Страница 2 из 50
Дверь щёлкнула ключом, в комнату вошёл Вадим. Костюм сидит идеально. Он увидел меня с сумкой. Взгляд скользнул по пустой тумбочке, его зрачки расширились, и он всё понял.
Я ждала оправданий или паники. Но Вадим как лучший пиарщик включил антикризисный режим.
Он снял пиджак и аккуратно повесил его на кресло. Никакой вины, только спокойствие хирурга перед ампутацией.
— Агния, милая, — он говорил так, словно успокаивал расстроенного ребёнка. — Я вижу, произошло недоразумение, техника подводит. Давай без драмы. То, что ты услышала, это физиология и кризис долгих браков. Сбой в системе, если можно выразится яснее.
— Сбой в системе? — я чуть склонила голову и смотрела на него, как на абсолютно чужого человека, которого видела впервые.
— Именно. Ты сейчас на эмоциях, гормоны шалят. Хочешь показать гордость, хорошо. Поживи в однушке. Без кредитки, водителя и без статуса. Поймёшь, как там холодно и неуютно. Остынешь, и мы поговорим как взрослые. Я не держу зла на тебя, за то чты ко мне холодна, в последние месяцы. Я всё прощу. Просто забудем этот вечер.
Он искренне верил, что я сама виновата в случившемся и что я никуда не денусь, как будто без него я никто.
Я посмотрела на него в упор. Внутри осталась только звенящая ясность и комедийный абсурд происходящего.
— Ты ждёшь, что я разобью бокал о твоё лицо? — я усмехнулась. Мой голос звучал ровно. — Оставим это для мыльных опер. Я не буду бить посуду. И уж точно не буду ждать твоего прощения. Я просто уйду.
Вадим нахмурился, складка залегла между бровями. Моя реакция сломала его алгоритм.
— Что ты несёшь? Агния, прекрати цирк. Куда ты пойдёшь в вечернем платье на ночь глядя?
— Я заберу свою жизнь обратно, — я поправила ремешок сумки. — Ту жизнь, которую ты незаметно присвоил.
Я развернулась и пошла к выходу.
— Агния! — голос впервые дрогнул. Он злился, как человек, у которого сломался пульт от телевизора. — Выйдешь за дверь — возврата не будет! Ты останешься ни с чем! Кто ты без меня⁈
Я остановилась и медленно обернулась на его растерянное лицо.
— Ошибаешься, Вадим, — я улыбнулась ему холодно, как он сам когда-то учил меня. — У меня останутся мозги, а вот у тебя без них начнутся проблемы.
Я вышла в коридор и закрыла дверь, достала телефон и нашла номер Давида Орлова. На часах полночь, но такие юристы не спят. Пошли гудки.
— Слушаю, — раздался сухой, рубленый голос.
— Давид. Это Агния Уварова.
— Агния? — в его голосе проскользнуло удивление. — Разве вы не празднуете двадцать лет безоблачного счастья? Я как раз ровняю карандаши на столе и мысленно поднимаю бокал за ваш союз. Правда, моя жена почему-то срочно уехала к больной тёте.
— Тётя сейчас в номере 412, — спокойно ответила я. — И она очень громко стонала, с моим мужем.
В трубке повисла тишина. Я почти слышала, как шестерёнки в голове Давида крутятся с бешеной скоростью, анализируя риски и ущерб. На фоне кто-то недовольно мяукнул. Кот?
— Ясно, — отчеканил он. Ни крика, ни ругани. Ледяная глыба. — Вадим?
— Он самый. У нас с тобой теперь есть нечто общее и я не про любовь к хорошим костюмам. У нас обоих рога, Давид и сейчас я своими шкребу потолок.
Он хмыкнул. Чёрный юмор витал в воздухе.
— Что предлагаешь? — голос Давида стал жёстким, строго по делу. Он отключил эмоции так же быстро, как и я.
— Я ушла от него пять минут назад. И я забираю свои интеллектуальные наработки. А вот активы Вадима останутся без присмотра. Тебе нужны мои соболезнования в виде бутылки вискаря?
— Мне не нужны соболезнования. Мне нужна его репутация, размазанная по передовицам деловых изданий, — усмехнулся Давид. В его голосе сквозила уязвлённая гордость.
— Тогда нам есть что обсудить. Жду тебя в баре на первом этаже через десять минут.
— Буду через девять, — отрезал он. — И Агния…
— Да?
— Не заказывай мне там кофе. Это не кофе, а крашеная вода. Я принесу свой. И заодно захвачу пару документов для развода.
Он повесил трубку. Я искренне рассмеялась, впервые за весь вечер. Уличный кот на фоне, придирчивость к кофе и холодный расчёт на фоне рухнувшей личной жизни, прозвучал как насмешка.