Страница 74 из 79
— Чего не сделаешь ради спасения человека. Если тебе запретили заходить к больным в больницу, значит, буду этих самых больных из больницы выводить, — улыбнулся он.
Мы зашли в трактир и сели у окна. Илья заказал крепкую настойку из смородины, а я попросил стакан теплого молока с медом.
— Для здоровья полезно, — пояснил я Илье, который как-то странно посмотрел на меня.
Я рассказал Илье про Алевтину. Тот поддержал меня, сказав, что я правильно сделал, забрав девушку к себе.
— Только теперь нам совсем тесно. Мне бы дом побольше, и чтоб отдельный вход для больных. Неудобно как-то, что мы их на улице держим под зноем и дождем. Хочется, чтобы было как у вас в больнице: тепло, светло, скамеечки.
— Согласен. Изба вам уже не подходит. Нужно снять дом поближе к центру. Правда, дороговато будет.
— С этим проблем нет, — заверил я.
— Тогда я могу поспрашивать у знакомых и пациентов. Может, кто-нибудь предложит подходящее местечко.
— Выпьем за это, — я поднял свой стакан с молоком, и мы чокнулись.
Когда вернулся домой, было уже поздно, но Семен сидел на крыльце. Он помог завести лошадей в сарай и, прежде чем зайти, шепнул мне:
— Я сегодня домой ходил.
— Молодец. Данное отцу слово надо держать, — похвалил я и хотел пройти мимо, но он преградил мне путь.
— Из-за мачехи ходил. Только в дом не заходил, а в крапиве схоронился, что за дровяником у нас растет.
— Зачем?
— Затем, чтобы посмотреть, что она будет делать.
— И что же?
— Как только отец уехал, она разряженная вышла и куда-то поспешила. Получается, что я ни при чем. Не из-за меня она из дому уходила.
— Хм, и что же ты намерен делать?
— Прослежу за ней и посмотрю, куда это она бегает. Чует мое сердце — дело нечистое.
— Согласен, — задумчиво кивнул я.