Страница 59 из 82
— Вызовите палача. Пусть отсчитает виновному двадцать ударов плетью. Сколько раз мне повторять, что в моих блюдах не должно быть персиков? В следующий раз я потребую голову повара.
Демон из стражи поклонился. Блюдо с персиками полетело в стену. Ненавижу. Всех их ненавижу. Они меня тоже.
— Оттиль...
— Молчи.
Директор приюта не удивил. Деньги, дайте, пришлите. На помощь с поставками продуктов и тканей для одежды отреагировал вяло. А почему? Потому что наивная Оттиль три недели назад щедро жертвовала деньги на благо общества. Нудииандер привёл меня на казнь проворовавшихся демонов.
— Выделить лорду Лиллэ стандартную форму о поставках продовольствия и тканей.
— Моя императрица...
— Молчите, лорд. При мысли о том, что вы крадёте у детей, мне хочется убить вас лично. Подписывайте договор, если не хотите, чтобы ваши дети стали сегодня сиротами.
Я вышла из зала под женские крики с улицы. Ещё одна девка мужа решила самоутвердиться. Неужели и фавориток мало?
Динен принесла кофе в мой кабинет. Очереди ко мне не было. Придворные посчитали, что меня разжалобить проще. И первые две недели я позволяла им вертеть мной. Потом снова вереница казней. Кого не казнил муж, нашла я. С помощью Динен я узнала о них всё. Отомстила за унижение каждому.
Я разобрала корреспонденцию и доела печенье. В обед под взглядами фавориток кусок в горло не полезет.
— Ну что, идём в цирк уродов?
Динен тяжело вздохнула.
— Оттиль, пожалуйста... Я...
— Не стоит.
В зале уже собрались все. Нудииандер светился счастьем, его фаворитки сверлили друг друга взглядами. Что такое, он променял этот курятник на кого-то из служанок?
Я заняла место напротив мужа.
— Приятного аппетита.
— Ты опоздала.
— Прошу прощения.
Звенели приборы. Придворные тихо обсуждали совет.
— Мой император, могу ли я рассчитывать на аудиенцию после обеда?
Я подняла глаза на Агеллу Арвиа. Темноволосая кучерявая овечка. Её сожрут другие фаворитки. Глупа до невозможности, раз считает, что можно сообщать всем, кого сегодня мой муж будет трахать в кабинете. Как же противно. Я бы ушла, но эти курицы только рады будут.
— Конечно, я с радостью рассмотрю ваш вопрос.
Еле досидела до конца. У кабинета меня уже ждал Хелфирд. Единственный демон, которого я могла бы назвать своим другом.
— Оттиль, добрый день.
— Добрый. Проходи, садись.
Динен оставила нас наедине.
— Нет жалоб на здоровье?
— Просто не выспалась. О чём будем говорить сегодня?
— Ещё не время, но я решил, что мы можем поговорить об интимной составляющей отношений.
— Что?
Я отпрянула и посмотрела на лекаря с ужасом.
— У демонов и других огненных рас. Рассмотрим в совокупности. Мне кажется, тебе нужен этот разговор.
— Я не хочу, чтобы ты оправдывал моего мужа.
— Я не собираюсь. Ты в праве на него обижаться. Давай возьмём кого-нибудь для примера? Могу говорить о себе.
— Не стоит.
— Хорошо. Демоны — раса, которая умеет распознавать пороки. Поэтому нас справедливо считают знатоками душ. Связь с пороками развращает наши души, поэтому среди нас почти нет светлых.
— Я знаю. Хватит ходить вокруг да около. Говори прямо.
— Чем сильнее демон, тем больше он подвержен порокам. В крови твоего мужа ещё и драконья кровь. Ещё одна огненная раса с бешеным темпераментом. Хранитель старше, он умеет сдерживать порывы. Вспомнишь ещё огненных?
— Фениксы и суккубы с инкубами.
Я поджала губы. На что он хочет намекнуть?
— Да. Последние тоже в некотором роде демоны, они произошли от нас. Поэтому между нами так много общего. Фениксам тоже свойственна вспыльчивость.
— Нет!
— Оттиль, ты приказала выпороть девушку, которая работает первый день. Над ней жестоко пошутили. Почему ты не выслушала её?
Я пристыжённо замолчала и посмотрела на свои руки. Когда я успела превратиться в монстра?
— Они меня не любят.
— И что? Разве тебе нужна их любовь? Ты и твои дети — будущее империи. В делах ты разбираешься, а любить тебя никто и не обязан. Разве в гареме было иначе?
В этом и проблема. Клетки в гареме и здесь пугающе похожи. Разве что до рождения сына можно не переживать, что Нудииандер меня убьёт.
— Муж меня тоже не любит. Что мне делать, Хелфирд?
— Честно?
— Да.
— Потребность в сексе никуда не денется. Если ты не готова справляться с ней одна, перестань обращать внимание на его женщин. Император не привык себя ограничивать, к сожалению. Вокруг него всегда было много женщин. И если тебе кто и поможет, то суккубы. Могу подобрать деликатную и...
— Дело не в количестве.
— Прости?
— Демоны, как я не хочу говорить об этом с тобой...
— Оттиль, я должен знать, как помочь. Он делает тебе больно? Я осмотрю и...
— Никак! Он делает мне никак!
Щёки жгло краснотой. Хелфирд замолчал.
— Сначала я даже хочу, ну, ты понимаешь.
Демон осторожно кивнул.
— А потом всё плохо. Я не чувствую ничего. Он пыхтит, я даже стонать начинала, как учили. Не помогло. Он разозлился, очень сильно. Потом начался парад шлюх. Я рыдала, пока в его спальне орали женщины. Ему плевать. Приходить ко мне он не перестал, наследник же нужен. И вот... А потом он уходит к ним. Если недоволен, может притащить к себе двоих сразу и заставить меня слушать всё это.
Слёзы текли, я не могла успокоиться. Хелфирд протянул ладонь, и я её стиснула.
Оттиль, в кабинете
В груди жгло. Я не могла поднять глаза на Хелфирда от стыда. Захотелось сделать ему больно.
— И как это лечится, лекарь?
— Сложно.
— Больше ничего не скажешь?
— А ты готова слушать?
— Прости. Готова.
Хелфирд наклонился чуть ближе, но руки не отнял. Он знал всё о гареме, а теперь узнал ещё больше.
— То, что происходит, закономерно. Физически ты абсолютно здорова. Отсутствие чувствительности — защитная реакция твоего организма. Я не душевный лекарь, но найду тебе лучшего. Можно бесконечно рассказывать про удовольствие, но для тебя близость про боль. Физическую или душевную — не важно.
— То есть виновата я?
— Нет. Прости за вопрос, но если пробовать иначе...
— Боги, это ужасно. Молчи, пожалуйста. Мне всё ещё неудобно это обсуждать. Я способна испытывать удовольствие, но не знаю, в чём дело.
— Хочешь, поговорю с Нудииандером? Я уверен, что всё это — жуткое недопонимание.
— И завтра он принесёт мне твою голову. Или что-нибудь другое.
В дверь постучала Динен.