Страница 57 из 78
Глава 32
Фиона осторожно уселась на пол – так, что обездвиженные приросшие к полу ноги остались ближе всего к выходу. Остальное тело отодвинула прочь, в тень, насколько было возможно. Может, так впотьмах про нее забудут? Обидно будет, если спохватятся и выведут прочь. Хотелось поглядеть, что будет дальше.
Минутный испуг от обездвиживания прошел. Она уже сообразила, что Нику попросту парализовал ей мышцы некромантией.
Что касается приросших подошв – то он приклеил их к полу. Вульгарно – умертвил что-то между подошвами сапог и полом, вот те и не двигались теперь с места. Мышцы-то она при необходимости могла привести в порядок. Методы мастера Беккера помогут, как помогали уже не раз. А вот драпать без разрешения некроманта придется босиком – сапоги так и останутся приклеенными.
Снаружи раздался топот.
- Эй, кто там! – рявкнул Бондарь, не оборачиваясь. – Свет и веревки!
Ввалился один со связкой факелов – пока что потушенных. Следом протиснулись еще двое, сунулись к краю ямы сбоку.
Кажется, им не до нее. Интересно, почует ли Нику, если она потихоньку вернет ногам подвижность, чтоб быть наготове в случае чего? Нет, - решила она. Стоит выждать. Пусть как следует завязнут там со своей возней. Она смутно ощущала мертвое пространство над самой ямой и в ее глубине – туда магические потоки не просачивались. Они огибали середину помещения по самой стене – словно жались к ней. А в большом помещении склада их не было вовсе – не иначе, выкопанная голова их отталкивала.
Вот вдоль стен, если что, можно и отростки каких-нибудь корней вытянуть… осторожно, чтоб не обессилеть, когда некромант спохватится.
Пожалуй, можно подтянуть корни поближе к поверхности в нужных местах. Так, чтоб были под рукой. На опасливое копошение под землей никто не обратит внимания. Его и не заметят! Даже некроманты – тем более, у них сейчас свои заботы.
Она успела лишь потянуться к ближайшему корню, нащупать его.
Потоки вокруг пришли в движение. Магическая энергия принялась закручиваться – медленно, тягуче – словно водоворот в вязком меду.
Это тени, - поняла Фиона. Пальцы сами собой впились в грубые доски, размазывая по ним комья вывороченной земли.
Чем бы эти тени ни были… она впилась взглядом в спины застывших у ямы мужчин – не может быть, чтоб они не ощущали этих потоков!
Шмякнуло мягко, но тяжело. Словно мешком, плотно набитым пухом и тряпками, по темени. Фиона плечом привалилась к стене, вяло порадовавшись, что уселась на пол заранее. Возгласы и ругань донеслись как сквозь вату. Кажется, других приложило заметно сильнее. И снаружи тоже вопят…
Вялость и тяжесть. Шевелиться не хотелось. Даже глаза открыть – и то казалось неоправданно тяжелым.
И правильно, наверное – сверху снова шмякнуло. Придавило. Вроде неосязаемо – но пошевелиться никаких сил.
Сердце колотилось мелко, но часто. Глаза слезились. Дыхание сделалось поверхностным, редким. Но удушья она не ощущала – только слабость. Мягкость всех мышц и полное нежелание хоть в малейшей степени их напрягать.
По ушам резанул надсадный визг. Странно глуховатый – словно снизу… дошло – это, похоже, кто-то в яму свалился. Вот и доброволец!
- Да заткнись ты, - вяло заворчал Бондарь, закряхтел тяжело. – Был бы повод впадать в истерику… барышня, что ли?
Завозился. Ответом ему послужил тоненький скулеж.
- А барышню нашу не слышно. Сдохла, что ли? – это подал голос старший некромант.
Возня сделалась громче, суетливее. Выругался Нику. Шмякнуло вдруг совсем рядом. Фиона вяло пошевелилась – ну, что там еще? Приоткрыла-таки один глаз.
- Леди! – Нику валялся совсем рядом. Он настырно принялся теребить ее за плечо. – Леди, вы живы?
- Жива, - выдохнула еле слышно Фиона. – Что вы суету… подымаете, - и тяжело выдохнула.
Она еще хотела прибавить, что Нику ничем не лучше бедолаги, что скулил в яме. Но не стала тратить силы. Тем более, что тот уже не скулил – только всхлипывал судорожно и, судя по всему, изо всех сил пытался взять себя в руки.
- Надо вывести вас, - шепнул некромант. – Эй! – вместо окрика получился тихий сип.
- Не надо, - попыталась огрызнуться, вышло вяло. – Перебьюсь…
Тоже еще, командовать пытается! Сам сейчас слабее котенка. Вот только упрямства не занимать, да и в себя он придет быстро: некромант есть некромант! Вон, коллега его уже поднимается, начинает возиться. Сейчас и этот очухается окончательно. А ей уходить отсюда ой как неохота. Раз уж приволокли – так хоть глазком в яму заглянуть! Вот чего тот недотепа так визжал? Опять же, хотелось взглянуть на цепень. Что он, в конце концов, такое – что все с ним так носятся.
Понятно, что древняя реликвия. Трехсотлетней давности! С другой стороны – неужели такое старье может быть настолько могущественным, чтоб ради него глотки друг другу рвать?
- Нику! – шикнул Бондарь. – Оставьте ее! Жива – и ладно. Идите сюда…
Ну, прямо-таки спаситель. Нику развернулся, пополз обратно к яме, цепляясь пальцами за пол и подволакивая с трудом тело.
Фиона подтянулась на руках, кое-как уселась. Отметила, что ноги сами собой начали шевелиться. Вяло, но не более вяло, чем остальное тело.
Ступни выскользнули из сапог, которые остались приклеенными к полу. Да и гиены с ними! Она сдвинулась от выхода, подтянулась ближе к краю разлома в полу. И наконец увидела.
Сбоку свалившемуся на дно бедолаге скинули веревку. Конец наверху закрепили – видимо, силы еще ни к кому толком не вернулись. Попытается парень вскарабкаться – и свалится, не удержат его.
- Подбери цепень, - рыкнул Бондарь.
- Он зацепился!
- Ну, так отцепи! Разобраться не можешь?
- Вот сам бы спустился да разобрался!
- За языком следи, - подал голос старший некромант.
- Нет, погодите, - остановил Бондарь. – Веревку как следует закрепили? Ты там, внизу! Факел зажги, - окликнул он беднягу. – Давайте конец, - и принялся обматывать его вокруг пояса.
- Осторожнее, не свалитесь, - предостерег Нику. – Обвяжитесь как следует, - в голосе звучало беспокойство.
Судя по неловким движениям, слабость после удара накрыла всех. Фиона представила – в теперешнем состоянии лазить по веревкам. Передернуло. Вон, парень даже не стал пытаться ни карабкаться, ни даже обвязываться веревкой. Просто уселся на дно, свесив руки и ссутулившись.
Под ногами валялась небрежно брошенная цепь. Короткий обрывок толщиной с его же руку. Парень даже не пытался подобрать ее.