Страница 66 из 69
Глава 17
— … новостям к этому часу. — произнёс монотонный голос радиоведущей из динамика потрёпанного «Фольксвагена Поло»: — Как сообщает издательство «Заваленный горизонт» — читатели заняли позиции и буквально взяли имение знаменитого писателя — Анатолия Берхера в плотное кольцо. Представители фан-сообщества выступили с просьбой немедленно дописать и опубликовать следующий том «Игры табуреток: Ветра девочек-волшебниц». Но автор забаррикадировался в винном погребе и выходить к своему фан-сообществу отказывается. Полиция принимает меры…
— Ну и бредятина. — вздохнул я, выключив радио.
— Да ладно! Я просто хотела, чтобы ты отвлекся. — Жанна с сочувствием похлопала меня по колену: — Если хочешь, я включу музыку с коннектора…
— Не стоит. — я взглянул на огромный рекламный баннер с Летти: — Честно говоря, хочется посидеть без музыки и пустого новостного трёпа.
Ситуация с дуэлью немного выбила меня из колеи. И нет, мы с Коляном были мудрее и выше всего этого… Просто сам факт того, что Коллегия решила стравить друзей казался мне… несколько гнилым. Хотя с другой стороны — может быть, они не знали?
Ну да… Настолько не знали, что каким-то совершенно неведомым образом смогли расположить всех участников по рангам. И, вообще, что за фигня с этими рангами⁈ Разве Харитоновка — это не академия, в которой все должны драться на равных?
Зиночка, конечно, отменный повар. Но почему её поставили на самый сложный ранг, а нам с Коляном достались перец и чай?
Не понятно. Хотелось поговорить с Амелией, да что-то совсем настроения не было. Поэтому мы с Жанной решили немного взбодриться и съездить на аукционный автомобильный рынок за моей новой тачкой.
— Ну! — девушка-кошка ткнула меня в плечо кончиком хвоста: — Я не могу видеть тебя в таком кислом состоянии!
— Прости. Но настроение реально паршивое.
— Слушай… Вы же с Колей лучшие друзья, так?
— Так. И что?
— Вот и пускай победит сильнейший!
— У меня с этим вопросов нет. Просто… Во-первых, ты, я, Колян, Валерон и Хуан — профессионалы в восточной кухне. Приготовить хачапури для нас — раз плюнуть. Но проблема в том, что именно это блюдо мы готовим на одном уровне. А значит, это дуэль будет, чем-то вроде драки с самим собой.
— «Бойцовский клуб»?
— Типа того. Наши шансы на победу равны. Но меня смущает другое…
— Что же? — Жанна остановила машину на светофоре.
— Амелия помогает Коллегии. И Мила так уверенно сказала о том, что она не будет с нами сражаться в четверть финале… Ощущение, будто они всё знали. И даже не предупредили.
— Ну узнал бы ты чуть раньше, и что с того? Что именно поменялось бы?
— Дело не в том, что поменялось. Тут вопрос в доверии. Амелия посвящает меня в свои глобальные тайны. А сама даже не может рассказать про моих соперников? Странно это.
— Она уполномоченный человек. Им вряд ли можно в открытую распространять информацию.
— Тоже верно. Но в любом случае — мне всё это очень не нравится.
— Оно и понятно. Ты выступаешь против лучшего друга.
— Дело не только в этом. Понимаешь — это только начало. А значит, проигравшим в четверть финале будет крайне сложно набрать очки на фестивале. Это серьёзно сокращает шанс попасть хотя бы в десятку лидеров.
— Мой тебе совет, Дерек. — Жанна повернула руль и съехала на парковочную зону: — На момент дуэли лучше сконцентрироваться на победе. Отринь всё лишнее. Друзья вы или нет — учёба есть учёба. Вы сами на это подписались.
— Согласен.
— К тому же, даже если Коля вылетит — ты же можешь помочь ему на фестивале.
— Не люблю делить шкуру неубитого медведя. А ещё мне очень не нравится, что ты не веришь в Коляна. Он победил Теньшину. А значит — у него есть все шансы одолеть и меня.
— Почему же не верю? Очень даже верю. Просто… Я с тобой в команде. А значит — буду болеть за тебя. — улыбнулась Жанна, и вытащив коннектор, закрыла аренду машины.
Каршеринг… Как много в этом слове непонятного. Но на самом деле — вполне удобный сервис, если надо быстро и недорого добраться внутри столицы. А ещё мне нравился сам факт того, что тачку можно было просто оставить в зоне действия. Не надо заморачиваться и отвозить на стоянку владельцев сервиса, как в обычной аренде.
— Кстати, как давно у тебя права? — поинтересовался я, когда мы направились в сторону крайне подозрительного ржавого забора.
— Ещё с одиннадцатого класса. Ну… как? В старших классах у нас был учебно-профессиональный комбинат. И мы там с девочками учились на водителей. А на первом курсе шараги я уже обратилась в ГИБДД и спокойно сдала все экзамены.
— Выходит, у тебя была машина?
— У отца. Старенький «Форд». Правда, потом он понял, что мы никуда на нем не ездим и благополучно продал. А я ещё не накопила на свой транспорт.
— Выходит, ты так усердно работаешь, потому что хочешь купить машину?
— Хех… Я так усердно работаю, потому что в Москве конские цены почти на всё. — усмехнулась Жанна.
— Тоже верно.
— Эм-м… — мы подошли вплотную к ржавому забору, и кошка с сомнением огляделась по сторонам, а затем вопросительно посмотрела на меня.
Автосалон, если это слово вообще подходило к трём рядам машин под открытым небом и вагончику-бытовке с покосившейся антенной, назывался «У Пашу».
Вывеска была написана от руки… Зелёной краской прямо на фанере. Буква «У» съезжала вниз, как будто отработала все существующие смены на заводе и тупо заколебалась стоять.
— Не томи. Спрашивай уже. — тяжко вздохнув, произнёс я, глядя на переминающуюся с ноги на ногу кошку.
— Ты уверен, что мы пришли по адресу? И что важнее… У меня вопросы к законности данного места. — Жанна с недоверием посмотрела сперва на вывеску, а затем на старенькую «Тойоту Камри», на боку которой явно остались следы шашечек от такси. Ушки кошко-девушки поворачивались независимо друг от друга, вылавливая звуки вокруг. Гудок с дороги, лай собаки за забором, скрип флюгера. Хвост она обмотала вокруг моей ноги. Так она делала, чтобы показать симпатию или же, когда нервничала, но не хотела этого показывать.
— Ты сама слышала. Мне Дядя Рубен посоветовал. — ответил я, с интересом поглядывая на старую квадратную «Вольво»: — Говорит, что местный продавец честный. Странный, но честный.
— «Странный, но честный» — это как «просроченный, но вкусный».
— Ты сама сегодня так про творог сказала.