Страница 43 из 99
Глава 9. Син Юэ/Сяо Фэн
Я даже не поняла, как мы оказались за воротами.
Один миг, и я сидела на кровати, сжимая в пальцах край одеяла. Следующий, Мо Юань уже стоял у двери, поманив меня за собой. Я не помнила, чтобы вставала, чтобы одевалась, чтобы выходила из комнаты. Все произошло, как в тумане.
Стража у ворот спала. Я заметила это, когда мы проходили мимо: двое мужчин в доспехах сидели, прислонившись спинами к стене, и тихо посапывали. Один даже уронил копье, но не проснулся.
— Ты их усыпил? — шепотом спросила я.
Мо Юань, шагавший впереди, даже не обернулся.
— Я сделал так, чтобы они не видели нас. Тонкая грань между сном и явью. Они проснутся утром и ничего не вспомнят.
У ворот нас ждали две лошади. Одну лошадь, гнедую, я погладила. А вот вторая вытянула шею и чуть не встала на дыбы, когда к ней приблизился демон.
— Ты уверен, что она довезет? — недоверчиво посмотрела на него.
— Уверен, — буркнул Мо Юань и, схватив поводья, неуклюже вскочил в седло.
Я подавила смешок.
Демон, который вселял ужас в сердца людей, который вершил сделки над душами, который мог одним движением руки призвать тьму, этот демон сидел на лошади так, словно впервые в жизни оказался выше земли. Его пальцы побелели, вцепившись в гриву, плечи напряглись, а лицо застыло в маске сосредоточенного ужаса.
Лошадь под ним заржала, сделала шаг назад и замерла, вся дрожа.
— Она меня чувствует, — сквозь зубы процедил Мо Юань. — Вот и не доверяет.
— Какое мудрое животное, — вставила ехидно, легко взбираясь на свою. — Может, ты ослабел? В прошлой жизни ты просто переносил меня в свое царство. Да ты в мою спальню без спроса чуть ли не каждый день являешься. А сегодня мы едем на лошадях, как простые смертные?
Мо Юань бросил на меня испепеляющий взгляд.
— На такой пустяк, как твоя поездка к жалкому писарю, я тратить свои силы не намерен. И не забывайся, Цзинь Юэ.
— Как скажешь, — я тронула поводья, и лошадь пошла шагом. — Только постарайся не упасть. Мне будет неловко объяснять стражникам, почему на улице лежит демон с вывихнутой шеей.
Он что-то прошипел в ответ, но я не расслышала, ветер унес его слова в темноту.
Ночной город встретил нас тишиной и фонарями. Луна спряталась за тучами, и улицы тонули во мраке.
Мо Юань ехал впереди, указывая дорогу. Он так сильно прижался к кобыле, что я с трудом удерживала смех. Но и хохотать тоже остерегалась. Один раз он простит мне мой "укол", во второй раз отомстит.
Очередной переулок вывел нас на широкую улицу, застроенную низкими, покосившимися домами. Здесь пахло дешевым вином, курительными смесями, кислыми пряностями и сыростью.
— Ужасные трущобы, — поморщилась я. — Разве может здесь жить работник императорского двора?
— А он больше не работник, — напомнил Мо Юань. — У этого мужчины ужасный характер, и скорее всего, я заберу и его душу. Он много хвастался, но когда его уволили, получил по заслугам. Никто не хочет брать его на службу. Он опустился.
На одно мгновение мне стало грустно. От вознесения и падения в пропасть человека почти ничего не разделяет. Но жалость я в себе задавила. Этот проходимец виноват, что в прошлой жизни Шаохэна осудили.
— Он здесь, — сказал Мо Юань, останавливаясь у покосившегося дома с выбитым окном.
Мы спешились. Я привязала лошадей к ржавому кольцу, вбитому в стену, и огляделась.
Из дома доносились голоса. Мужские, хриплые, с пьяной развязностью. Я подошла к окну, заглянула внутрь.
Комната была маленькой, грязной, с низким потолком, подпертым деревянным столбом. В углу валялась солома, на столе стояли пустые кувшины и скромные объедки. Внутри было трое мужчин.
— Твой писарь самый худой, — фыркнул Мо Юань.
Я присмотрелась внимательнее. Писарь выглядел ужасно. Осунувшееся лицо, мешки под глазами, дрожащие руки. Он пил жадно, торопливо, словно боялся, что вино отберут. Мужики рядом с ним усмехались, что-то говорили, но слов я не разбирала.
— Его собутыльники? — шепотом спросила я.
— Скорее, мошенники, — так же тихо ответил Мо Юань. — Заболтают, напоят и навесят новые долги.
Я хотела спросить, что делать дальше, но в этот момент один из мужчин поднялся, хлопнул писаря по плечу, а потом забрал своего спутника. Они прошли мимо, громко переговариваясь о какой-то девке из соседнего квартала, и скрылись за углом.
— Ушли, — выдохнула я.
Мо Юань кивнул.
— Дерзай, Цзинь Юэ. Ты же хотела его допросить. Не бойся, он настолько пьян, что навредить тебе не сможет.
Дверь скрипнула, и я шагнула внутрь.
Сначала вонь ударила мне в нос. Смесь перегара, прокисшей еды и немытого тела. Я задержала дыхание, привыкая.
Писарь поднял голову. Его мутные и красные глаза попытались сфокусироваться на мне.
— Э, — протянул он, и в голосе прорезалась пьяная усмешка. — А парни-то добрые... девку прислали. А я уж думал, забыли про меня.
Он попытался подняться, опираясь дрожащими руками о стену. Ханьфу на нем было грязным, в пятнах, волосы спутаны и сальны. Когда-то этот человек перебирал императорские свитки, а теперь...
— Иди сюда, красавица, — позвал он, шатаясь. — Не бойся, я ласковый...
Он протянул руку, чтобы коснуться моего рукава.
В следующее мгновение его отбросило назад, словно невидимая сила ударила в грудь. Писарь врезался в стену, стукнулся затылком и рухнул на солому, сбив кувшин с остатками вина. Жидкость растеклась по полу темной лужей.
Я обернулась. Мо Юань стоял в дверях, скрестив руки на груди, и смотрел на писаря с таким выражением, будто раздавил таракана.
— Убери руки, — спокойно сказал он. — Она не для тебя.
Писарь заморгал, пытаясь понять, что произошло. Его лицо, и без того бледное, стало серым. Он переводил взгляд с меня на Мо Юаня, с Мо Юаня на меня, и страх постепенно вытеснял из его глаз остатки хмеля.
— Спасибо, — я ошеломленно поблагодарила демона.
— К-кто вы? — прошептал он. — Что вам надо?
— Поговорить, — ответила я, делая шаг вперед. — Только поговорить, если будешь вести себя хорошо, никто тебя не тронет.
Он кивнул, прижимаясь спиной к стене, словно надеялся провалиться сквозь нее.
Я пододвинула табуретку, и села напротив. Мо Юань остался у двери.
— Как тебя зовут? — спросила я.
— Чэнь Бао, — выдавил он. — Вы кто такие? Если за деньгами, то у меня их нет.
— Я не за деньгами пришла, — перебила я. — Скажи мне, Чэнь Бао, это же ты служил писарем в Министерстве. Зачем ты подделывал почерк господина Син Шаохэна?
Позади рассмеялся Мо Юань.