Искры во тьме

Глава 20

Когда все переоделись в сухое, мы сбились в тесный круг в центре палатки. Воздух внутри был спёртым, пропитанным запахом влажной шерсти, пота, крови и земли. Атмосфера висела тяжёлым, влажным саваном. Тягость дня, смерти и возможного предательства придавила плечи, заставив головы поникнуть. Молчание было густым, как болотная тина, прерываемое лишь редкими, тяжёлыми вздохами, да бешеным барабаном дождя по тенту. Мы словно хоронили не тела, а надежду на спокойный путь. Дэрил сидел, сгорбившись, лицо было маской из камня, высеченного горем. По щекам его беззвучно текли слёзы, сливаясь с каплями дождя, залетевшими под козырёк, но он не рыдал, не стонал. Просто сидел, словно окаменевшее воплощение утраты и боли.

Тишину рассёк голос Легиона. Ледяной, резкий, он пробился сквозь шум ливня, заставив всех вздрогнуть.

– Доложу неприятные новости, – начал он, и каждое слово падало, как камень в могилу. – Извозчик – либо предатель, либо последний трус. Он украл кобылу, которую мы посчитали сгинувшей, и сбежал. Дождь… – он с ненавистью глянул на стену воды за входом. – …смыл все следы. Не знаем, куда он рванул, – тяжёлый, свистящий вздох вырвался из его груди. – Но ставлю на то, что поплёлся обратно в ту вонючую помойку, из которой мы вырвались.

– Кто это был? – прошептала Джестис, кивнув в сторону выхода, туда, где остались тела нападавших.

– Убийцы… – бросил Легион, его взгляд, как наконечник стрелы, впился в меня, когда я невольно фыркнула.

– Это очевидно… – пробормотала я, чувствуя, как под взглядом брата спина покрывается ледяным потом. – Ясное дело, наёмники…

– Вот если бы ты дослушала, сестра, – его голос стал тише, но от этого лишь опаснее, холодные, как потоки зимней реки, глаза сверлили меня. – То поняла бы, что вопрос не в том «Кто?», а в том «Откуда они узнали?» и «Кто был мишенью?», – он выдержал паузу, дав леденящему страху просочиться в каждого. – Мы не можем дать ответ, потому что ни одного из этих тварей не оставили в живых, – кулак его сжался так, что костяшки побелели, ярость исказила обычно бесстрастное лицо. – Проклятье! Это была ошибка!

– Позвольте мне вставить слово, – спокойно, почти лениво начал Даарио. Он сидел напротив меня, непринуждённо откинувшись, правая стопа покоилась на левом бедре. Поза расслабленного хищника. – Мой Правитель… предусмотрел возможность подобных… неудобств. Мои люди покинули Ваш замок за день до нашего отъезда. Сейчас они ждут в порту Ясеневой Гавани, – его взгляд скользнул по лицам, задерживаясь на Легионе. – Мне же кажется, что сегодняшняя западня была сплетена заранее. Дерево подпилено не сегодня, а яма… – он сделал выразительную паузу. – …была слишком глубока и искусно прикрыта мхом да хвоей, чтобы быть случайностью.

– Поясните, посол, – прошипел Легион. Ударение на титуле было как пощёчина, а в глазах зажегся опасный огонь. Я почувствовала, как по спине побежали ледяные мурашки.

– Ещё в первой таверне, принцесса Эларинн упомянула о некой… фигуре в чёрном, наблюдающей за нами из угла, – Даарио медленно провел взглядом по кругу, отмечая удивление и непонимание на большинстве лиц. – Вижу, немногие из ваших стражников сочли это достойным внимания. Но я заметил схожую тень и на болоте, и в той злосчастной ночлежке, что вы называете «Двором», – я невольно ахнула, вспомнив тот мимолётный, леденящий страх на краю трясины и тёмный силуэт, растворившийся в тумане. – Вижу, принцесса, Ваша наблюдательность не подвела и там.

– Вы хотите сказать, что мои люди проявили халатность… – начал Легион, голос набирал грозовую мощь.

– Именно так, – парировал Даарио, не моргнув. Мокрые пряди тёмных волос упали ему на лоб, делая взгляд из-под них ещё более пронзительным и опасным. – И главный вопрос: кем они были наняты? Но, что более важно, была ли принцесса их целью?

Джестис вскрикнула, прикрыв рот ладонью. Среди гвардейцев поднялся шёпот – тревожный, подавленный, но его тут же поглотил всепоглощающий рёв дождя. Моё сердце колотилось так бешено, что казалось, вот-вот вырвется из груди и умчится прочь, в сумрачный туман дождя.

– Невозможно! – рявкнул Легион, вскочив на ноги. Его взгляд, дикий и подозрительный, метался от лица к лицу, выискивая слабину, вину, хоть малейший намёк на измену. – Разве что они знали наш маршрут! Кто-то кому-то разболтал? – он впился взглядом в каждого гвардейца, заставляя их съёживаться.

– Легион… – мой голос предательски дрогнул, став тонким, как паутина. Все взгляды, тяжёлые и ожидающие, устремились на меня. Глаза брата, волчьи, словно почуяли кровь, он разглядывал каждый мой мускул, каждый вздох. – Перед… перед отъездом… я отправила письмо… Артемису.

Наступила тишина. Даже дождь на миг стих в моём воображении.

– Ты… Что? – Легион произнёс это так тихо, так смертельно-спокойно, что холод проник в самые кости. Его лицо стало маской из чистого льда. – Ты хоть осознаешь, что ты натворила? – голос его обрушился на меня, как удар кулаком, пригибая к земле невидимой тяжестью.

– Я… я же… я… – слова путались, язык отказывался подчиняться. Стыд, вина, страх. Всё смешалось в клубок, перекрывая горло. Если из-за моего письма… Сэмюэль… и другие… Это моя вина. Но зачем?

– Когда ты отправила письмо? – каждое слово Легиона било, словно розги. Он сделал шаг ко мне, его тень накрыла меня. – Ты упоминала в нём, куда мы едем? Ты назвала маршрут? – я подняла на него глаза, полные слёз, с немой мольбой, но увидела лишь каменную ярость, исказившую его лицо.

– Она не могла знать, что это приведет к резне, Легион, – вступился Даарио. Его голос был ровным, но в нём звучала сталь, готовая обнажиться. Он не встал, но его поза мгновенно изменилась, превратившись из расслабленной в готовую к удару. – Упрекать её в неведении – бесчестно.

Легион резко повернулся к нему, забыв обо мне на миг.

– Бесчестно? – он засмеялся, коротко и злобно. – Она проявила глупость, граничащую с предательством! Письмо! Через кого? Кто доставил? Кто мог его перехватить? Она поставила под удар не только себя, но и всю миссию! И ты, посол, защищаешь эту… безответственность?

– Я защищаю принцессу от несправедливых обвинений и неуместной жестокости, – Даарио поднялся плавно, как змея. Он был чуть выше Легиона, его присутствие вдруг заполнило палатку, напрягая воздух. – Она не солдат в твоем отряде, наследник. Она Ваша сестра и будущая Правительница Закатных Земель. Обращаться с ней, как с провинившимся новобранцем, будет оскорблением не только ей, но и моему господину.