Страница 57 из 92
Глава 23
И вот он. Не просто корабль. Гора, вырезанная из тёмного, почти чёрного дерева и полированного до блеска. «Морская Звезда». Его борт вздымался над причалом, как стена неприступной крепости. Три мачты упирались в небо, сети такелажа казались паутиной гиганта. На корме красовалась резная фигура – женщина с распростёртыми руками, держащая звезду, её волосы были из струящегося дерева, похожего на морскую пену. Величественный. Пугающий. Путь к Сириану… и к моей неизвестной судьбе.
Нас проводили по зыбкому трапу на борт. Палуба была широкая, невероятно чистая, пахла свежим деревом, смолой и солью. Моряки в аккуратной форме с вышитой звездой на рукаве молча и эффективно сновали вокруг.
– Ваши каюты, ваши высочества, милорд, – поклонился капитан, мужчина с лицом, истерзанным ветром, и умными глазами. Он провёл нас в корму, где находились лучшие помещения.
Каюты располагались по обе стороны узкого, но богато отделанного коридора. Дубовые панели, латунные светильники в форме волн. Первая дверь справа:
«Для леди Джестис»
. Напротив неё, слева:
«Для Его Высочества принца Легиона»
. Моя каюта была следующей справа. И прямо напротив неё… дверь с табличкой
«Его превосходительство посол Даарио»
. Сердце бешено колотилось. Так близко. Опасная близость.
Мне показали мою каюту. Она была… роскошной для корабля. Небольшой, но уютный салон с привинченным к полу столом и парой кресел, обитых тёмно-синим бархатом. Дверь вела в спальню: широкая кровать, умывальник с кувшином и тазом, большое окно, через которое лился свет на полированный дубовый пол. Всё дышало качеством, надежностью, покоем. И всё же стены казались тесными уже сейчас. Воздух пах новизной и… ловушкой. Я бросила быстрый взгляд на дверь напротив, представляя, что за ней. Его пространство. Его дыхание за тонкой переборкой. Его шаги по ту сторону. И снова – эта предательская волна жара под кожей, смешанная с леденящим страхом перед будущим. Корабль отплывает. Дороги назад нет.
Я вышла в коридор, где Джестис уже стояла у двери, дожидаясь. Её щёки пылали румянцем, но когда я внимательнее вгляделась, то поняла: это не смущение от близости с Легионом. Нет. Её глаза пылали чистым, неразбавленным гневом. Кулаки были сжаты так, что костяшки побелели, взгляд – стальной клинок – вонзился в удаляющуюся фигуру у лестницы. Воздух вокруг неё словно вибрировал от подавленной ярости.
– Что случилось? – спросила я, кладя руку ей на плечо. Всё под ладонью было напряжено, как струна.
– Какой-то… придурок! – Джестис яростно втянула воздух, словно задыхаясь. – Он… он шлепнул меня! По… – она махнула рукой за спину, не в силах выговорить. – И присвистнул! Как… как кобыле на рынке!
– Он
что
?! – голос мой сорвался в хриплый шёпот, а внутри вспыхнул такой белый, ослепляющий гнев, что мир на миг поплыл. Кровь ударила в виски. – Пойдем. Сейчас же.
Схватив её за руку, я потащила к лестнице, не слушая испуганного: «Рин, подожди!» Поднявшись на палубу, я окинула взглядом матросов, солдат, слуг. Холодный, солёный ветер рвал волосы, но я его не чувствовала. Только жгучую ярость.
– Который? – выдохнула я резко, не отрывая взгляда от толпы.
– Вон тот… – Джестис кивнула в сторону высокого смуглого парня с всклокоченными волосами цвета мокрого песка.
Он стоял, откинувшись на борт, разговаривая с матросом. Его яркие, почти неестественно голубые глаза сверкали насмешливостью, контрастируя с загорелым лицом. Ростом он был с Легиона, и одет… Боги, как он мог не замерзнуть? Простая льняная рубаха цвета выгоревшего песка, распахнутая на груди, обнажала поджарое, рельефное тело, с выпуклыми мускулами. Свободные штаны из грубого хлопка, глубокого зелёного цвета, как джунгли, перехвачены широким кожаным поясом, заправлены в сандалии с тонкой шнуровкой. Легкомысленность одежды в этот пронизывающий холод казалась вызовом.
Всё моё тело затряслось мелкой, неконтролируемой дрожью. Я шагнула к нему, не видя ничего, кроме его насмешливого лица. Я шла, как грозовая туча, сгущающаяся перед ударом молнии.
– Эй, ты! – мой голос громыхнул, перекрывая шум ветра и крики чаек. Он обернулся, удивлённо подняв бровь.
Голубые глаза скользнули по мне – оценивающе и нагло. Прежде, чем он успел что-то сообразить, моя ладонь со всей силы врезалась ему в щёку.
Шлепок! Звонкий, как хлыст. Огненная волна боли прожгла мою ладонь до локтя. Его голова резко дёрнулась вбок, на скуле расцвело кроваво-красное пятно. Джестис ахнула у меня за спиной.
– Свинья! – выплюнула я, сжимая пылающую ладонь в кулак. Боль была приятна. Она подпитывала гнев.
Он медленно повернул ко мне лицо. Глаза округлились от шока, потом сузились в щёлочки звериной злобы. Он оскалил белые зубы, нависая надо мной, как гора. Воздух запах дикостью и угрозой. Он двинулся ко мне.
–
Не смей!
Голос Даарио грянул, как гром, разрезая пространство. Он возник из ниоткуда, встав между мной и парнем живой, непроницаемой стеной. Его лицо было маской холодной, смертельной ярости. Парень замер, как вкопанный.
– Кайро, – голос Даарио был низким, ледяным, резал, как нож, – это Её Королевское Высочество принцесса Эларинн. – Он сделал секундную паузу, давая имени врезаться в сознание. – Принцесса, – он повернул ко мне голову, взгляд всё ещё был полон грозы, но в нём мелькнуло что-то… предупреждающее? – Это Кайро. Мой… подчинённый. И соратник.
– Сомнительные у тебя соратники… – я сверкнула глазами, высоко вскинув подбородок, не отводя взгляда от Кайро. Гнев кипел во мне, требуя выхода. – Таких бы животных привязывать к скотному двору!
– Чего вякнула?! – Кайро рванулся вперёд, натыкаясь на вытянутую, как железный прут, руку Даарио. – С чего это я животное?
– Если не способен держать руки при себе, не можешь обуздать похоть – ты животное! – меня бил озноб от ярости и отвращения. Друг? Союзник? Отвратительно. Жар проклятого дара зашевелился под кожей, пульсируя в такт сердцебиению. Я сжала кулаки, пытаясь его подавить.
– Поясни, – потребовал Даарио. Его голос был тише, но опаснее прежнего, но не для меня. В нём не было раздражения, только бездонная пустота ожидания. – Что он сделал?
– Он шлёпнул Джестис по заднице, – я чётко выговаривала каждое слово, глядя прямо в голубые глаза Кайро. Видела, как они расширились от понимания. – И присвистнул. Прямо внизу, у наших кают. Минуту назад.