Страница 34 из 50
За спиной скрипнула половица. Давид босиком стоял в дверном проёме, в одних брюках. Сонный и растрёпанный. Но уже с цепким взглядом, готовым моментально включить в работу. Он посмотрел на меня в своей рубашке, на экран моего телефона и всё понял. Агентство «Новая Я» вернулось к работе.
— Доброе утро, партнёр, — хрипло сказал он. Давид прошёл на кухню. — Вижу, ты уже строишь планы захвата мира. Зачем ты смотришь на эту физиономию с утра пораньше?
— Нам не нужно взламывать его счета, Давид, — я отложила телефон. Я посмотрела на юриста. В моих глазах был холодный блеск. — И подкидывать бумажки инвесторам по тёмным углам. Мы ударим его же оружием. Репутацией!
Давид налил себе воды из фильтра. Опёрся о столешницу и скрестил руки на груди.
— И как мы это сделаем?
— Давид, как ты смотришь на то, чтобы легализовать профсоюз? — я хищно усмехнулась.
Юрист приподнял бровь.
— Профсоюз обиженных и оскорблённых? Звучит как название дешёвого сериала.
— Мы найдём всех, кого он использовал и выбросил, — я начала загибать пальцы. — Его бывшую пиарщицу, он уволил её без выходного пособия за то, что она заболела. Архитектора. Вадим стёр его имя из проекта торгового центра. Водителя, на которого он повесил свою аварию. Мы соберём их всех.
— И что дальше? Устроим хоровод вокруг его офиса? Напишем коллективную жалобу в спортлото?
— Создадим негласный «Клуб бывших Вадима». Они дадут нам показания. А мы дадим им юридическую защиту и деньги. Мы разрушим его образ идеального кандидата изнутри руками тех, кого он считал мусором. Это будет эффект разорвавшейся бомбы. Избиратели любят драмы, особенно, когда идеальный мужик оказывается чудовищем.
Давид медленно опустил стакан. На его лице расплылась искренняя улыбка человека, который обожает красивую игру. Он привычным жестом поправил несуществующий воротник рубашки на голой груди.
— Я подготовлю документы для каждого члена этого клуба, — Давид посмотрел на меня. В его взгляде было восхищение. — Это будет очень изящная резня и бюрократическая бойня. Я уже предвкушаю, как его адвокаты будут плакать кровавыми слезами и пытаясь отмыть его имидж.
— Мы оставим его без штанов и без мандата, — добавила я.
Я допила кофе, предвкушая предстоящие перемены. Теперь, из позиции добычи мы становимся охотниками, которые знают, куда бить.
И тут экран моего телефона загорелся. Пришло сообщение с незнакомого номера.
Я открыла текст. Улыбка сползла с моего лица. Сердце ухнуло куда-то в район желудка. Внутри всё похолодело.
«Я знаю, что вы вынесли из сейфа Вадима. И я знаю, кто заказал убийство Ильи Эдуардовича. Я хочу в долю. Иначе сегодня вечером копии папки лягут на стол прокурору. Ты и Давид пойдёте как соучастники. Жду вас в старом доке через час».
Я подняла глаза на Давида. Игра вышла из-под контроля. В городе появился третий игрок. И он держал нас на мушке.
— Что там? — спросил Давид. Улыбка исчезла с его лица. Он подошёл ближе.
— Похоже, наши идеальные планы придётся отложить, — я протянула ему телефон. Мой голос дрогнул, но я быстро взяла себя в руки. — Мы в дерьме, партнёр, причём по самое горло.