Линия разлома

Думает ли он обо мне по ночам, когда лежит один в кровати? Ждёт и надеется на мой звонок? Или я просто мысль на задворках сознания — на уме, когда я перед ним, но исчезающая, как адиабатический туман, когда я ухожу?

Потому что для меня это точно не так.

На самом деле, Холден занимает мои мысли больше, чем мне хотелось бы. Это полное дерьмо, если подумать. И именно поэтому я изначально не хотела парня.

Мой фокус должен быть единым — закончить первую половину диссертации, получить блестящую рекомендацию от научного руководителя, а затем заработать себе место в магистратуре моей мечты. У меня нет времени ни на что другое, особенно на ублажение золотого мальчика.

Конечно, возможно, он нравится мне немного больше, чем я хотела признавать. В его присутствии за последние три года было что-то большее, чем просто раздражение.

То есть, я бы скучала по нему, если бы он исчез с лица земли. И я также благодарна за его готовность помогать мне сейчас. Он хорош в постели, и мне чертовски нравится, как он отвлекает меня... так, как никто другой не может.

Но это всё. Вот и всё.

Так и должно быть.

В пятницу утром, когда занятие подходит к концу, Холден ловит меня снаружи Вейерхаузер-холла. Он идёт рядом со мной, его жаркий взгляд посылает укол нежеланной тоски через моё тело.

— Каррас, — протягивает он, и моё сердце спотыкается от звука его голоса.

Бесит, не так ли?

— Привет, — говорю я, стараясь сохранять нейтральный тон. — Как дела?

Он суёт руки в карманы джинсов, покачиваясь на пятках.

— Так, команда уезжает из города на эти выходные на выездную игру. Меня не будет, на случай, если я тебе понадоблюсь.

Я закатываю глаза, но не могу сдержать крошечную улыбку, которая дёргает губы.

— Спасибо, что предупредил.

Он смотрит на меня, его взгляд скользит по мне.

— Но сообщения — всегда вариант. И знаешь, FaceTime тоже существует, — говорит он, тень усмешки играет в уголках рта.

— Точно, — бормочу я, бросая на него недовольный взгляд. — Обязательно буду иметь это в виду.

Его взгляд задерживается на мне на мгновение дольше, прежде чем он поворачивается, чтобы уйти.

— Увидимся в классе в понедельник, — бросает он через плечо.

Я смотрю, как он уходит, неудобная смесь эмоций бурлит во мне — облегчение от того, что мне не придётся беспокоиться о проявлении инициативы на этих выходных, но разочарование от того, что у меня даже не будет такой возможности.

Это тревожная мысль, честно говоря, но я не уверена, как я переживу целые выходные без него. За последний месяц я привыкла к его присутствию в своей постели, и мысль об этом выбивает меня из колеи.

Остаток дня проходит в размытой пелене учёбы, перекусов и лёгкой паники. Но когда приближается ночь и я остаюсь одна в квартире, я оказываюсь в знакомой ситуации.

Я снова бездумно тереблю волосы, мысли возвращаются в самые нелюбимые места. Я пережёвываю худшие, самые тёмные мысли, которые у меня когда-либо были, пока у меня не остаётся выбора, кроме как думать о Холдене.

Мне, возможно, не нравится это признавать, но огромная часть меня желает, чтобы он был здесь сейчас со мной, отключая мой мозг своими прикосновениями. Воспоминание о его пальцах, скользящих по моей коже, звук его голоса, шепчущего на ухо, заставляют моё тело ныть.

Это разочаровывает — эта внезапная тяга к близости. С ним или с кем-то ещё. Это заставляет меня чувствовать себя слабой и нуждающейся — тем, чем я всегда гордилась, что не являюсь. Но в то же время в мысли о Холдене рядом есть что-то тёплое, успокаивающее.

Я больше не могу это отрицать. Этот человек, конечно, не идеален, по крайней мере для меня, но он, кажется, точно знает, что мне нужно.

Я отчаянно дёргаю ещё одну прядь волос, позволяя боли отвлечь меня вместо этого. Я не должна сосредотачиваться на сексе с парнем, который даже не мой. Мне нужно закончить обзор литературы, скоро очередная встреча с доктором Кхатри.

Но как бы я ни старалась, я не могу контролировать то, как мои мысли продолжают возвращаться в то место — к тому, как он возвращает меня к жизни, заставляет чувствовать себя немного свободнее, хотя бы на несколько коротких часов за раз.

И ещё один маленький, раздражающий голос в глубине сознания спрашивает, не происходит ли между нами что-то большее. Но я легко отгоняю эту мысль, зная, что это опасная территория. Я не могу позволить себе отвлекаться, не сейчас. Не когда на кону моё будущее.

И всё же, когда я лежу одна в постели, не в силах уснуть, я представляю нечто большее, чем просто секс. На этот раз я представляю его сильные руки, обвившие меня, успокаивающие. Держащие меня, пока я не провалюсь в сон, а затем просыпаюсь рядом со мной на следующее утро.

Это помогает, по крайней мере немного, представить, что я не одна в этом. Что у меня есть кто-то, кто действительно может меня понять, чтобы помочь забыть обо всех моих проблемах.

Даже если это длится всего лишь одну ночь.

Даже если это всё просто безнадёжный фасад.