Страница 15 из 35
8. Утро, которое всё расставило по местам
Лера проснулась с чётким ощущением, что совершила международное преступление.
Она лежала под белым одеялом, тупо уставившись в потолок каюты, и подетально прокручивала в памяти вчерашний вечер. Борис без формы. Его обезоруживающий взгляд. Хлёсткое «хочу проводить». И её собственное, глупое, трусливое враньё.
«Я из Москвы. Дизайнер интерьеров. Путешествую одна, чтобы побыть наедине с мыслями…»
Ни единого слова про развод. Ни намёка на то, что её бывший муж сидел на расстоянии вытянутой руки и едва не прожёг в её блузке дыру.
— Ты идиотка, Валерия, — констатировала она, обращаясь к плафону.
Плафон промолчал. Он явно держал нейтралитет.
За завтраком Лера изо всех сил разыгрывала абсолютное хладнокровие. Взяв большую чашку американо и круассан, она забилась в самый дальний угол зала и уткнулась в экран телефона. В чатах висела унылая рабочая переписка, а близкая подруга Света прислала весёлый мем про токсичных бывших. Света и понятия не имела, что этот самый «токсичный бывший» сейчас жуёт омлет в трёх метрах от Леры. Лера ничего ей не рассказывала. Потому что если озвучить это вслух Свете — придётся признать масштаб катастрофы. А признавать не хотелось.
— Лерочка, приветик! — над ухом раздался приторный голосок Алисы. Блондинка возникла из ниоткуда, благоухая убойной дозой парфюма. — Отлично выглядишь. Что, совсем не спалось ночью?
— Прекрасно спалось, — ответила Лера, не отрывая взгляда от экрана.
— Да? А по виду и не скажешь. Такие тени под глазами… И цвет лица какой-то… ну, ты понимаешь.
Лера медленно отложила телефон и подняла голову:
— Алиса, ты пришла поработать моим личным косметологом или просто решила проявить сострадание?
— Ах, ну что ты! — театрально замахала руками та. — Я просто пришла напомнить, что через полчаса у нас зелёная стоянка и экскурсия в старинный монастырь. Там потрясающие виды. Ты ведь идёшь?
— Нет. У меня другие планы.
— Какая жалость, — Алиса победно улыбнулась, сощурив глазки. — А вот товарищ капитан, говорят, идёт. Лично сопровождает группу. Он у нас с некоторых пор стал ужасно близок к простому народу. К отдельным его представителям.
Она сделала красноречивую паузу, окинула Леру оценивающим взглядом и уплыла в сторону выхода.
Лера сжала фарфоровую ручку чашки так, что пальцы побелели. Она прекрасно понимала: это была чистейшая провокация. Алиса просчитывала её ходы.
В итоге Лера осталась на борту. Сказала себе, что раскалывается голова, что нужно во что бы то ни стало дочитать детектив. На самом же деле она банально струсила. Рядом с Борисом у неё с завидным постоянством отключался здравый смысл, а сейчас ей жизненно необходимо было включить холодный расчёт.
Она выбралась на солнечную палубу, устроилась на уединенном шезлонге в самом тупике и открыла книгу про маньяка. Спустя пятнадцать минут она поймала себя на том, что перечитывает один и тот же абзац в пятый раз. В голове набатом стучали фразы Бориса: «Ради тебя я найду окно в расписании…», «Ты необычная…».
— И что всё это значит? — спросила она у кружащих над кормой чаек. — Он просто галантен? Флиртует от скуки? Или я для него просто забавный аттракцион?
Чайки предсказуемо промолчали. От них помощи ждать не приходилось.
Спустя полчаса тишину нарушил отчетливый скрип шагов. Лера подняла глаза и внутренне застонала: к ней целенаправленно шёл Антон. Он выглядел непривычно помятым и взвинченным.
— Не пошла в монастырь? — спросил он, без приглашения опускаясь на соседний пластиковый шезлонг.
— Не пошла, — сухо подтвердила Лера, демонстративно уткнувшись в страницу.
— Голова?
— Она самая.
— Врёшь ведь.
Лера с хлопком закрыла книгу:
— Антон, тебе-то какая разница? Какое тебе дело до моей головы и моих планов?
Он неопределённо повёл плечами, разглядывая горизонт:
— Да так. Просто спросил.
Пауза вышла тяжёлой, удушливой. Лере безумно хотелось встать и уйти, но бегство выглядело бы малодушием.
— Лер, — после долгого молчания выдавил Антон.
— Что?
— У тебя с этим речным волком… это что, всерьёз?
Лера медленно повернула к нему голову. Внутри закипала глухая, праведная ярость.
— А на каком основании ты задаёшь мне эти вопросы? Ты бросил меня полгода назад. Ты притащил в этот круиз свою новую пассию. А теперь сидишь здесь и пытаешься изображать из себя ревнивого Отелло? Тебе плевать на меня, Антон. Было бы не плевать — ты бы не уходил, собрав вещи за два часа, пока я была на работе.
Антон открыл было рот, бледнея, но Лера уже резко поднялась с шезлонга.
— Мне пора.
— Куда ты?
— Не твоё дело.
Она решительно зашагала прочь, но уже через три метра поняла, что оставила книгу. Развернувшись, она рванулась назад, со всей силы зацепила ногу за металлический край шезлонга и едва не растянулась на палубе в полный рост. Антон успел подхватить упавшую книгу.
— Ты всё такая же неуклюжая, — с горькой усмешкой заметил он, протягивая ей томик.
— А ты всё такой же эгоистичный мудак, — отчеканила Лера, вырвала книгу из его рук и скрылась за дверью коридора.
Забарикадировавшись в каюте, она без сил рухнула на кровать.
— Так, Валерия. Давай включим логику, — приказала она себе.
Из тумбочки был извлечён рекламный блокнот с логотипом круизной компании и ручку. Лера размашисто вывела на чистом листе: «Что я чувствую к Борису?»
1. Он невероятно харизматичен. (Это констатация, а не чувство).
2. Он надёжный и сильный. (Притягивает? Определенно).
3. Когда он рядом, я чувствую себя защищённой, а не виноватой в своей неуклюжести. (Это дорогого стоит).
4. Я безбожно вру ему про свою жизнь. (А вот это огромный минус).
Она провела жирную черту и написала ниже: «Почему я вру?»
— Потому что боюсь выглядеть в его глазах жалкой брошенкой с кучей комплексов.
— Потому что если он узнает, что Антон здесь, он решит, что я преследую бывшего.
— Потому что мне страшно, что как только вскроется правда, он перестанет так на меня смотреть.
Лера отбросила ручку в сторону. Дело было плохо. Она увязла по самые уши.
Она просидела в каюте до самого вечера, тупо перебирая варианты действий.
Вариант первый: признаться во всём прямо на ужине. Результат: Борис, как человек прямой и честный, скорее всего, сочтёт её обманщицей и закроет тему.