Ты для меня целый мир

Глава 54. Встреча

Алекс вышел из дома в десять утра. Лина ещё спала — после вчерашнего показа мод и долгих разговоров она вырубилась на диване и даже не шевельнулась, когда он укрыл её пледом. Софи обещала приехать к обеду, так что у него было пара часов свободного времени. В последние две недели сестра часто появляются у них дома, чтобы морально помочь подготовится Лине к переезду.

Брайс ждал в кафе на набережной. Алекс зашёл внутрь, огляделся. Народу было мало, будний день, начало июля — туристы ещё не заполнили город, а местные отсиживались по домам.

Брайс сидел за дальним столиком, у окна, с видом на реку. Перед ним стояла чашка чёрного кофе и стакан воды.

— Ты рано, — сказал Алекс, садясь напротив.

— Не спалось, — ответил Брайс. — Джинна ворочалась всю ночь. Переживает за Лину.

— Лина тоже переживает. Даже во сне.

— Ты заказал?

— Нет, ждал тебя.

Алекс кивнул официантке, та подошла, приняла заказ — американо для Алекса и второй кофе для Брайса, потому что тот уже допил свой.

— Так что за дело? — спросил Алекс, когда они остались одни.

Брайс помолчал, потом достал из внутреннего кармана куртки маленький конверт. Белый, плотный, без подписи.

— Передашь Лине после переезда. Не сейчас. Через пару дней, когда она немного успокоится.

— Что там?

— Письмо. От Джинны.

— А она не могла сама передать?

— Могла, — Брайс положил конверт на стол. — Но тогда бы Лина расплакалась при ней. А Джинна не хотела этого. Сказала: «Пусть поплачет в Париже. В тишине».

Алекс взял конверт, повертел в руках. На обратной стороне было написано карандашом: «Линочке. Вскрыть в плохой день».

— Трогательно, — сказал он.

— Джинна вообще трогательная. Особенно когда её никто не видит.

Официантка принесла кофе. Алекс отпил, поморщился — горячо.

— Как вы там? — спросил Брайс. — Готовы?

— Почти. Осталось запаковать веник.

— Какой веник?

— Долгая история.

Брайс усмехнулся и откинулся на спинку стула. Он выглядел уставшим — не от недосыпа, а от того, что вокруг всё менялось. Алекс заметил это ещё пару дней назад, когда они впятером сидели в кафе и обсуждали накопленные вопросы. Он любил контроль, порядок, предсказуемость. А тут — я, вместе с Линой уезжаю, Джинна переживает, Кайн растёт, Лена стареет. Мир не стоял на месте, и Брайсу это не нравилось.

— Ты чего такой хмурый? — спросил Алекс.

— Думаю о будущем.

— О своём или о моём?

— О том, что Джинна будет скучать по Лине. А я буду смотреть на неё и не смогу ничего сделать.

— Можешь, — Алекс отставил чашку. — Можешь быть рядом. Это уже много.

— Ты сейчас как психолог.

— Я бизнесмен. Мы тоже умеем говорить умные вещи, если надо успокоить партнёра.

— Я тебе не партнёр.

— А кто?

— Друг, — Брайс сказал это так, будто признавался в чём-то неловком. — Наверное.

Алекс усмехнулся.

— Наверное? Ты спас меня от дурацких переговоров во Вьетнаме, я спас тебя от детективного поиска Джинны. Мы в расчёте.

— Это не считается.

— А что считается?

Брайс задумался.

— Не знаю. Наверное, когда ты готов приехать в три часа ночи, если кто-то позвонит.

— Ты бы приехал?

— Да. — Брайс посмотрел на него. — А ты?

— Уже приезжал. Когда Джинна сбежала к родителям, помнишь?

— Помню.

— Ну вот.

Они помолчали. Алекс допил кофе, поставил чашку, отодвинул.

— Ладно. Что ещё хотел передать, кроме письма?

— Браслет, — Брайс полез в карман и достал маленький бархатный мешочек. — Джинна купила. Сказала, что Лина потеряла свой в общаге, а новый не успела выбрать.

— Она потеряла браслет?

— Неделю назад. Плакала. Джинна заметила, но не сказала, что знает. Просто купила такой же.

Алекс открыл мешочек, вытряхнул на ладонь. Тонкая серебряная цепочка с маленькой подвеской в виде звезды.

— Она носила такой?

— Да. С первого курса. Говорит, на счастье.

— Интересный.

— Да. Простенький, но на первом курсе Джинна могла позволить только такой браслет, чтобы порадовать свою подругу. Видимо именно поэтому Лина так его ценит. Они же как сёстры друг другу. — Брайс забрал мешочек, протянул Алексу обратно. — Спрячь. Передашь, когда будет нужно.

— Когда?

— Когда она в первый раз заплачет в Париже. Джинна сказала: «В первый же день, я её знаю».

Алекс сунул мешочек в карман джинсов.

— Передам.

Они вышли из кафе. Солнце уже поднялось высоко, и на набережной стало жарко. Вода блестела, чайки кричали, где-то играла уличная музыка.

— Ты не хочешь остаться на обед? — спросил Алекс. — Лина обрадуется.

— Не могу. Джинна одна дома надо ехать к ней. Да и сегодня у меня выходной, мы должны с ней будем углубиться в вопрос о работе. Ей уже не сидится дома, хочется что-то делать.

— Ты влип, — усмехнулся Алекс.

— Знаю, — ответил Брайс. — Ты тоже.

Он хлопнул Алекса по плечу, развернулся и пошёл к машине.

Алекс постоял ещё минуту, глядя ему вслед. Потом достал телефон, написал Лине: «Я скоро. Не скучай».

Ответ пришёл почти сразу: «А если я уже скучаю?»

«Тогда я зайду в кондитерскую и куплю тебе круассан».

«С шоколадом?»

«С шоколадом».

«Ладно, жду».

Он убрал телефон в карман, нащупал там бархатный мешочек и конверт. Вздохнул.

Две женщины. Один переезд. Целая жизнь впереди.

Он пошёл в сторону кондитерской.

Сегодня будет дом. Коробки. Споры о венике. Завтра — аэропорт, самолёт, Париж. Потом — новая жизнь.

А пока — просто утро, просто кофе и простое обещание, которое он обязательно сдержит.