Страница 46 из 111
А так девичник позволит хотя бы на вечер отвлечься от переживаний. И надо обязательно напиться, чтобы точно крепко заснуть, а утром страдать от похмелья, а не от чёрных мыслей.
В термах кроме Мелисы нас ждали ещё три девушки. Одна – ровесница Анастис, скорее подросток, чем взрослая девушка, вторая – лет девятнадцати, третья – ближе по возрасту к Мелисе, лет двадцати пяти. Они смотрели на меня во все глаза со смесью любопытства и настороженности.
– Мари-Валери, ты не против, если к нам присоединятся моя подруга Кирис и её подопечные - Лили и Тика?
– Конечно не против. Чем больше, тем веселее. Командуй, Мелиса, я тут совсем ничего не знаю. Куда нам идти, что делать?
– Вначале - бассейн и мойщицы.
– Да, начнём с процедур красоты, – согласилась с ней баронесса, которая попросила нас звать её Олерия. – На сколько времени тут мы можем рассчитывать?
– Весь вечер наш, – подала голос Тика, средняя по возрасту девушка.
Судя по её сходству с младшей, они с Лили были сёстрами.
– Да, весь вечер термы полностью в нашем распоряжении. Это подарок невесте от родственников жениха, – дополнила её ответ Мелиса.
– О, вот как, – на щеках Олерии проступил румянец удовольствия.
Я вполне поняла её радость, когда молчаливые служанки развели нас по отведённому каждой месту и приступили к местным СПА-процедурам. Очень скоро я забыла обо всём. Под умелыми руками мойщицы моё тело словно обновлялось, очищаясь от старой кожи и избавляясь от зажимов мышц. Массаж от головы до мизинцев ног превратил тело в мягкий воск и я послушно терпела даже слегка болезненные процедуры, доверяя опытным банщицам. Аромат трав и масел, тёплая вода, соли и возможность не думать ни о чём – я чувствовала себя, как в раю.
После того, как с процедурами было покончено, мы встретились в бассейне с прохладной водой, взбодрившей и освежившей меня. Вначале никто ничего не говорил, все просто плескались. Потом, после охов и вздохов удовольствия, меня начали пытать о том, есть ли такие термы в моём мире и какие процедуры для красоты и здоровья используют там.
Увы, в моей прошлой жизни мне было не до СПА-салонов, и познания были в основном теоретическими. Хотя о русской деревенской бане я могла рассказать подробней. История про парную и берёзовые веники пользовалась успехом, и мне хватило её до того времени, когда мы выбрались из бассейна и, надев сухие сорочки и халаты, перебрались в соседний зал, где нас ждал травяной чай и грустная музыка, звучащая непонятно откуда.
Оказалось, что Мелиса отнеслась к рассказу о девичнике, как к руководству к действиям, и сейчас мои подруженьки собирались заплести мне две косы и довести до слёз грустными песнями.
Желающих плести косы оказалось четверо: Анастис, Мелиса, Лили и Тика. Они так энергично взялись расчёсывать мои влажные пряди, что я решила отступить от правил, которые здесь всё равно не знали, и разрешить желающим каждой заплести мне по косе. Подумаешь, будет четыре, а не две! Какая разница? Всё равно я здесь одну косу почти не носила. Из моих нынешних длинных и густых волос можно косичек сколько хочешь наплести, а девушкам приятно.
Грустные песни, которые пел менестрель за тонкой стенкой, я забраковала. Они были о трагической любви местных Тристана и Изольды.
– Нет, нет, для девичника они не походят. Вы бы ещё про Му-му спели.
На вопрос о том, кто такая Му-му я отвечать не стала. Ещё не хватало всем настроение портить.
– Но ты сама говорила про грустные песни, – попыталась возразить Мелиса.
– Не-не, там не про такую грусть, а про жизненное. Подружки поют про злую мужнину родню, – тут глаза Лили и Тики широко раскрылись, а Мелиса словно подавилась воздухом.
Я вспомнила, кто тут в родне у жениха и поспешила уточнить:
– Про злую свекровь, завистливых золовок, драчливых дядек и прочую родню, что встретит молодую в новой семье.
– Зачем петь о таких ужасах? – спросила Олерия, и было видно, что такая песня её проняла бы больше, чем история любви, о которой пел менестрель.
– Это чтобы её заранее правильно настроить. Пусть невеста знает, что её может ждать в чужой семье.
– Но ведь так бывает не всегда? Правда, Мелиса? – с надеждой спросила Анастис.
– Конечно, не всегда. Вот граф Лартис - круглый сирота. И сестёр у него нет. Так что Мари-Валери-на никакой злой свекрови и завистливых золовок не досталось.
– Кстати, а кого ещё из родни жениха мне надо знать? – решила я просветиться, пока подружки плетут мои косы.
– Род Лартис почти пресёкся ещё до рождения твоего жениха. Кроме прошлого графа мужчин уже не оставалось, так что если бы не рождение Ральфа, то и титул передать было бы некому, – сказала баронесса. – Есть несколько двоюродных-троюродных незамужних и вдовых женщин, но они не особенно близки к графу.
– А его мать? Она тоже умерла, я правильно поняла?
– Да. Говорят, она отличалась слабым здоровьем и скончалась через год после первого брака сына, – ответила мне баронесса. – Она была из какого-то обедневшего рода, из северных провинций. Так что если там и есть у графа Лартиса родственники, то свет их не знает. Они никогда не показывались при дворе.
Должна признаться, новость о том, что родни у моего жениха немного, меня подбодрила. Король и королева официально вроде как не совсем родственники, и вряд ли смогут заявиться к нам в дом без предупреждения, как мама Павла, чтобы проверить, так ли я ухаживаю за её кровиночкой, как надо. Так что в моём новом доме будет одна хозяйка – и это я.