Страница 38 из 46
Его рука скользнула к узлу моего халата и потянула за ленту. Я поймала его запястье в последний момент и сжала со всей силы, чем вызвала улыбку.
Сорвелл медленно высвободил руку из моих пальцев, развязал пояс и раздвинул тонкую ткань ровно настолько, чтобы коснуться моей обнажённой кожи у талии, затем — чуть выше, плавно скользя по груди. От этого почти невесомого прикосновения у меня внутри всё сжалось сладко и болезненно одновременно.
— Посмотри на меня, душа моя, — сказал он тихо.
Золотой взгляд был тёплым и таким внимательным, что под ним я чувствовала себя раздетой не только телом. Горячая ладонь, осмелев, накрыла грудь полностью, большой палец медленно скользнул по чувствительной вершинке, и я не удержала тихий звук, который тут же заставил его глаза потемнеть ещё сильнее.
— Вот так, — произнёс Лиам почти шёпотом. — Не прячься от меня.
— Я не прячусь…
— Уже нет.
Когда он снова коснулся метки, я вздрогнула так резко, что сама испугалась. Мужчина понял всё верно — он поцеловал меня в висок и прижал к себе крепче, ладонью удерживая под грудью.
— Не бойся того, что уже стало частью тебя, — негромко пояснил герцог. — Связь не отнимает тебя у самой себя. Она просто больше не позволяет нам лгать, что ничего нет.
Он почувствовал, как я затихла, и больше не давил. Просто держал, гладил открытой ладонью по животу, по талии, по спине, и эта мягкая, уверенная ласка действовала слишком хорошо. Я почти забыла обо всём.
Только когда завтрак почти закончился, Сорвелл наконец отпустил меня настолько, чтобы я села рядом, а не у него на коленях. Сам он откинулся на спинку стула и посмотрел на меня уже совсем иначе — более собранно, хотя тепло из взгляда никуда не ушло.
— Скоро мне нужно будет вернуться. Не сегодня, но в ближайшие дни.
Это прозвучало ровно, без драмы, как факт, который давно был частью его планов. И всё же в груди у меня сразу появилось неприятное чувство, будто что-то живое и тёплое, едва успевшее устроиться на своём месте, уже пытаются вырвать.
— Дела здесь завершены, — продолжил мужчина. — Осталось встретиться с императором. После этого я не вижу смысла задерживаться дольше, чем необходимо.
— С императором, — повторила я, чтобы выиграть несколько секунд.
— Да. С моим племянником. Мы не особенно близки, но он последний из семьи, и есть вещи, которые должны быть сказаны лично.
Мужчина потянулся ко мне через стол и сжал мои пальцы в своей ладони.
— Я хочу, чтобы ты поехала со мной, — добавил он осторожно, будто боясь спугнуть меня.
Я уставилась на него, не совсем понимая суть.
— Ты серьёзно? — голос прозвучал более удивленно, чем я думала. Я даже отбросила все формальности, на что герцог разве что не засветился от удовольствия.
— Полностью. Мне нечего от тебя скрывать, милая, — ласково пояснил Сорвелл. — Ни дела, ни семью, какой бы малой она ни осталась. Тем более рано или поздно это должно было случиться — я не могу прятать свою жену от последнего из рода.
Он произнёс это так спокойно, что возразить оказалось почти невозможно. А потом снова притянул меня к себе — на этот раз медленно, будто давая мне возможность отказаться и зная, что я не стану.
Я поднялась, оказалась между его коленей, и он сразу обнял меня за талию, щекой прижавшись к моему животу. Чужие ладони легли мне на бёдра, медленно скользнули вверх, огладили спину, вернулись к талии и груди. В каждом движении жила привычная уже властность, но теперь к ней примешивалось что-то ещё — тихое удовольствие от того, что я рядом, тёплая гордость, почти счастье.
— Поедешь со мной.
— Вы не спрашиваете, — я фыркнула, но мои пальцы уже запутались в светлых волосах мужчины. — Это отвратительная манера вести беседу.
Сорвелл поднял голову, посмотрел на меня снизу вверх и улыбнулся так, что у меня тут же ослабела вся решимость.
— Тогда позволь мне переубедить тебя ещё раз, милая.
И дальше говорить стало гораздо труднее.