Добавить в цитаты Настройки чтения

Страница 43 из 82

Глава 14.1

Оттиль, в новом доме

Я шла за мужем и смотрела в пол, боясь оступиться. Он больно тянул меня за руку. К чему это? Злится из-за Макриана? А если Рохус ему что-то рассказал?

Все мысли вдруг померкли перед одной. Мы идём в спальню. По спине пробежали липкие мурашки. Нудииандер — мужчина, он же сейчас... А я хочу? Смогу ли вообще? К горлу подступила тошнота. Я мало ела, потому что гости, с которыми я не знала, как себя вести, требовали внимания. Боги, помогите пережить эту ночь.

Муж остановился в конце длинного коридора, и я забыла как дышать. Под языком что-то свело, ноги одеревенели, но истинный не обратил на это внимания. Закрыв за нами дверь, он прижал меня к стене и опасно приблизился. Я больно стукнулась головой, пытаясь отпрянуть. Что у него с губой?

— Почему ты солгала мне?

Он знает. Мне конец.

Я сжалась и закрыла глаза. Ударит? Будет кричать? Скажет, что я во всём виновата сама? Заставит?

— Будь любезна смотреть на меня, пока мы разговариваем.

Я подчинилась. Знала, что если не смогу, дальше будет хуже. Пальцы сами потянулись к его губе. Осмелев, я поцеловала мужа в уголок рта, чтобы не причинить боли. Потом замерла. Приятно ли ему, зная...

— Оттиль, почему ты меня обманула?

В его глазах блестело пламя.

— А как о таком расскажешь? Тебе.

— То есть твой святоша всё знал?

Я кивнула, не смея больше врать. Кулак впечатался в стену рядом. Я вздрогнула и повисла на шее Нудииандера. Или я его успокою, или он сорвёт на мне злость.

Муж замер и жадно меня поцеловал. Подхватив под бёдра, донёс меня до кровати и уложил на неё. Всё хорошо, он меня не прогоняет. Нужно просто потерпеть, просто немного потерпеть. Я набралась смелости и открыла глаза. Нудииандер — мой истинный, он не сделает мне ничего плохого. Правда же?

Демон навис надо мной. Он успел снять рубашку, а я затряслась. В полумраке я видела совсем другое лицо, которое мечтала стереть из памяти.

— Подожди. Можно погасить свет?

Муж щёлкнул пальцами, оставляя нас в кромешном мраке, но стало только хуже. Не выдержав, я закричала и принялась вырываться.

Ещё один щелчок, комнату залил свет.

— И что это было?

Нудииандер больше не нависал. Он лежал рядом, опираясь на локоть.

— Прости, пожалуйста.

Я уткнулась в его плечо и разрыдалась. Представив, что говорю с Макрианом, рассказала демону абсолютно всё. Я просила меня не прогонять, обещала, что буду стараться.

— Убью. Сниму шкуру и заставлю жрать.

Я в ужасе отпрянула.

— Я...

— Никогда больше о нём не вспомнишь. Я его убью. Захвачу его земли и подарю тебе крылья всех, кто посмел тебя обидеть. Рохуса в твоей жизни не было.

Я прижалась к горячему телу мужа и крепко его обняла.

— Тебе не... противно?

— Противно. У вашего петуха настолько маленький гарем, что нужно брать женщин против воли? Я убью за тебя, Оттиль. Но больше не лги мне, всегда говори правду.

Он стиснул меня в ответ, я с облегчением выдохнула. Как же хорошо, когда не нужно бояться.

Мы лежали в тишине долго. Свечи гасли одна за другой, но темнота меня больше не пугала. Я слушала сильное и ровное биение сердца и чувствовала себя маленьким медвежонком под защитой свирепой матери.

Пальцы Нудииандера скользнули по шнуровке, заставив застыть.

— Хочешь?

Я обещала не врать, но демон явно ждал близости. И я вроде как должна.

— Не хочешь. Боишься.

Я кивнула и посмотрела в его глаза.

— Я ничего не сделаю против твоей воли, но длительное воздержание в мои планы не входит.

Я снова кивнула, ценя отсрочку и откровенность.

— А если я... не смогу?

— Надеюсь, что сможешь. Мы с тобой созданы друг для друга.

Я поцеловала демона и устроилась на его груди, так и не сняв платье. Как будто оно было моей бронёй.

— Спокойной ночи, — пожелал муж.

— Спокойной.

Уснула я быстро. Сны были приятными. Проснулась от лёгких поцелуев на лице в сильных руках. Рохус никогда не позволял остаться с ним на ночь, а такие нежности и вовсе были ему незнакомы.

— Доброе утро.

Нудииандер ответил поцелуем и потёрся о моё бедро.

Он что же, хочет сейчас? Когда так светло?

— Ты такая милая во сне.

— Мне с тобой хорошо.

— Может быть ещё лучше.

— Я...

Муж шумно выдохнул.

— Можно просто сказать, что тебя смущает.

— Слишком светло.

В дверь постучали. Не дожидаясь ответа, в спальню вошли две демоницы с золотыми подносами. Половины блюд я не знала, но с интересом рассматривала.

— Вон отсюда, обе. Чтобы без стука входить не смели, — приказал демон.

Девушки молча поклонились и поспешили удалиться.

— Так значит, — истинный притянул меня обратно, — тебя пугает только свет?

— Немного.

— Не планируй никаких занятий на вечер. Ты нужна мне отдохнувшей.

Нежные поцелуи не могли длиться вечно. Нудииандер наскоро принял душ и ушёл заниматься государственными делами. Мне же надлежало ждать учителей. И я очень надеялась, что смогу отвлечься, потому что в ушах звенели набатом слова мужа. Надолго же хватило его терпения.

Макриан, в избушке

Я полировал сияющие гусли всё утро, находя несуществующие пятна. Ноги сами привели к избушке. Что делать теперь? Куда идти? Одно было ясно, в этом доме я оставаться больше не мог. Слишком много воспоминаний, да и Хранитель вряд ли будет в восторге.

Уйти бы отсюда подальше, чтобы забыться, но в душе поселилась надежда. Вдруг я ещё понадоблюсь Оттиль? Вдруг ей не понравится здесь, вдруг будет плохо?

— Конечно, — бормотал я. — Будет ей плохо с истинным во дворце...

Но вдруг...

Я отложил тряпицу. Есть ли смысл гадать? Я обещал быть рядом и буду. Нужно только найти работу и жильё. Смогу я его найти в избушке, шмыгая носом? Нет. Значит нужно взять себя в руки и начать действовать.

Я собрал вещи и вышел из дома полный решимости прекратить себя жалеть. Избушка подскочила на ноги.

— Прости, поиграть не получится.

Дом грустно заскрипел досками и побрёл за мной.

— Ну ты чего? Тебя ведь ждут. Я не могу тебя присвоить.

Избушка продолжала шагать.

— Хочешь меня проводить? Или чтобы я тебя проводил? Я не знаю, куда тебе нужно.

Своенравное жилище боднуло меня углом в поясницу.

— Я понял. Ты хочешь остаться со мной. Но что я могу тебе дать? Ты нужна дома, по тебе наверняка уже скучают. Ты же такая славная...

Я погладил её стену.