Страница 51 из 92
Эффект был как от ледяной воды. Я застыла. Даарио почувствовал моё оцепенение мгновенно. Его губы замерли на моих. Рука под моей рубашкой превратилась в камень. Только его сердце всё ещё бешено колотилось о мою грудь, выдавая пережитый нами шторм.
Мы замерли, как преступники на месте преступления. В кромешной тишине палатки вдруг стал слышен каждый звук: храп гвардейца справа от Джестис, шорох зверька где-то у стенки палатки, монотонный шёпот дождя... и наше собственное, прерывистое дыхание, которое мы теперь старались сдерживать.
Он медленно, мучительно медленно, отвел руку из-под моей рубашки. Его пальцы дрожали. Он не отрывал от меня взгляда. В его глазах, ещё секунду назад пылавших страстью, теперь читалась холодная ясность... и глубокая, неподдельная боль. Боль от невозможности, от того, что этот миг близости, такой настоящий, должен был оборваться.
Он не сказал ни слова. Просто осторожно, с бесконечной нежностью, поправил ворот моей рубахи, словно скрывая следы своих поцелуев. Его движение было таким интимным, таким бережным, что слёзы снова подступили к моим глазам. Потом его рука вернулась на мою талию – уже не страстно, а защищающе. Он притянул меня к себе ещё раз, но теперь это было похоже на убежище, а не прелюдию к падению. Я прижалась лбом к его груди, слушая бешеный стук сердца, который постепенно замедлялся, возвращаясь к норме, оставляя послевкусие горечи и невысказанной правды.
Мы лежали так, прислушиваясь к ровному дыханию Джестис за спиной, Даарио нежно поглаживал мой затылок и спину, словно утешая. Жар между нами сменился леденящим осознанием риска и той пропасти, которая нас могла бы ждать.