Страница 15 из 82
Глава 5.1
Макриан, где-то на тракте людских земель
Я шёл пятый день, куда вели глаза. Останавливался на каждом перекрестке, искал знак свыше. То, что у Богов на меня какие-то планы, придавало сил и уверенности. Как бы услужить, чтобы не оплошать как обычно?
Я не боялся людей, что с меня, бедняка, взять? Гусли? Не так легко оказалось на них играть. Пальцы быстро огрубели, появилась первая кровавая мозоль. С благословением всё легче идёт, кое-что уже получалось. Была одна проблема, я не знал сказок и модных историй. Пение молитв и сказаний не оценили, приходилось зарабатывать на ночлег трудом. Этого я не боялся, только радовался, как много на Охеноре неравнодушных людей. Всегда кто-то откликнется. Надеюсь, в землях нелюдей я тоже на что-нибудь сгожусь. Магия пугала, но Богам всяко виднее, куда мне и зачем. Пока шёл, решил, что назову встреченную девушку сестрой. Так будет безопаснее. Надо подготовиться и сразу найти место на двоих.
Я услышал рваный стук топора, немолодая женщина колола дрова помельче.
— Здравствуй, хозяюшка! Не найдётся ли работы какой? — крикнул я.
— Чего ж не найдётся? Если не безрукий. Денег только нет, — нахмурилась она.
— Нам бы с сестрой переночевать да миску каши.
— Точно сестра? Не девка?
— Точно, — подтвердил я.
Будем не сильно похожи, скажу, что отцы разные.
— В сенях постелю тебе, сестра на лавке поспит в кухне.
Я снял рубаху и принялся за дрова. Так увлёкся, что не заметил всеобщего волнения.
— Глядите, летят! Нечисть огненная, жечь нас будут! — заголосила баба.
Началась паника, люди заметались, все истошно кричали. Я посмотрел на небо, прикрывая глаза от солнца. Два крылатых феникса величественно несли какую-то поклажу. Я залюбовался. Страхолюдины, конечно, а красивые.
Чем ближе они подлетали, тем меньше людей оставалось на улице. Поклажу отпустили в свободный полёт, и только теперь я понял, что в их руках был человек. Тело упало на дорогу со страшным звуком. Я бросился на помощь, не раздумывая.
Женщина была обнажена и избита, но не издавала не звука, безразлично глядя на меня. Я бросился к сумке, чтобы прикрыть её рубахой, но тут из домов высыпали местные.
— Баба голая! Подарок нам!
— Я те дам подарок, собака нерезаная! Губу закатал! Сдохла девка. Или больная какая!
— Точно подарок! Опять гулящая! Моя очередь!
Я не увидел, кто первым бросил в девушку камень. Люди превратились в зверей.
— Что же вы делаете? Что? — кричал я, пытаясь разогнать толпу. — Где ваше милосердие? Ей ведь нужна помощь!
Чутьё подсказывало, что девушка может оказаться той, за кем меня послали Боги. Особенно если вспомнить фразу про моё везение.
— Прекратите! Не люди вы что ли? А приключись такое горе с вашей сестрой? Матерью? Любимой? Одумайтесь, пока не поздно!
Меня пинали, били и толкали. Я падал, но поднимался, прорываясь к девушке.
— Ишь нашёлся! Решил себе девку забрать!
— Не бойся, и тебе перепадёт!
Я сделал то, что помогало сохранить мне ясную голову, начал читать молитвы. Не тихо, а громко. Сейчас они вспомнят, что Боги в нашем мире есть! Это всё искушение, оно пройдёт, когда души почувствуют свет!
— Юродивый, куда прёшь?
Толпа стала реже. Женщины тащили прочь своих мужей, я же был готов умереть, но не дать причинить девушке зла.
— Я не позволю вам её обидеть! Не позволю! Убивайте безоружного и живите с этим! Живите с тем, что кинулись как звери! Не уважаете себя и своих женщин? Побойтесь прогневить Богов! Что она вам сделала? Она ведь беззащитна!
Голос сорвался. Права была Эния. К такому я оказался не готов. Сердце зашлось, я едва дышал.
— Браво, мальчик.
Я обернулся, услышав аплодисменты. Слева появилась женщина в чёрном балахоне. Местная ведьма, тёмная.
— А вы чего встали? Кусты вокруг деревни сами себя не обосрут, — гаркнула она и щёлкнула пальцами. — Одна от вас польза — удобрения.
Зеваки расходились неохотно, косясь на ведьму. Я махнул рукой и бросился к девушке, чтобы скорее её одеть. Приподнял её и ужаснулся, на спине были две зияющие дыры.
— Боги милостивые...
— Богов не существует, — прошептала незнакомка.
Спорить не стал. Что ни скажешь в минуту отчаяния. Не похоже, чтобы мир был к ней добр, но время для речей не подходило.
— Мальчик, шёл бы ты своей дорогой, — зло прошипела ведьма. — Ей помереть положено, а ты в судьбу лезешь.
— Госпожа ведьма...
— Ишь как запел, святоша! Ну давай, умоляй.
Ведьма достала из кармана самокрутку, подожгла её магией и закурила.
— Я обязательно сделаю всё, что пожелаете, но помогите ей, — попросил я.
— Не интересно. С тебя только девство и взять. А у вас, мужиков, нет признака тому никакого, окромя рожи сальной да довольной.
Она зашагала к лесу, я спешно прикрыл девушку рубашкой, стараясь не бередить раны и закинул себе на плечо. Сумку схватил подмышку и припустил за ведьмой.
— Пожалуйста. Разве вы не женщина? Не за себя прошу ведь. Я по хозяйству всё могу! Если не могу, научусь. Травы буду рвать, всё, что скажете!
Ведьма развернулась, тяжело вздохнула и указала крючковатым пальцем направление.
— И где тебя так ладно научили на больное бить? Ирод окаянный. Ладно. Но платишь за девочку ты.
Я кивнул, стараясь идти плавно. Не знал, на что соглашаюсь, но разве мог я иначе? Даже если девушка не та, я обязан помочь.
На порог меня ведьма не пустила, я натаскал веток и развёл костер.
— Ладаном воняешь, — сказала она, подхватывая девушку не хуже любого мужика.
Жирный, облезлый и одноглазый кот на меня шипел, но к ночи сменил гнев на милость. Пришёл клянчить вяленое мясо, разрешил себя погладить. Мы смотрели на огонь и прислушивались к тому, что происходило в доме ведьмы. Девушка изредка стонала и о чём-то просила, а тёмная жгла какую-то гадость и громко хохотала, когда я кашлял от запаха.
Проснулся я затемно, кот грелся на груди, ведьма рылась в сумке.
— Отдай, — потребовала она, извлекая подрясник.
Я не хотел, но... Богам виднее.
— Бери.
— А крови дашь? С вами, мужиками, только у младенцев нужную и брать, — причитала она, принюхываясь к ткани.
— Дам. Одежду девушке дашь?
— Балахон есть. Так поведёшь её, чтобы в следующем поселении дикие её добили?
Одежду ведьмы брать нельзя. Штаны у меня одни. Идти без порток самому или позволить так идти девушке? Нет, так нельзя.
Что делать, придётся снимать свои и пытаться разжиться новыми вещами.
Оттиль, дом ведьмы