Страница 76 из 99
Служанок, значит, нельзя, а этих разноцветных птичек по насестам рассадить можно? Разве они скажут что-то путное про клан Син?
Генерал Син и Шаохэн стояли посреди зала, склонившись в почтении. Их не сковали в цепи, хотя могли, и не завязали в веревки.
Сбоку восседал главный судья, а по бокам его помощники. Чжан Чэна я бы узнала и с большего расстояния.
Пропустив мимо ушей привественную речь, я внимательнее вслушивалась во фразы судьи. Чжан Чэн был первым, кто задавал наводящие вопросы, а еще он напомнил всем присутствующим, что любые улики можно подбросить.
Он говорил спокойно, уверенно, приводил доводы, просил разрешения проверить служащих дворца, чиновников и всех людей, имевших доступ к поместью Син. Но его слова исчезали, словно капли дождя в песке.
Всем было наплевать, они продолжили делать то, что собирались делать с самого начала.
Один из генералов выступил вперед:
Он представил показания нескольких приграничных купцов. Те якобы видели, как люди генерала Син торговали с Бэйху. Генерал Син спорил, как и Шаохэн, но их мнения никого не занимали.
Затем вперед выступила Благородная супруга. Женщина опустилась на колени перед императором. Она умоляла наказать изменников. Очистить небо над империей и защитить народ.
Женщины слабы, но раз нам не досталось физической силы, то нас одарили слезами. Любой другой человек поверил бы ей.
— Хватит, — не выдержал император. — Я вижу, что ты делаешь, — обратился он к своей любимой наложнице. — Но и знаю то, что доказательств недостаточно. Слушайте мой приказ.
Все присутствующие в зале присели, я, конечно, последовала их примеру.
— Син Вэньцзе, — продолжил правитель, — вина твоя пока не доказана, но слухов и улик тоже достаточно. Отправляйся в свое поместье и забери с собой сына. Вам нельзя его покидать. Распусти армию и часть двора. Отныне ты не генерал, а человек, которого обличили в измене. Пока мои люди собирают доказательства, веди себя тихо. Я буду надеяться, — остановился Ван Чэньюй возле моего отца, — что это навет. Не разачаруй меня.
Склонив голову, в такой толпе я могла себе позволить оставаться незамеченной. Я смотрела на Ван Цзэяня, расстроится ли он.
Увы, он и бровью не повел, словно знал, что такова будет воля Сына Неба.