Искры во тьме

Глава 4

Войдя в покои, я уловила аромат сирени, исходивший из спальни, где была ванная комната. Неужели Легион действительно попросил служанок набрать мне воды? На ватных ногах преодолев гостиную, я прошла в спальню, где сняла свою взмокшую от пота одежду, положив её в плетёную корзину для грязного белья. Взяв нижнее бельё из шёлка, я добралась до ванны. Во всей просторной комнате из светлого мрамора с медной купелью по центру, возле широкого окна, царил запах сирени и лимона.

Сложив приготовленную одежду на тумбу, рядом с умывальным тазом из меди, я погрузилась в горячую воду. Кожу жгло от температуры воды, будто сотни иголок пронзают моё тело, но через минуту я привыкла к этому жару и ушла под воду с головой. Наслаждаясь тем, как она согревает и расслабляет мои ноющие мышцы, а разум очищает от нежелательных мыслей. В этой темноте я отбросила все домыслы, радуясь пустоте. Но эту пустоту нарушили два золотистых сияния с красноватыми крапинками, они появились в моём сознании из неоткуда, притягательные и обворожительные. В этих глазах хотелось пылать и растворяться, позволяя окутывать всё тело томным, прожигающим желанием.

Стук в дверь развеял все мои мечтания об этих манящих глазах, я вынырнула из воды, прижимая колени к голой груди, когда дверь отворилась, в ванную комнату вошла Джестис с небольшим подносом, на котором лежал мой любимый бутерброд с бужениной и сыром, накрытый ломтиком хлеба, и ромашковый напиток.

– Я прямо-таки чувствую, как Легион выжал из тебя все соки, – произнесла Джес, садясь на край купели и предлагая мне еду.

– Это уж точно, – согласилась я, жадно впиваясь в бутерброд. – Но он хотя бы позаботился о горячей ванне.

– Вообще-то это была я, – моё удивление слегка оскорбило её. – Я видела, как он прошёл в свои покои и поняла, что тебе пришлось несладко, поэтому попросила наполнить ванну и пошла на кухню за едой.

– Огромное спасибо, Джес, – вымолвила я, стыдясь, что не поняла этого раньше. – Мне так неловко…

– Я понимаю, будь у меня старший брат, – перебила она. – Я бы тоже хотела думать, что он заботится обо мне не зависимо от того, какие у нас отношения. Всё, что он делает, пусть и методы у него жестокие, местами равнодушные, но это для твоего же блага. Разве нет?

– Возможно, – доев, ответила я. – Надеюсь, его любовь ко мне и забота не полностью угасла. Мне бы хотелось вернуть с ним прежние отношения. Чтобы мы были дружной, счастливой семьёй. Чтобы он не превращался в камень рядом со мной, будто я ведьма какая-то. Мы бы гуляли вместе, веселились, танцевали на приёмах.

– Хотела бы я тоже увидеть это, – тихо сказала она, покрывая руки раствором для мытья волос. – Давай помогу тебе с этими колтунами.

Одобрительно кивнув, я откинула волосы с плеч, позволяя Джестис нанести раствор и втирать его в кожу головы, намылив волосы до пены. Она взяла с полки гребень с широкими зубьями и принялась аккуратно расчёсывать мою голову, распутывая колтуны после тренировки, иногда доставая травинки из них.

– В целом-то, как прошла тренировка? – заинтересованно спросила она.

– Сначала гонял меня как сидорову козу больше часа, потом сказал, что я слабачка, раз попросила отдых, а после того, как я приставила кинжал к его почкам, и вовсе уложил меня на лопатки, – отчеканила я, перед тем как окунуться и смыть пену с волос.

– Миленько, – вымолвила Джестис, вставая с края купели. – Тебя ждёт король на аудиенцию, мне передал слуга, который направлялся в твои покои.

– И ты молчала? – вскрикнула я, резко поднявшись.

Джестис развернула длинное полотенце, пока я выходила из ванной, аккуратно укутав меня в него. Взяв с тумбочки короткое полотенце, она принялась за мокрые волосы сзади, избавляя их от лишней влаги. Перехватив её руки, я соорудила на своей голове что-то вроде тюрбана, которые встречала в восточных книгах с некоторыми иллюстрациями. Я надела нижнее белье из шёлка: белый полупрозрачный низ, прикрывающий половину ягодицы, и сплошной прямоугольный лиф на груди с двумя бретельками на плечах.

Подлетев к шкафу, я начала выискивать платье подобающего вида для аудиенции с королем. Не важно, что мой отец решил переговорить со мной с глазу на глаз, он был королем, а значит и выглядеть я должна соответствующе.

Определившись с нарядом, я надела лёгкое, струящееся, подобно водопаду, платье лазурного цвета с белыми оборками на свободных рукавах и V-образным вырезом. Обув лёгкие, шёлковые туфельки на небольшом каблуке того же цвета, я оставила волосы распущенными, слегка завитыми от влаги. Мою шею украшало изящное колье с крупным изумрудом, подарок отца. Я выбрала тонкие серебряные браслеты на обе руки, которые свободно перемещались по моему запястью, и небольшие серёжки, выглядевшие как два сверкающих зелёных камня на мочке уха.

Выйдя из покоев, я проделала тот же путь по коридорам, что и утром во время похода в парадную столовую, вот только после спуска на лестнице в Гербовом зале я повернула налево, в похожий узкий коридор, что и по правую сторону, но этот коридор привел меня в личный кабинет короля Эллариона. Где он чаще всего принимал десницу, генерала и других важных персон, которые могли обратиться к нему с аудиенцией.

Кабинет короля – это крепость его воли, зеркало его практичного ума и сцена для демонстрации абсолютной власти. Здесь нет места сантиментам или излишествам, только история, долг, стратегия и вечное бремя короны, отражённое в каждом тёмном дубовом листе и отблеске пламени на холодном металле. Это место, где принимаются судьбоносные решения, и вся атмосфера пропитана этой тяжёлой ответственностью. С малых лет меня пугал кабинет отца, мне казалось, будто сами стены видят и слышат меня, а тени нашёптывают королю решения, которые он должен принять.