Добавить в цитаты Настройки чтения

Страница 32 из 68

Глава 24

Его мир обволакивает меня. Тёмный, роскошный, загадочный, влекущий.

Все мы здесь очарованы этим величием. И даже простым словом «роскошь» язык не поворачивается назвать его поместье, расположившееся на обрыве с таким видом, что сначала ты на несколько мгновений перестаёшь дышать. Это сказочно. Слегка зловеще и неповторимо.

Игра света и тени в кронах деревьев, шуршащая галька под ногами, крик памирских удодов, которые будто предвещают безвозвратность момента.

В просторных комнатах этого особняка с белоснежными балясинами на широких балконах дорогая старинная мебель, мягкие ткани и… совершенное отсутствие картин и фотографий.

Сначала ты не задумываешься об этом — тут слишком органично, продуманно, шикарно, чтобы понять, что так сильно тебя обескураживает на инстинктивном уровне, а потом ты понимаешь…

Словно бы этот дом, как и его хозяин, прячет свои глаза. Нет, не те, что смотрят на мир как через физиологический инструмент. Я о глазах ментальных. О том, что спрятано глубоко внутри…

И тут такое же ощущение. Этот дом затаился, принимая новых гостей, но о радушном хозяине мы не знаем ровным счётом ничего, кроме того, что являет нам показная красота, которую нам представляют.

— Это просто космос, Эльдар! Твой дом просто с ума сводит! — растягивая слова, тянет Дари. В её руке бокал с вином. Она, как и все мы, разморенная и сытая после изумительного ужина в стиле кавказского фьюжна — когда на столе переплелась высокая кухня и вековые традиции. — Надо здесь устроить выставку! Нет, даже не так! Биеннале современного искусства!

— Я предпочитаю не смешивать личное и рабочее. Даже если речь об искусстве…

Его глаза снова то и дело на мне.

На самом деле, немудрено.

В качестве одного из комплиментов от хозяина Эльдар оставил в каждой из комнат гостей подарки. У девушек это красивые платья. Разные. Словно бы соответствующие каждой по духу и вкусу. Это наряды с элементами традиционных костюмов и в то же время современные.

Красиво…

Моё платье красное. Не откровенное, но… Я чувствую себя в нём слишком женственно, слишком… спелой что ли. Словно бы идеальная оправа для бриллианта, который заиграл теми оттенками и блеском, которые не были видны при другом свете. Словно бы кто-то преднамеренно выточил его под меня, чтобы ещё лучше подчеркнуть красоту.

И не скажу, что у других не так. Дари, ещё две девушки с друзьями Рената из нашей компании… Они все в непревзойдённых нарядах и жуть как мне нравятся в них, но я сама…

Возможно, это опять эмоции избыточно триггерят меня.

— Интересно, сколько здесь пахали архитекторы и строители, — оглядывается Ренат. — Поставить дом на такой почве, всё верно рассчитать. Вид с обрыва…

— Здесь ещё озеро, — тихо замечает Эльдар, его руки сложены на груди. Он словно бы в стороне. Сторонний наблюдатель. — Парадоксально, но с ним проблем было намного больше. Один неверный шаг, неверное действие — и вместо прекрасного пресного водоёма можно получить болото в тине. А ещё комары… Это тоже была задача из задач…

— И вы сам так въедливо этим занимаетесь? — спросила робко одна из девушек из компании.

— Меня это успокаивает. Это мой храм… Хотите на озеро?

Все дружно поддержали идею.

Мы спустились вниз по живописному склону. Даже тропинка здесь — произведение искусств. Ароматы мха, лесных трав, прелости леса, которая дурманит. Вековые сосны ловили в свои когтистые лапы солнечные лучи, которые сбегали от крон по шоколадным стволам солнечными зайчиками. Какие-то прыгали на наши лица, играли с нами, лукавили, веселили и погружали в юную беззаботность. Но я не могла расслабиться. Ощущение тотального контроля и внимания не покидало…

В пещере горного короля…

Вот какая сейчас была ассоциация.

Вот какой рингтон стоял в голове…

Охнула, когда поняла масштабы озера… Километр шириной, не меньше.

Его жемчужная гладь ловила ясное небо с облаками. Влекла…

Мы проследовали к моторным лодкам. Не знаю, как так получилось. Вот точно не специально, но пока я оглядывалась и поправляла полы платья, две другие были заняты.

На берегу остались я, Ренат и Эльдар. Последний молча кивнул в сторону лодки, предлагая занять свои места.

У Рената зазвонил телефон.

— О, папа, надо ответить… Алло… Не слышу, алло…

Он несколько раз перемещался и алкал — безрезультатно.

Связь прерывалась.

— Здесь плохо ловит. Лучше подняться повыше, к дому, если что-то срочное.

— Хорошо, — охотно кивнул Ренат. — Важный разговор… Простите…

— За тобой пришлю лодку, — спокойно произнёс Эльдар, а сам снова мне кивнул, предлагая следовать за ним.

Внутри всё застыло от мгновенно достигшего экстремума волнения.

В смысле? Мы поедем вдвоём?

Вдвоём…

Вода скользила под нашей лодкой, словно бы её резали ножом.

Я ловила жадными вдохами её брызги и пыталась успокоиться — тщетно.

Теперь присутствие Эльдара ощущалось ещё отчётливее.

Когда мы, наконец, причалили и сошли на берег, я хоть немного обрела равновесия.

И всё равно он подавал мне руку, касался пальцами, а я чувствовала, что меня трясёт, как на кочках.

— Пройдём в павильон?

— Ребята нас уже там ждут?

Других лодок рядом не было… В последний момент, почти у берега, мы слегка завернули. Эльдар поймал мой вопросительный взгляд и тут же объяснился, что его лодка обычно паркуется в заводи…

Доска пирса под ногами слегка прогибалась и скрипела.

Широкие резные белые двери, ароматные спиреи с огромными шапками, шелест ветра…

Мы зашли в павильон. Я растерянно огляделась.

Всё здесь было нежным и каким-то печальным, зовущим, заставляющим замереть в нестерпимой красоте…

— Где все? — мой голос прозвучал как мольба.

— А кто тебе нужен? — ответил не сразу. Всё так же закрытые в замок на груди руки, всё так же аура тяжёлой, выдержанной, как коньяк, загадки…

Внутри была не паника, нет. Что-то более сложное, болезненное, острое…

— Пройдём дальше? Хочу тебе кое-что показать…

— Что? — и снова вопрос в стиле Красной Шапочки из сказки. Сомнений в том, что я в ловушке, не было. Было ощущение безысходности…

Туфли отбивают мои шаги по деревянному полу.

Свет проникает в павильон мягкой пастелью.

Сцена между нами сейчас могла бы стать изюминкой в эстетически совершенном кино…

Я делаю шаг, второй, третий…

Останавливаюсь — и замираю.

Нет, больше не дышу. Теперь уже точно.