Страница 76 из 92
– Пятнадцать, – поправила я. – На следующий день у нас так болела голова, что мы еле высидели урок по этикету.
– Точно, мы же тогда сразу выпили весь графин с водой, отчего получили от Валки.
– Не напоминай, я бы хотела забыть эту суровую женщину. А помнишь, что от неё постоянно пахло вином?
– Я больше помню, что в свои пятьдесят она носила пёстрые платья со смелым декольте и душилась едкими ароматами, скрывая запах винного дыхания.
Предавшись воспоминаниям, мы расхохотались, сметая горький привкус вины и тяжёлого признания. Я была благодарна Джестис за то, что она не продолжила раскручивать мой роман с Даарио расспросами, а ловко сменила тему на нечто весёлое. Я слегка расслабилась, но вдруг Джес произнесла:
– На самом деле, я давно подозревала, что между вами что-то есть. Вы не очень умело скрываете свои чувства. То, как вы смотрите друг на друга, как общались, как ехали на Дымке, как он вёл себя, когда ты упала за борт. А ещё… – она сделала паузу, словно задумалась, говорить или нет. – Я специально пошевелилась тогда в палатке.
Меня вдруг окатило ледяной водой, поднимая волосы дыбом, а жар распространился по всему телу, глаза округлились.
– Я увидела, что Легион начал ворочаться, поэтому решила, что вам следует остановиться. Вряд ли бы вы пересекли запретную черту, всё же Даарио довольно благороден. По крайней мере, мне хотелось в это верить тогда… То, что было между вами в каюте, подтверждает моё мнение о нём. Если Правитель Сириан будет благосклонен к вам, то я буду счастлива за тебя и стану меньше беспокоиться о твоей королевской заднице.
Признание Джестис словно обухом ударило по голове, заставляя всё тело содрогнуться. Но я быстро взяла себя в руки, осознавая сказанное подругой. Тот интимный момент с Даарио она не только слышала и сохранила до моего признания, но и защитила от соколиных глаз брата.
За мгновение я представила, что могло бы случиться. Если тогда Легион сделал меня виновной в смерти наших людей, он мог бы сделать меня изменницей, ведь мой роман с Даарио нарушил договор о союзе и опорочил честь семьи Асгертов. Никакие мольбы или раскаяния не помогли бы сгладить ситуацию.
– Ты спасла мою жизнь, – только и смогла вымолвить я, хриплым голосом.
– Перестань, – отмахнулась она, положив голову на кисть. – Легион не такой жестокий, как ты думаешь. Я ведь тоже наблюдательна. Если ты замечала наши взгляды, то я замечала ваши. Пусть ты и думала всё это время, что он холоден к тебе и жесток, на деле же всё иначе, – она тяжело вздохнула, потирая глаза. – Каждый раз, стоит тебе отвернуться, его взгляд подёргивался болью и теплотой, которые он мастерски старался скрыть. Я не только твоя фрейлина, но и подруга. Кому, как не мне, подмечать любые перемены окружающих по отношению к тебе, будь то потенциальный жених на приёме, посол, родной брат или даже король.
– Всё верно… В чужом глазу соринку видишь, а в своём даже бревна не ощущаешь, – согласилась я. – Мне с тобой так повезло, но впредь я хочу попросить тебя кое о чём. Перестань быть моей фрейлиной, – Джес удивлённо заморгала. – Я хочу, чтобы мы были только подругами, сёстрами, которые могут высказывать друг другу всё, что на уме. Забыв о титулах, статусе и прочем. Ты должна и дальше заниматься любимым делом, не важно, сколько времени у тебя это будет занимать. Я всегда буду с интересом слушать о твоих успехах и сопереживать твоим неудачам. Я буду дорожить каждой крупинкой времени, что ты сможешь проводить со мной, но молю тебя, найди своё призвание и освободись от долга тени. Будь собой.
– Договорились, – согласилась она, утирая слёзы. – Тогда пообещай мне, что ты найдёшь собственное счастье. И, насколько это возможно, будешь честна со мной.
– Мне есть, что тебе рассказать, но я пока не готова, – призналась я, надеясь, что Джестис не будет задавать вопросы.
– Когда придёт время, я выслушаю тебя, – она подошла ко мне и положила руку поверх моей ладони. В ответ я лишь слегка кивнула.