Страница 75 из 79
Глава 20
Утро опять началось с переполоха. Правда, на этот раз Алевтина была ни при чем.
— Вы только гляньте, что они там натворили! — в дом забежал Семен с вытаращенными глазами. — Сволочи! Ничего святого нет.
— Что такое? — я нехотя встал и вышел из приемной, которая на время стала моей спальней.
— Идем покажу, — махнул он рукой и скрылся за дверью.
Натянув штаны, засунул ноги в сапоги и последовал за ним. Семен стоял на крыльце и смотрел себе под ноги, поэтому я чуть не налетел на него.
— Ты чего встал?
— Дальше не пойду.
На крыльце лежала окровавленная туша мертвого волка.
— Откуда здесь это? Кто это сделал? — выдохнул я, бросив обеспокоенный взгляд в сторону сарая, где жили наши лошади.
— Наверняка эти полудурки из Лика Истинного подсунули. Хотят таким макаром вас из города выгнать.
— Ну и методы, — я прошел мимо туши и торопливо двинулся к сараю.
К счастью, лошади были живы и здоровы. Взяв ведро, чтобы набрать чистую воду, вышел на улицу и увидел, как Семен выходит за калитку.
— Ты куда?
— Схожу за охотником. Пусть забирает. Нам на кой ляд этот волк?
— Правильно, иди, — кивнул я.
Пока я принес лошадям свежей воды и бросил сена, Семен вернулся с мужчиной, который жил с семьей через дом от нас.
— Волк-то здесь откуда взялся? — удивился охотник.
— Принесли, понятно же. Хотят нас запугать, да не на тех нарвались, — дерзко сказал Семен и огляделся, будто тот, кто принес волка, до сих пор где-то рядом.
Охотник склонился над зверем и внимательно его осмотрел.
— Мех у них сейчас негодный, весь облазит. Но да ладно, заберу, раз вам не надо, — согласился он.
— Забирайте, нам от него толку нет. Я видел у вас во дворе три собаки. Может, поделитесь одной, чтоб было кому дом охранять? — спросил Семен.
— Они уже ко мне привычные. Чужому человеку служить не будут, но могу щенка дать. Как раз недавно сука понесла помет в три лайки.
Семен повернулся ко мне, ожидая ответа.
— Щенок уже может сам есть? — уточнил я.
— Жидкое ест. Молоко, бульон с хлебным мякишем.
— Сколько стоит?
— Бесплатно отдам. Уже всех раздал, один кобель остался.
— Хорошо, мы его забираем.
Вдвоем с Семеном они утащили волка, и вскоре парень вернулся с пухлым серым щенком на руках.
— Ты только глянь, какой он, — с улыбкой сказал Семен, прижимая щенка к груди. — Сразу ко мне прибежал. Знает, к кому нужно идти.
Я подошел поближе, погладил щенка по голове.
— Как назовем?
— Не знаю… У меня в детстве тоже лайка была. Только ослепла и под колеса телеги с кирпичом попала, — погрустнев, ответил он. — Рада ее звали. А этого… Пусть будет Гром.
— Хорошее имя — Гром. Здравствуй, щенок Гром, — я взял его лапку и легонько пожал, одновременно обследуя щенка «вторым» зрением.
Он здоров и довольно упитан. Охранять будет еще не скоро, но я всегда любил собак, поэтому был рад нашему новому другу. Однако мне почему-то казалось, что мертвый волк — дело рук не прихожан Лика Истинного. Но кто же тогда решил нас запугать?
За завтраком мы принялись обсуждать случившееся, но Ерофей, как и Семен, думал на служителя храма.
— Ты сам видел, как он здесь орал и грозился. Сказал, что мы зло на какой-то сопке открыли. Вот и решил нас пугать, — сказал он, намазывая на хлеб толстый слой желтого сливочного масла. — Я вот думаю, надо бы вам с Семой дежурство устроить, чтобы поймать подлеца. А если он завтра нам еще какую-нибудь дрянь под дверь принесет? Или другую подлость сделает? Не-е-ет, надо быть начеку.
— Но почему волк? — задумчиво проговорил я, попивая горячий свежезаваренный чай. — Что они хотят этим сказать?
— Вот, мол, мы какие храбрые — против зверя пошли. А вас-то тем более прищучим, — сказал Ерофей и страшно вытаращил глаза.
Алевтина, которая до этого со скучающим видом ела кашу, вздрогнула и отодвинулась от лекаря на самый край лавки.
Хм, странно. Если это прихожане Лика Истинного, то это даже хорошо, ведь лучше знать своих врагов. А если нет? Кому же мы еще успели дорогу перейти?
После завтрака Семен отпросился у меня и побежал следить за своей мачехой, а я решил пойти с Алевтиной на прогулку. Ей будет полезно пройтись.
Взяв ее за руку, вывел со двора и потянул в сторону Ангары. Утро было теплое, весенний паводок немного спал, поэтому на реке было много рыбаков.
— Ты когда-нибудь ловила рыбу? — спросил я.
Девушка не ответила, глядя на солнечные блики на воде. Мы свернули налево и теперь шли вниз по улице, которая вела к Ангаре.
— Есть у тебя любимые места, которые ты бы хотела посетить? — не отступал я, стараясь вывести ее на разговор.
Девушка пожала плечами.
— Ты бы хотела мне что-нибудь рассказать?
Алевтина остановилась и внимательно посмотрела на меня. Я видел, что с ней что-то творится, и замер, боясь спугнуть. Мне так и хотелось крикнуть: «Ну же, скажи что-нибудь!» Однако она как вспыхнула, так и погасла. Повернувшись в сторону реки, девушка продолжила путь. М-да, непросто с ней, но я сдаваться не намерен.
Мы дошли до реки, но близко подходить я запретил. Во-первых, вода ледяная, поэтому от нее издали веяло холодом. Во-вторых, я не был уверен, что Алевтина не учудит что-нибудь. Уж лучше пусть постоит и полюбуется поодаль.
Прогулявшись вдоль берега, мы вернулись домой. Прогулка ее вымотала, поэтому Алевтина легла в свою постель и тут же заснула. Я покормил скулящего Грома, которого Ерофей не принял и сказал, «чтобы отнесли блохастого туда, откуда взяли», но мы с Семеном отстояли нашего нового друга и даже выделили ему место на старом коврике у печки.
Прибираясь в приемной, услышал, как хлопнула входная дверь, и, выглянув из комнаты, заметил Семена.
— Ну что? Выследил мачеху? — спросил я, подметая веником сор с пола.
— Не-а, отец меня заметил, когда к дому подходил. Поговорили, и он меня подвез до нашего перекрестка.
— Куда ты думаешь, она ходит?
— Мне-то откуда знать? — развел он руками. — Только пахнет это скверно.
— Ты прав.
В это время в дверь постучали. Ерофей тут же вскочил с лавки, впопыхах надел халат и громко сказал:
— Войдите!
На пороге появился мальчик лет десяти. Он тяжело дышал от быстрого бега и выглядел встревоженным.
— Ты — знахарь? — ткнул он пальцем в сторону Ерофея.
— Я, — кивнул он. — Чего тебе, мальчик?
— Помощь нужна. Побежали! — махнул он рукой, но Ерофей не сдвинулся с места.
— Толком говори, что случилось?