#Активация

Я медленно сдал назад, не сводя глаз с группы на крыльце. Они не двинулись с места. Просто проводили нас взглядами. Когда мы выехали обратно на трассу, я почувствовал, как напряжение, сковавшее плечи, немного отпустило. Но ненадолго. Мир больше не делился на своих и чужих. Он делился на тех, кто хочет тебя убить сразу, и тех, кто сначала подумает.

Ближе к вечеру, когда мы уже подъезжали к Шелби, Джинн снова подал сигнал тревоги. Его тон не изменился ни на йоту, но сами слова заставили все внутри похолодеть.

— Внимание. Впереди, в полутора километрах, искусственное препятствие на шоссе. Три легковых автомобиля перекрывают обе полосы. Визуальный контакт, восемь-десять человеческих фигур. Вооружены стрелковым оружием.

На планшете появилось изображение с дрона. Криво поставленные машины, и за ними — люди. Они не просто стояли. Они оборудовали позиции. Засада. Примитивная, но от этого не менее смертельная.

— Они ждут нас, — тихо сказал Максим.

— Не факт, что нас. Просто кого-то, — поправил я, сбрасывая скорость. — Диана, как обстановка сзади?

— Чисто. Разворачиваемся?

— Нет. Они могли выставить секреты по сторонам. Если мы развернемся, они поймут, что мы их засекли. И начнут стрелять вдогонку. А грузовик — отличная мишень. Пойдем напролом.

Максим посмотрел на меня как на сумасшедшего.

— Напролом? Саша, они же откроют огонь! Нас убьют!

— Этот 'Хамви' держит пулю от калаша. А грузовик… Диана, держись вплотную за мной. Максимальная скорость. Как только я пробью завал, проскакиваешь следом. Огонь не открывать. Ни в коем случае. Наша задача — прорваться. через заслон на скорости. Берегите головы.

— Они же люди! — почти закричал Максим.

Джинн вмешался, будто подводя итог спору.

— Анализ их позиций указывает на низкую стрелковую подготовку. Баррикада не укреплена. Прорыв на скорости свыше ста километров в час имеет девяносто четыре процента успеха. Вероятность критического повреждения ведущей машины — менее трех процентов.

— Слышал? Даже твой калькулятор 'за', — я переключил передачу. — Диана, готовность.

— Готова, — коротко ответила она.

Я вдавил педаль газа в пол. 'Хамви' взревел и рванулся вперед, и расстояние до баррикады стало стремительно сокращаться. Фигурки за машинами засуетились, вскидывая оружие. Максим вцепился в приборную панель, зажмурившись. Я же смотрел только вперед, на точку, куда должен был прийтись удар.

За двести метров по нам открыли огонь. Пули защелкали по броне, как град. Что-то звякнуло по стеклу, оставив на триплексе белую отметину. Я не сбавлял ход. Сто метров. Пятьдесят. Фигуры людей, их искаженные криком лица.

Удар.

Мир вздрогнул. Раздался оглушительный скрежет металла. 'Хамви' подбросило, но он устоял на колесах. Старенькая 'Тойота', стоявшая в центре баррикады, отлетела в сторону, как консервная банка. Путь был свободен. Я мельком глянул в зеркало заднего вида — грузовик Дианы проскочил следом. По нам все еще стреляли, но мы уже были вне зоны эффективного огня.

— Прорвались, — выдохнул я. — Все целы?

— Я… я в порядке, — пролепетал Максим, все еще не открывая глаз.

— Диана?

Молчание.

— Диана, ответь! — рявкнул я в рацию.

— Я… здесь, — ее голос в динамике был слабым и каким-то сдавленным. — Меня… зацепило.

Дерьмо.

Я проехал еще пару километров, прежде чем нашел съезд с дороги, скрытый лесополосой. Загнав машины под кроны деревьев, я выскочил наружу и бросился к грузовику. Диана сидела за рулем, бледная, прислонившись головой к стеклу. Левый рукав ее куртки стремительно намокал кровью. Максим стоял рядом, беспомощно глядя на нее.

— Уйди, — оттолкнул я его и осторожно помог Диане выбраться из кабины. Она закусила губу, чтобы не вскрикнуть.

Я разрезал ножом ткань. Рваная дыра в плече, чуть ниже ключицы. Нехорошая рана. Пуля, похоже, вошла под неудачным углом, пробив тонкую обшивку двери грузовика. Шальная пуля. Самая подлая.

— Джинн, оценить состояние, — приказал я, доставая из аптечки индивидуальный перевязочный пакет.

— Ранение плеча. Судя по цвету и интенсивности кровотечения, артерия не задета. Но возможно повреждение кости. Требуется квалифицированная медицинская помощь и антибиотики. Без этого вероятность сепсиса в течение сорока восьми часов — семьдесят пять процентов.

Диана попыталась усмехнуться.

— Оптимистично… как всегда.

Я промыл рану антисептиком и туго затянул повязку. Она держалась молодцом. Ни единого стона. Только стиснутые зубы и капельки пота на лбу. Максим смотрел на все это с ужасом. Его гуманизм сегодня чуть не стоил нам жизни, а Диане — здоровья.

— Нам нужно найти врача, — сказал он, когда я закончил.

— Да неужели? — я зло посмотрел на него. — А я-то думал, просто подорожник приложим. Твои 'люди' чуть не убили одного из нас. Ты все еще хочешь с ними поговорить? Поведешь грузовик, — сказал я ему, не глядя. — Диана поедет со мной в 'Хамви'. Здесь я смогу за ней присматривать.

Он промолчал, отведя взгляд. До него начинало доходить. Медленно, со скрипом, как до ржавого механизма. Мы понятия не имели, где в этом мертвом мире мы сможем найти врача.

***

Максим теперь рулил грузовиком. Я посадил его за баранку этой махины, пусть почувствует ответственность не только за свои гуманистические порывы, но и за тонны стали, жратвы и патронов за спиной. Диана сидела рядом со мной в головном 'Хамви', бледная, стиснув зубы. Я заставил ее выпить пару таблеток сильного обезболивающего из аптечки и антибиотик широкого спектра. Это было всё, что я мог сделать. Остальное зависело от ее организма и нашего везения.

Дорога на север превратилась в бесконечную серую ленту, намотанную на катушку пустоты. Голос Джинна из планшета на соседнем сиденье был единственным, что не менялось в этом мире. Ровный, безэмоциональный, он сыпал фактами, как автомат патронами.

— Впереди населенный пункт Грейт-Фолс. По данным довоенных карт — город с населением около шестидесяти тысяч. Дрон фиксирует множественные очаги пожаров, задымление. Движения не наблюдается. Рекомендую обойти по восточной дуге, используя проселочные дороги. Прокладываю маршрут.

На экране планшета тут же загоралась тонкая зеленая линия, обходящая мертвый город. Дроны — наши глаза и уши. Они летели впереди на пару километров, сканируя каждый перекресток, каждую рощицу. Без них мы были бы слепыми котятами. Джинн выводил картинку на экран, и мы видели мир с высоты птичьего полета. Мир, где птиц почти не осталось.