Страница 77 из 99
Глава 17. Син Юэ/Сяо Фэн
Домой я вернулась раньше остальных чиновников. Наверное, впервые за долгое время меня радовало, что отец привык считать свою дочь тихой и болезненной девушкой. Никому и в голову не пришло спрашивать, где я провела половину дня.
Я заперлась в своем павильоне, переоделась обратно в женскую одежду и долго сидела возле окна, тяжело дыша.
Как я ненавидела всю знать и свою беспомощность. Они и тогда заставили клан Син сидеть безвылазно, но отец не послушал. Он отправился туда, где стоит его армия. Император назвал его действия мятежом, а отец называл это поиском правды.
В той жизни правды он не нашел, а в этой я не готова мириться с тем, что он так уедет.
Солнце медленно клонилось к закату, а я ждала. Знала ведь заранее, что произойдет дальше.
Мои старания, мой поиск писаря ни к чему не привели. Клан Син все равно обвинили. И что? Я не дам убить отца и назвать его предателем.
Как назло, из-за тревог голова болела нещадно, одна половина лица у меня будто обездвижилась. Успокаивало то, что я еще владела этим телом. И то, что это тело тренировок Мо Юаня не помнило, но мое сознание их не забыло...
Едва последний фонарь догорел, и я отправилась в свое путешествие. Перебросив во тьме свои туфли, я прижала к себе деревянную шкатулку с деньгами и расписками и взобралась по дереву, сев на забор.
После, кряхча и ругаясь, я с большим трудом перелезла, изорвав свое платье. Сознание-то, конечно, помогало правильно подтягиваться и распределять силу в мыщцах, но пользы от науки никакой, если тело не натренировано.
Пешком я отправилась к поместью Син, а проходя наши ворота, старательно прятала лицо. Вроде меня никто не узнал.
Примерно таким же образом я попала на родные земли. Знала, где стражники спустя рукава охраняют, и где растет дерево. Залезла и потопала к Шаохэну.
Внутри поместья было шумно и собралось много людей, но никто не смотрел на девушку в сером платье. Все были заняты сборами.
— Завтра Ван Чэньюй будет локти кусать, — злорадным шепотом произнесла я.
Небеса, если семье повезет, и она выживет, обязательно дам знать родным, что их охрана желает лучшего.
Я постучалась.
— Войдите, — услышала задумчивый голос брата.
Следуя его повелению, я вошла, но после ощутила захват и то, как моя спина ударяется об стену.
— Как больно, — хрипло выдохнула я.
Ко мне опустился Шаохэн.
— Барышня Сяо? Вы то что тут делаете? Я увидел незнакомый силуэт и посчитал, что ко мне отправили наемного убийцу.
Я с вызовом посмотрела на него. Теперь к головной боли добавилась новая.
— А я не могу быть наемной убийцей, молодой господин Син? — язвительно спросила я.
Еще мне хотелось спросить, какой бы наемный убийца объявил о себе заранее, Шаохэн из-за эмоций отупел(?), но прикусила язык. Сейчас мы с Шаохэном не брат и сестра, и даже не друзья.
— Вы? — он помог мне встать и поклонился.
Да, на наемницу я точно не тянула.Чудо уже то, что с опухолью в своей голове я способна разговаривать.
Примерно эти мысли я и прочитала во взгляде Шаохэна, но он, воспитанный у строгого отца, ответил иначе.
— Нет, вы не убийца и не злопыхатель. Странная барышня, которая преследует меня. Вы не раз, и не два предупреждали, что наш клан хотят перебить. Я поражен, как вам удалось войти, но еще больше сражен тем, что вы зачем-то пришли. Барышня Сяо, мы побеждены, что вы еще хотите сказать?
Я буквально кинула свою шкатулку с деньгами и расписками на низкий столик. — Что правитель и чиновники в вас ошибаются, и что вам нельзя отказываться ни от чьей помощи.
— Что это? — нахмурился брат, усаживаясь перед столом. Он приоткрыл крышку, и тотчас закрыл. — Вас генерал Сяо прислал? — осенила его догадка. — Сам не смог, потому что и на ваш клан подумают?
Сначала я хотела так ответить, но не стала.
Мне ненужна лишняя благодарность от клана Син, мне не нужно, чтобы они оценили мои заслуги. Но передавая деньги, используя имя Сяо Жэньдэ, я подставляла его. Так нельзя.
Если моя помощь раскроется, то спросу с болезненной девочки мало, а Гуань Фэн... Он подтвердит, что я всегда была подозрительна и склонна к предательству.
— Простите, но нет, — мотнула я головой. — Это мои средства, только не спрашивайте, как я их раздобыла. Они вам пригодятся, ведь вас лишили всех средств. Их не нужно возвращать, просто заберите и сделайте так, чтобы ваша семья не пострадала.
Шаохэн брезгливо отодвинул от себя мое подношение. Как и всем мужчинам, ему было не чуждо тщеславие.
Небеса, некоторые мужчины скорее отправятся на плаху, чем признают, что женщина оказалась предусмотрительнее них. Это так несправедливо, ведь именно женщины производят мужчин на свет.
— Я не могу это принять, барышня Сяо, — сверкнул брат глазами. — Лучше забирайте все и поскорее уходите. Помогая нам, вы невольно обрекаете и себя. Не расстраивайте своего отца.
Еще немного, и я впала бы в ярость. Но я вспомнила о такой черте Шаохэна, которую он сам в себе ненавидел. Он был немножко прижимист, терпеть не мог, если кто-то тратил деньги попусту.
Тогда я поклонилась и забрала шкатулку. С ней я подошла к окну и выбросила на ветер несколько банкнот.
Они красиво полетели по площадке, взмыли по воздуху и отнеслись к каким-то конюхам. Раздались радостные вопли.
— Что вы творите? — вскочил брат с места — Барышня Сяо, ваша хворь вернулась? Вы с ума сошли?
— Продолжете отказываться, я все содержимое вытрясу, — злорадно посмеивалась я. — Если не на территории вашего поместья, то на улице.
Син Шаохэн побелел от злости.
— Да я вас к отцу отведу.
— Не посмеете. Вы не будете рисковать моей и вашей репутацией.
Ох, я действительно ополоумела. Деньги достались с трудом, я Мо Юаня уговорила, а мой недальновидный брат из-за пустого тщеславия хочет ускорить свою смерть?
Мы смотрели друг на друга несколько секунд, пылая праведным гневом. Потом Шаохэн неожиданно рассмеялся.
— Хорошо, барышня Сяо, хорошо. Я приму их.
— Правда, примете?
— Да, хоть я и не знаю, зачем вы так стоите за нашу семью, по глазам вижу, что вы исполните свою угрозу. Я буду верить вам, в конце концов вы несколько раз помогали клану и были дружны с моей сестрой, но... — он замялся.
— Что но? — подалась я вперед.