Страница 26 из 82
Он снова взялся за гусли и неожиданно запел мою колыбельную. Ещё как. Я слушала его с открытым ртом. Как? Когда?
— Я не сильно много ошибок сделал?
— Это... Я не знала, что ты умеешь петь.
Макриан покраснел и довольно улыбнулся, но махнул рукой, будто он не сделал ничего особенного.
— Так что с ошибками? Может, научишь меня чему-нибудь ещё? Я знаю вещи, которые понравятся далеко не всем.
— Есть немного. Но чему тебя учить, не представляю.
— Чему угодно. Есть у тебя любимые песни? Я пробовал сочинять стихи, но такое непотребство в голову лезет, что людям показывать стыдно.
— Расскажи мне!
Огонь внутри меня вспыхнул любопытством. Злость сразу стихла. Все огненные нелюди очень эмоциональные и увлекающиеся. И ничего не можем с этим поделать.
Макриан покраснел и отвёл взгляд.
— Ты же понимаешь, что стало ещё интереснее?
— Оттиль, если бы получилось что-то удачное, я бы обязательно с тобой поделился.
— Ну пожалуйста, ну Макриан! Хочешь, я отдам тебе леденец?
Он покачал головой.
— Не стоит моя бездарность таких жертв. Ладно, солнце ещё высоко, можем успеть дойти до деревни.
Я застонала. Мы шли по территории гномов. Они едва доставали мне по пояс. Вполне ожидаемо, что дома и постели у них были соответствующих размеров.
— Давай лучше заночуем в лесу! И ты ушёл от темы!
— Во-первых, мы можем снова нарваться на их дозор, а во-вторых, нельзя же прийти к старосте деревни и отказаться от гостеприимства!
Макриан подскочил, быстро собрал наши пожитки и пошёл вперёд. Он правда думал, что я могу забыть? Я подкралась к нему со спины и защекотала бока. Он смешно задёргался и запыхтел.
— Нет, пожалуйста! Оттиль!
— Расскажи мне одно маленькое стихотворение и я остановлюсь.
— Это... личное. Понимаешь? Я не готов говорить об этом с тобой.
— И давно у тебя появились секреты?
Макриан смотрел с мольбой, но я была непреклонна.
— Секретов нет. Просто для меня это важно. Вдруг тебе не понравится? Скажешь, что это ужасно, а я больше не стану пытаться сочинять. Но обещаю, если когда-нибудь из этого получится что-то приличное, я обязательно тебе спою.
Я отпустила его и тяжело вздохнула.
— Что мне может не понравиться? Про Богов что ли пишешь?
Он непривычно молчал в ответ. Ну и пожалуйста. Я обиделась, но постаралась не выдать истинных чувств. Макриан замолчал и закрылся. Мне это не нравилось.
В деревню гномов мы действительно вошли на закате. Местные стражи встретили нас настороженно, уложили ладони на секиры.
— Не проводите ли к дому старосты? — спросил Макриан, ответив на приветствие.
— Стой тут, дылда. И ничего не трогай.
Это что, я тоже дылда? Макриан ни на кого не обижался, даже не возмущался, пока я тихо кипела.
— Оттиль, нужно уважать хозяев. Это мы к ним вторглись, доставили неудобств. Можем причинить кому-то вред. Представь себя на их месте. Сидишь дома, никого не трогаешь, а к тебе вломились существа, которым ты по пояс. И говорят, что поживут рядом в лесу. Ты бы смогла заснуть?
Я вздохнула. Ему только дайте меня отчитать. Ответить не успела, поскольку к нам спешил староста.
— Здравствуй, путник.
— Здравствуйте. Мы гости в ваших землях. Порядок уже знаем. Укажите, где можем переночевать.
Макриан ему поклонился.
— К себе не пустим, уж не серчай. А переночевать можете вон там на опушке у реки. Осторожно только. Горные реки холодные, — предупредил гном, поглаживая бороду.
— Благодарим.
Я недовольно пошла за Макрианом. Ему было весело.
— Чего сопишь, Оттиль? Сама же говорила, что у гномов неудобно.
— Зато комары не кусают. Хочу спать на нормальной постели!
— Не хочу тебя расстраивать, но дальше территории дроу. Они под землёй живут. Вряд ли при свете дня мы встретим кого-то доброго, кто любезно предложит нам кровать.
Я недовольно застонала.
— Ты уверен, что нам нужна эта тюрьма? Если это всё какой-то дурацкий розыгрыш, я не знаю, что с тобой сделаю.
— Уверен. Если там ничего не будет, можешь делать со мной всё, что хочешь.