Страница 35 из 106
— Нормально всё! Правда!.. Испугалась только! Там на дне коряги торчат, наскочила бы — точно пропорола бы бок.
К счастью, дождь почти прекратился. Милорад и Брий разложили небольшой костёр, и девушки занялись обедом. Пока варилась каша, кое-кто даже умудрился вздремнуть. Марута первой достала из сумки еду, начала резать хлеб, солёное сальце, причём по количеству было понятно, что нарезает на всех. За ней к своим сумкам потянулись другие.
После обеда и отдыха, когда пришла пора двигаться дальше, Лилея достала баклагу, сделала несколько глотков и протянула остальным.
— Пейте. Там золотой корень.
Это растение знали все. Ведьмы с детства поили своих детей отварами с добавлением золотого корня, знали его полезные свойства и укрепляющий эффект на организм.
— Запасливая! — похвалил кто-то из парней.
— А это разрешено? — заволновалась Марута.
— Нас и наши сумки проверяли перед испытанием. Если не забрали, значит, можно, — успокоила Дамаскинская.
Цезерина, хорошо зная подругу, уточнила:
— Рецепт ты дорабатывала?
— Чуть-чуть.
Беспрозванная хмыкнула и, не сомневаясь, поднесла баклагу ко рту. За ней осмелились и другие. Прошло минут десять, и ведьмы, устроившиеся под деревом, встрепенулись.
— Ой, как хорошо! — воскликнула одна из них. — Ребята, я как будто заново родилась!
Вторая тоже засуетилась:
— Собирайтесь!.. Давайте быстрее!.. Время идёт!
Парни перевели настороженный взгляд на Лилею.
— Это что, твой настой?
Та молча кивнула. А через минут пять подействовало и на них.
— Ничего себе! — крякнул Милорад, поведя широченными плечами.
Дамаскинская не сдержала улыбку, наблюдая за оживившейся компанией и слушая похвалы. Было приятно! А по дороге ведьмаки увлеклись разговором о зельях.
— Как бы ни хотелось, но такими настоями нельзя злоупотреблять, — в итоге сказал Милорад. — Они заставляют наше тело работать в усиленном режиме, это не есть хорошо. Потом обязательно будет откат.
Лилея уважительно глянула на ведьмака, чувствуя в нём близкого по духу.
— Рецепт дашь? — к ней повернулся Ленар.
— Что значит «дашь»? — тут же вмешалась Леонила. — Продаст! И не рецепт, а готовый настой.. Тебе сколько склянок? Если больше пяти, сделаем скидку.
Тот, бедный, опешил.
— Откуда ты такая расчётливая взялась?
— Я продуманная. А то мы вас до Родника дотащим, а вы потом свинтите в туман — и знать не знаем!
— ВЫ дотащите? — вытаращились парни.
Неизвестно, сколько бы они препирались, если бы не Лилея.
— Тихо! — велела она и огляделась. — Кровью потянуло. Свежей..
Девушки испуганно замерли, а парни нахмурились.
— Ты уверена?
— А вы не слышите?
— Нет.
Дамаскинская махнула рукой.
— Там.
Они осторожно подошли к кустарнику и сквозь густые ветки увидели стаю волков, рвущих убитого оленя. Ведьмаки были с подветренной стороны и, наверное, поэтому звери поздно их заметили. Услышав шум, один из хищников поднял морду и угрожающе зарычал. В тот же миг перестали есть остальные. Постояв минуту-другую, волки медленно пошли на людей.
Лилея вздрогнула, почувствовав руку Цезерины на своём запястье, а Милорад уже затолкал Маруту за спину. Две девушки, прибившиеся по дороге, завизжали и, побросав сумки, бросились прочь. Остальные ведьмаки сбились в кружок и вскинули руки, собираясь защищаться, но умели они очень мало.
— Кого-то учили боевым заклинаниям?
— Только ставить щит, — отозвался один из парней.
— А у меня инициация была всего две недели назад.
— И у меня.
— Понятно, все на Ламмас купались, — цыкнул Эрмин и глянул на приятеля рядом: — Брий, закроешь нас?
Тот пожал плечами:
— Да, но со щитом мы далеко не уйдём.
— Подождите, — шикнул на них Ленар и, прикрыв глаза, что-то прошептал.
На его плече появилась сова. Фамильяр, догадалась Лилея! Ведьмак и птица едва слышно переговаривались, а ведьма, наблюдая за ними, завидовала: ворон Фир до сих пор дичился её. Волчье рычание заставило опомниться. Дамаскинская потёрла кончики пальцев и попыталась сформировать силовые сгустки, однако магия плохо слушалась и ничего толкового не получалось. Вдруг фамильяр Ленара сорвался с хозяйского плеча и опустился между людьми и приближающейся стаей. Он начал быстро расти и вскоре достиг человеческого роста, крылья, раскинутые в стороны, спрятали ведьмаков. Густое уханье, больше похожее на раскат грома, пронеслось над лесом, волки припали на лапы и отозвались жалобным подвыванием. Они крутились на месте, порыкивали, но не сделали ни шагу вперёд.
— Уходим! — шепнул Ленар.
Пятясь, ведьмы с ведьмаками покинули негостеприимную полянку. Волки напряжённо наблюдали за ними, однако не преследовали, и нервно дёргались от каждого взмаха крыльев фетча. Когда поляна осталась за деревьями, люди побежали, то и дело оглядываясь назад. В этот раз в конце группы был не только Милорад, но и Ленар. Бежали молча, чётко следуя друг за другом, чтобы не споткнуться и не зацепиться. Тропинка петляла между высокими деревьями, уводя их всё дальше от опасности. Девушки выдохлись раньше, и когда Цезерина, а за ней и Марута схватились за бок, Эрмин наконец остановился. Ведьмы упали в густую траву, пытаясь отдышаться. Лилея упёрлась руками в колени и через силу спросила:
— Они.. не пойдут.. за нами?
— Мне сообщат, — пообещал Ленар, имея в виду фамильяра.
Дамаскинская, отойдя в сторону, щёлкнула пальцами, вызывая своего ворона.
— Хоть раз послужи для дела! А? Пригляди за этими тварями, чтобы не напали сзади!
Фир раззявил клюв и издал звуки, похожие на смех, а потом просто исчез. Ведьма скрипнула зубами от досады.
— Не переживай! — отозвалась Марута, наблюдая за ней. — Меня моя кошка тоже не слушается и царапает до крови.
Напуганные ведьмаки постоянно оглядывались и прислушивались к каждому шороху, хотя пытались успокоиться и успокоить других.
— Волки не бросят добычу.
— К тому же сейчас они не голодные, чтобы нападать на такое большое количество людей.
А когда вернулся фамильяр Ленара и весело ухнул, все облегчённо перевели дух.
Дождь окончательно прекратился, тучи разошлись, в лесу пахло мхом, грибами и мокрой корой. Ведьмы и ведьмаки шли по тропинке, однако теперь от их утренней расслабленности и лёгкости не осталось и следа. Они настороженно поглядывали по сторонам, каждую секунду ожидая нападения, причём как живых существ, так и потусторонних. Нужда гнала испытуемых вперёд, их взгляды всё чаще замирали на темнеющем небе.
— Скоро закат, — выдохнула Цезерина.