Страница 81 из 105
— В моей голове это совсем другое. — Чувство вины грызёт меня, напоминая обо всех бестактных замечаниях, которые я случайно сделал. — Я знаю тебя, Кайя, и я знаю, что ты никогда не выбираешь лёгкий путь.
— Спасибо, что сказал это. — Она сжимает мою руку, даря мне маленькую грустную улыбку. — Ты также должен знать, что Элио был рядом со мной больше раз, чем я могу сосчитать, и я делала то же самое для него. Но это всё, Бек. Просто поддержка, потому что мы понимаем эту часть друг друга так, как мало кто понимает. Но это не значит, что я должна была держать тебя в неведении.
— Ну, я рад, что ты говоришь мне сейчас.
Моя грудь наполняется пониманием и признательностью за то, через что она прошла, за её стойкость все эти годы. Я понимаю, что под фасадом силы она всё это время молча боролась со своими проблемами, и это только углубляет моё восхищение ею.
— Есть ещё кое-что. У меня есть такая... привычка. — Она колеблется мгновение, руки трясутся. — Когда я нервничаю или тревожусь, а это практически всегда, я... я выдираю волосы. Иногда клоками, иногда понемногу. У меня есть это место, прямо здесь. — Она отодвигает волосы в сторону, показывая мне проплешину, которую я заметил несколько недель назад. — В последнее время становится хуже. И мне всё труднее это скрывать.
Я провожу большим пальцем по её ладони, сердце болит за неё.
— Кайя, тебе не нужно ничего от меня скрывать. У всех нас есть свои трудности, свои страхи. Это не заставляет меня думать о тебе иначе, желать тебя меньше.
Она шмыгает носом, слёзы наворачиваются на глаза.
— Я просто не хотела, чтобы ты видел эту мою сторону. Все эти сломанные части, которые я всё ещё пытаюсь собрать воедино.
— Я понимаю. Но, Кайя, мне не нужно, чтобы ты была идеальной. Всё, что я хочу от тебя — это твоё доверие.
— И ты его получил. У меня есть твоё?
— Да.
Мы сидим в тишине мгновение, позволяя тяжести её признаний осесть вокруг нас. А затем, с дрожащим вдохом, я решаю, что пришло время и мне быть честным.
— Знаешь, я пришёл к тебе в прошлые выходные, чтобы поговорить о моих родителях, — говорю я, голос срывается. — Моя мама наконец попросила развод, и мой отец просто вывалил это на меня в субботу утром. Я... я не знал, как с этим справиться, и, наверное, поэтому я так быстро ухватился за идею дать нам пространство. Я просто... я хотел знать, что ты будешь бороться за меня, за нас, даже когда станет трудно.
Она вытирает слезу с моей щеки.
— Мне так жаль, Бек. Я понятия не имела. Мне нужно было быть с тобой с самого начала.
— Ты здесь сейчас, — говорю я, даря ей маленькую улыбку. — И это главное.
— Как ты себя чувствуешь?
— Не очень, — признаюсь я, голос едва слышен. — Я пытался быть храбрым, но это разъедает меня изнутри. С одной стороны, я знал, что это случится, уже давно. Чёрт, я хотел этого. Бог знает, что мой отец не заслуживает её верности, но это не меняет того факта, что его решения официально разрушили нашу семью.
— Это ужасно, что он сделал.
— Да, ужасно.
Я прижимаюсь к Кайе, утыкаясь носом в изгиб её шеи и вдыхая её успокаивающий аромат. Это маленький жест, но он помогает мне оставаться в реальности, напоминая, что она здесь со мной сейчас, что мы сталкиваемся с этими препятствиями вместе.
Одним плавным движением я подхватываю её на руки и переношу к изголовью кровати, её тело идеально прилегает к моему. Когда я осторожно опускаю её на мягкий матрас, она смотрит на меня с тёплой, ободряющей улыбкой.
Это заставляет меня чувствовать себя хорошо, будто всё снова правильно в этом мире.
Мы ложимся, наши тела прижаты друг к другу, и волна облегчения накрывает меня. Тяжесть наших секретов была снята, и мы вышли с другой стороны более сильными.
Это будет непросто, и впереди, несомненно, будут трудности, но я знаю, что в конце концов у нас всё будет хорошо. Потому что теперь мы вместе.
И когда мы оба проваливаемся в сон, руки Кайи, её тело, её душа переплетены с моими, я знаю, что мы справимся с любым вызовом, который встретится нам на пути, бок о бок, с доверием и открытым общением как нашей основой.