Ты для меня целый мир

— Идёт — это не ответ, — возмущалась Софи.

— Идёт — это значит, что я не против снять это с неё позже.

Лина покраснела. Софи закатила глаза.

— Вы невыносимы.

— Зато любим друг друга, — парировал Алекс.

К вечеру Софи уехала — ночевать к подруге, но обещала вернуться утром, чтобы помочь упаковать последние коробки. Лина стояла на пороге, махала ей вслед, пока её машина не скрылась за поворотом.

— Она классная, — сказала Лина, закрывая дверь.

— Кто — Софи?

— Да. И ты. И Джинна. И Брайс. — Она повернулась к нему. — У меня никогда не было столько близких людей.

— Привыкай, — он обнял её. — Их будет больше.

— Ты про детей?

— В том числе.

Она снова покраснела.

Ночью они лежали в темноте. Лина прижималась к его боку, он гладил её по спине, медленно, лениво, водя пальцами по позвоночнику — от шеи до копчика и обратно.

— Алекс, — прошептала она. — Ты когда-нибудь жалел, что мы встретились?

— Нет.

— А если бы ты мог вернуться в прошлое и не приходить в тот ресторан? Если бы не увидел меня тогда?

— Это гипотетический вопрос, я на него не отвечаю.

— Это важно, — она приподнялась на локте, посмотрела на него. — Я хочу знать.

Он вздохнул.

— Лина, я прожил двадцать пять лет, пока не встретил тебя. И каждый день из них я не знал, что такое счастье. Я думал, что это успех. Деньги. Дорогие машины. Свобода. — Он провёл рукой по её щеке. — А оказалось, что счастье — это когда ты спишь рядом и дышишь мне в плечо. Даже если свистишь.

— Я не свищу.

— Свистишь. Немного. Мило.

Она хотела обидеться, но не смогла — рассмеялась и уткнулась ему в грудь.

— Ты невозможен.

— Это ты меня заразила.

Он поцеловал её, и разговор закончился.

Завтра будет ещё один день. И ещё один. А послезавтра — переезд.

Но это утро принадлежало только им.