Танцовщица для дракона

— Это похоже на допрос.

— Я умею иначе хуже, чем думал.

— Тогда учись.

Слова прозвучали жёстче, чем она хотела. Но отступать уже было поздно.

Шахрияр провёл ладонью по лицу.

— Ты права.

Лейла растерялась.

Он редко уступал так прямо.

— Я рассказал, потому что хотел, чтобы ты поняла. Потом испугался, что понимание даст тебе возможность скрыть больше.

— Я и так могу скрывать.

— Знаю.

— И всё равно пришла.

— Знаю.

Жар в споре начал уходить. Осталась усталость двух людей, которые снова дошли до одной двери с разных сторон.

Лейла посмотрела на письмо Азизы.

— Она любила тебя?

— Думаю, да.

— И предала?

— Да.

— Значит, одно не отменило другое.

— Нет.

— Это страшнее.

— Намного.

Она поняла, почему он всё время ищет ложь в любви и любовь в лжи. Для него эти вещи однажды жили в одном человеке.

Лейла подошла ближе к карте.

— Я скажу, когда у меня будет что сказать.

— Не когда станет поздно.

— Когда пойму, что правда моя, а не чужая приманка.

Шахрияр подумал, затем кивнул.

— Хорошо.

— Ты правда сможешь ждать?

— Плохо. Но смогу.

Лейла посмотрела на него.

— Это уже честный ответ.

Он протянул руку. Не приказал подойти. Просто оставил ладонь открытой между ними.

Лейла вложила в неё пальцы.

Шахрияр сжал осторожно.

— Азиза никогда не видела моего полного облика, — сказал он.

— Почему?

— Я собирался показать после свадьбы.

— Мне показал раньше.

— Да.

— Значит, доверяешь?

— Больше, чем удобно.

Она тихо выдохнула.

— Я тоже.

Он поднял её руку к губам, но остановился перед поцелуем.

— Можно?

После ночи у неё этот вопрос уже не должен был удивлять. И всё же каждый раз он снимал часть страха.

— Да.

Его губы коснулись пальцев. Мягко. Без жара праздника. В этом прикосновении было больше печали, чем желания.

Лейла положила свободную ладонь на его запястье. Под кожей мерцала тонкая золотая чешуя.

— Ты хранишь письмо Азизы зачем?

— Чтобы помнить, как выглядит доверие без проверки.

— И карту?

— Чтобы помнить цену одной ошибки.

— Может быть, стоит хранить ещё что-то хорошее.

Он посмотрел на неё.

— Например?

— Перо Сахра. Первую табличку Ясмины. Гранатовую кожуру.

— Зачем мне гранатовая кожура?

— Чтобы помнить, что один гранат оказался чистым.

Шахрияр тихо рассмеялся.

— У тебя странный архив.

— Зато в нём есть место вещам, которые не предали.

Он посмотрел на старые шкафы.

— Возможно, такому архиву стоит появиться.

У двери раздался короткий стук. Фарид вошёл после разрешения.

— Повелитель, Джамаль ждёт. Пришли новые сведения от людей Самира.

Лейла сразу напряглась.

Шахрияр почувствовал по её руке.

— Какие? — спросил он.

Фарид посмотрел сначала на него, потом на Лейлу.

— Один из названных проводников найден у южной заставы. Он утверждает, что видел Намира Сайрана живым после нападения на караван.

В архиве стало тихо.

Лейла почувствовала, как пальцы Шахрияра сомкнулись крепче. Удержали, пока мир на миг качнулся.

— Где он видел? — спросила она.

— В лагере у старого русла. Намир был ранен, но шёл сам. Его вели люди в серых платках.

Серые платки.

Те самые, у кого Харун купил пленниц.

— Когда? — голос Лейлы стал тоньше.

— Около трёх недель назад.

— Проводник уверен?

— Джамаль проверяет.

Шахрияр повернулся к ней.

— Я обещал сказать сразу.

Она кивнула, хотя глаза уже жгло.

— Да.

— Мы узнаем остальное.

Лейла смотрела на него и понимала: несколько минут назад она удержала свою тайну. Теперь он мог упрекнуть, закрыть, напомнить об Азизе. Вместо этого держал её руку и выполнял обещание.

Она сжала его пальцы в ответ.

— Спасибо.

Фарид тихо вышел, оставив дверь открытой на ширину ладони.

Шахрияр сложил письмо Азизы, вернул в свиток и поставил печать. Потом накрыл карту тканью.

— Пойдём к Джамалю.

Лейла замерла.

— Ты позволишь мне присутствовать?

— При разговоре с проводником — да. Он уже дал первые показания. В комнате будут Джамаль, Халима и Фарид.

— Самир?

— Нет.

Она выдохнула.

— Хорошо.

Шахрияр взял со стола книгу, которую принесла Лейла, и передал ей.

— Оружие забыла.

Она прижала книгу к груди.

— Сегодня обойдёмся словами.

— Надеюсь.

Они вышли из архива вместе.

Ясмина ждала у стены, сидя на низкой скамье. Увидев лица Лейлы и Шахрияра, сразу поднялась.

— Что случилось?

Лейла остановилась рядом.

— Отца видели живым.

Ясмина закрыла рот ладонью.

— Правда?

— Проводник так сказал.

— Куда вы идёте?

— К Джамалю.

Ясмина посмотрела на Шахрияра, затем на их сцепленные руки. Ничего не сказала. Только быстро кивнула и пошла следом до следующей двери.

Лейла держалась за пальцы Шахрияра и думала об Азизе, карте, мёртвом ребёнке, серых платках и отце, который три недели назад шёл сам, несмотря на рану.

Шахрияр открыл перед ней своё прошлое.

Она оставила часть своей правды при себе.

Между ними сохранилась щель, куда однажды могло войти недоверие.

Сегодня через неё вошла надежда.