Страница 58 из 68
Самое странное качество любви — она бывает слепа и всегда ищет оправдание любимым там, где его быть не может… Если такое качество встречается с чьим-то злым умыслом и ненавистью, гремучая смесь гарантирована…
Когда Гаджи спустя много лет понял, что его браку конец, что женщина, которая стала его, так его и не полюбила, что сын, которого он все годы растил как своего, в итоге от него отвернулся, он принял решение мстить не ей, а… тому, кого винил во всех бедах… Меджиду Аскерову. Своему извечному сопернику.
Виновнику его неудавшейся личной жизни. Забравшему у него главное.
И кто же мог стать самым лучшим орудием мести? Раисат. Та, чьё сердце иссохло, как заброшенный в оазисе колодец, но его просто было реанимировать…
Он сам только-только оправлялся от перенесённого инсульта. Переехал на историческую родину, восстанавливался. И под личиной сожалеющего и оглядывающегося на свою жизнь стал бросать камушки с вниманием к старой деве. «Нелепо», — сказали бы те, кто смотрел на этот мир трезво, но не Раисат, настолько забывшая, что такое мужское внимание, настолько живущая в иллюзиях прошлого, что не ответить на эти искусственные подкаты она не могла…
У них завязалось то, что сложно было назвать отношениями в прямом смысле слова. Скорее игра слов, скорее обещание несбывшегося, скорее… просто источник подпитки для эмоций несчастной Раисат, которая и правда решила, что подбитый сокол Гаджи мог вспомнить про давно ушедшую красоту и молодость соседки, которую никогда даже не замечал…
А вот Гаджи, как всегда, был изворотливо расчётлив в своих планах. Его целью, конечно же, был не просто Меджид. Он хотел ударить по самому болезненному — его сыну. Тому, кого тот растил с детства. Возможно, будь я, Анзор, ближе с биологическим отцом, он бы ударил и по мне, но тут банально сработал человеческий фактор. Всё же Гаджиев воспринимал меня как своего, а может, просто любовь к матери перевешивала… А вот Эльдар — идеальная мишень.
Но как ударить по самому ценному, что было у Меджида? В бизнесе они и так давно враждовали, но дальше банальных разборок дело не заходило — слишком высоко все взобрались, чтобы бить классически. Ищите женщину…
Именно женщина всегда оказывается троянским конём всех сильных мужчин…
И нет, речь пока не о Малике…
Как я уже говорил, у каждого своя драма. И помимо драмы Аскеровых-Гаджиевых в нашем селе у другого рода была та ещё собственная «Санта-Барбара»…
Меджид опростоволосился, когда связался с Луизой. Красивая девушка его корней, приехавшая в гости из Иордании к родне мужа. Она жаждала любви и внимания, а он просто жил на всю катушку, наслаждаясь деньгами и вниманием женщин. Парадокс мужчин в том, что даже с дырой в сердце они не перестают радовать свою плоть. Связь с экзотической Луизой должна была стать мимолётным приключением, о котором бы молчали оба, так как именно замужние первыми заинтересованы в сохранении нежелательных тайн…
Луиза была другой. Почувствовав небывалый прилив эмоций и чувств, она не захотела больше терпеть мужа и… открылась ему…
И да. Закон чести велит мужу убить неверную жену…
Это Аббас убил Луизу.
И как бы больно ни было признать это её родне, они это сглотнули…
Таковы адаты.
На несколько лет семьи застыли в тревожном ожидании. Каждая — со своим горем, тайнами и обидами…
Когда Малика слушала эту историю, она то и дело восклицала, понимая, словно бы прозрение объясняло ей те или иные обстоятельства прошлого…
Её отец не желал, чтобы мать поддерживала связь с родными, они не ездили в горы и вообще редко приезжали в республику… Теперь понятно, почему… Её сестра запятнала репутацию всего рода… Только живущий на Кавказе поймёт, что такое — быть сестрой-близняшкой той, кого убил муж за адюльтер…
А ещё ей стало понятно, почему однажды общение Меджида и её отца резко прекратилось. Он узнал правду про Луизу и Аскерова, естественно, не без наводки Гаджи. Конечно, разговоров о том, чтобы поженить детей, быть больше не могло. И вообще, чтобы Меджид видел как две капли воды похожую на Луизу мать Малики, было немыслимо.
А дальше случается самая страшная правда… Гаджи понимает, что его коварный план может не сработать, и… решает сделать «шах и мат»…
Родители Малики не просто так погибли в той аварии. И не рука Меджида в этом была, как внушили Аббасу, а он, в свою очередь, — семье Луизы и матери Малики. Это сделал Гаджи. Сделал для того, чтобы моральных сомнений в оправдании кровной мести не было ни у кого…
И вот тогда на передний план вышла подросшая Малика.
Малика и правда стала заложницей сложившейся ситуации. Аскеров понимал, что после странной гибели родителей Малики и прямых обвинений в ней его старая вражда зардеет новыми красками. Гарантом того, что кровь не прольётся здесь и сейчас, стала девочка, которую он оперативно забрал в свой дом.
Ситуацию попытались урегулировать так, как иногда это делали в прошлом. Эльдар должен был жениться на родной племяннице Аббаса из рода Умбековых, а Малику бы передали ему…
Вот только никто не учёл фактор Раисат…
Всевидящее око старой девы, совершенно тогда зомбированной сладкими речами Гаджи, ни на секунду не выпускало из внимания молодую спелую девочку под их крышей. Это она преднамеренно сводила их с Эльдаром в доме. Это она делала вид, что не замечает, как он ночами крался в её комнату, как паркует свою машину на краю села, чтобы прийти инкогнито в дом и делать то, что было запрещено моралью. Это она вывела Эльдара на эмоции и ревность, форсировав возможный брак Малики с Аббасом и сделав так, чтобы Эльдар узнал об этом и предпринял глупость… И она, конечно же, поспешила открыть всю правду Малике, разбив её сердце и заставив пойти на бегство…
Следующим ходом была другая пешка Гаджи — Аббас. Сошедший с ума от позора, озлобленный теперь не только на Меджида, укравшего любовь его жизни, но и на Эльдара, который ни на секунду не покидал головы молодой девушки, как две капли воды похожей на свою тётку и мать, и которую он действительно приметил для себя как утешение, снова грезил местью…
Именно потому Эльдар оказался там, где оказался…
Могла ли быть дорога в ад более петлистой и тернистой? Едва ли…
Совершенно точно, все мы сейчас стояли на ней, думая, куда идти дальше…
Эльдар слушал меня поражённо. Иногда переспрашивая. Иногда прося паузы, чтобы осмыслить услышанное до конца. Я не давил. Было время, когда мне самому было сложно слышать правду…