счётом 5 1:. Знатоки потом долго смаковали гол, забитый Сергеем Ильиным. Но гол «Спартаку» Ильин забил с подачи Якушина – Михей (или Хитрый Михей, как называли его не только партнёры, но и противники) отдал ему пас пяткой. И я смело могу сказать, что через много-много лет видел гол, забитый в год моего рождения.
…Якушин жил на Верхней улице позади Белорусского вокзала, я пришёл к нему по какому-то делу – и, когда пустился в непременные для подобных разговоров воспоминания, спросил про матч со «Спартаком», знаменитый пас пяткой Ильину и про этот гол. И Якушин, тяжело поднявшись со стула, огромный, грузный, изобразил мне этот пас – и я сразу увидел его худым и длинным. Как на старых снимках: лучшего во всей истории «Динамо» тренера в качестве лучшего его игрока довоенных сезонов.
Аркадьев понимал, что знаменитое своим составом «Динамо» переживало самый неприятный момент расставания с постаревшими звёздами – и ему, человеку в команде новому, непросто будет убедить именитое руководство, что тянуть с приглашением талантливых молодых – значит лишать себя перспективы.