Страница 41 из 76
Глава 12
Я спустился к Ангаре и пошел по улице вдоль берега в сторону привязанных вдалеке лодок. Мне нужно переплыть реку, но своей лодки у меня нет, поэтому намеревался попросить кого-нибудь из рыбаков перевезти меня.
Лето почти наступило, весь берег зеленел травой и кустами. Порт и причалы были в нескольких километрах отсюда, поэтому слева от дороги высился лес: стройные сосны, величественные ели и березки, куда же без них?
Кое-где прямо из воды выступали каменные глыбы, покрытые трещинами. Их облюбовали чайки. Некоторые из них с криками носились над головой, отнимая друг у друга мелкую рыбешку.
На рассвете небо было чистое, но сейчас набежали серые тяжелые тучи, грозясь разразиться дождем. Лишь бы успеть к этому времени перебраться на другой берег. Не хотелось бы попасть под ливень посреди реки.
Вскоре я добрался до открытого песчаного места, где у самой кромки воды плавно покачивались три привязанные лодки. Остальные лодки в перевернутом виде стояли на деревянных перекладинах.
Спустившись с дороги, направился к мужчинам. Те сидели на корягах, выброшенных на берег полноводием, и о чем-то неспешно беседовали у трескучего костра.
— Приветствую, — поздоровался я, приблизившись к ним.
— Здорово, — ответил один из них.
Это был худощавый мужчина со светло-голубыми глазами на темном обветренном лице. Он латал сети, быстро перебирая натруженными руками по ячейкам с мотком ниток на катушке с острым концом.
— Мне нужно перебраться на тот берег. Готов заплатить, сколько скажете.
Мужчины переглянулись, но никто не вызвался. Наоборот, как ни в чем не бывало вернулись к разговору.
— Я же сказал, что заплачу, — с нажимом повторил я. — У меня есть деньги.
Снял рюкзак, намереваясь продемонстрировать несколько купюр. Может, они не верят, что деньги у меня есть, поэтому игнорируют?
— Не утруждайся, парень. Никто на ту сторону не переплавится, — сказал тот, со светлыми глазами.
— Почему?
— Опасно. Тварь там поджидает.
— Так ведь до Кайской сопки далеко, — удивился я.
— Говорят, она уже по всей округе бродит, поэтому пока туда никто не хочет приближаться.
— Даже за десять рублей? — я вытащил две купюры по пять рублей и продемонстрировал мужчинам.
— Хоть двадцать. Жизнь дороже, — сухо проговорил тучный обросший мужик. — А тебе там что надо?
— Есть одно дело, — ответил я и с раздражением уставился на водную гладь, покрытую рябью.
От Ангары веяло холодом, а отраженные серые тучи навевали тоску. Что же мне делать? Поискать других рыбаков? А если и они откажутся? Не думал, что с этим возникнут сложности.
Я уже хотел продолжить путь, но тут мне в голову пришла одна мысль.
— Продайте мне лодку, — обратился я к рыбакам, которые, казалось, уже забыли обо мне и обсуждали подкормку для рыбы.
Они снова замолчали и удивленно уставились на меня.
— А ты умеешь с лодкой-то обращаться, малец? — спросил тучный мужик.
— Умею, — уверенно ответил я, хотя в этой жизни ни разу в нее не садился, а в прошлой пробовал лишь раз, да и то в детстве.
— Ну, купи мою, — он указал на узкую длинную лодку из старого, потрескавшегося дерева. — Я как раз новую просмолил и намеревался старую продать.
Лодка мерно покачивалась на воде. Я подошел поближе и заглянул внутрь. Сухая — значит, не протекает.
— Согласен, — кивнул я. — Сколько стоит?
— За три рубля отдам.
Я отсчитал монетами три рубля и насыпал их в протянутую руку с грубыми мозолями. Затем подошел к лодке, аккуратно опустив в нее свой рюкзак, отвязал от толстой коряги, торчащей из земли, и забрался внутрь.
Мне сразу стало не по себе. Во-первых, лодка оказалась слишком узкая — еле вместился на скамью. Даже странно: как этот тучный мужчина в нее влезал?
Во-вторых, она выглядела очень ненадежной и так сильно раскачивалась, что казалось, будто вот-вот перевернется.
— Возьми себя в руки, — шепотом велел я сам себе, поднял со дна два весла, таких же старых, как сама лодка, и спустил их в воду.
Наваливаясь всем телом на весла, начал загребать воду, но почему-то оставался на месте, а потом и вовсе заплыл в камыши, от которых наоборот хотел отдалиться.
Рыбаки с интересом наблюдали за мной, но никто не пытался остановить или помочь советом. Сам купил — сам и разбирайся.
Ладно, надо успокоиться и подумать. Если я загребаю левой рукой, то поворачиваю влево, а если правой — то направо. Вроде ничего сложного, но почему-то не получается.
В это время течение вынесло меня из камышей, и я поплыл вниз по реке. Руночерть задери! Это в мои планы точно не входило!
Неизвестно, как далеко меня унесет от города, и тогда на дорогу придется потратить гораздо больше времени. Вцепившись в весла и напрягая все тело, начал работать руками.
— Раз-два, раз-два, — проговаривал я, загребая воду.
Течение, которое с берега казалось медленным, сейчас стало сильнейшим. Я почувствовал себя букашкой, попавшей в плен стихии. Стараясь не паниковать, я решил работать ритмично и без рывков. Аккуратно опустив лопасти весел в воду, посильнее вцепился в рукоятку и плавно наклонился назад, оставляя руки прямыми. В общем, начал работать корпусом, а не руками, которые быстро начали уставать.
Эта техника помогла справиться с течением, и я понемногу начал продвигаться к противоположному берегу.
Мне показалось, что прошла целая вечность к тому времени, когда я наконец достиг берега. Однако сейчас я столкнулся с еще одной трудностью: как остановить лодку и сойти на берег? Методом проб и ошибок я наконец понял, что нужно опустить весла в воду и удерживать их перпендикулярно направлению движения.
Заплыв в мелкий кустарник, растущий прямо в воде, я взялся за веревку и спрыгнул в воду. Провалился по самые яй… В общем, намок. Затащив лодку на берег, устало прислонился к стволу сосны.
Рыбаки на той стороне реки до сих пор наблюдали за мной. Интересно, они делали ставки, доплыву я до берега или нет? Я бы поставил на то, что не доплыву. Сразу было видно, что с этим транспортным средством я крайне плохо управляюсь.
Идти по лесу в мокрых штанах и сапогах — так себе идея. Во-первых, холодно. Во-вторых, неприятно. Особенно когда вода хлюпает в сапогах. Именно поэтому принял решение обсохнуть.
Нашел открытое место, куда натащил сухой древесины и поджег. Рядом на куст повесил штаны, а сапоги подвесил на сучки, что сломал у ближайшей сосны. Пока одежда сохла, вытащил сушеную рыбешку и похрустел ею.