Ты ушёл. Но не отпустил

Глава 16. Комната без игрушек

В районном отделе опеки пахло бумагой, старой мебелью и дешёвым кофе.

В коридоре стояли пластиковые стулья. На одном сидела Лидия Сергеевна. На другом — Павел Громов.

Роман ходил у окна.

Увидев меня, он остановился.

— Где дети?

— В кабинете со специалистом, — ответил Павел.

— Почему без меня?

— Потому что они доставлены бабушкой.

— Она не имела права.

Лидия Сергеевна поднялась.

— Я спасла внуков от того, во что ты превратила их жизнь.

— Вы забрали их из сада обманом.

— Моё имя есть в списке.

— Больше не будет.

— Вера, — вмешался Роман. — Успокойся.

Я повернулась к нему.

— Ты привёл сюда детей после ночи, когда напугал их до слёз.

— Я не приводил.

— Конечно. Это сделала твоя мать. Совершенно самостоятельно.

— Мама переживает.

— А ты случайно оказался здесь с адвокатом?

Павел поправил очки.

— Роман Сергеевич прибыл после звонка сотрудников.

— Вместе с вами?

— Я представляю его интересы.

— Вы носите его интересы в кармане круглосуточно?

— Вера Андреевна, сарказм не поможет.

— Зато вам помогает ложь.

Дверь кабинета открылась.

Вышла женщина в светлом костюме.

— Вера Андреевна?

— Да.

— Я Марина Олеговна, ведущий специалист. Пройдёмте.

— Где дети?

— Они с психологом.

— Я хочу их увидеть.

— Сначала поговорим.

Я вошла в кабинет.

Тамара Леонидовна уже была внутри.

Не знаю, как успела раньше меня.

Она встала.

— Сядьте рядом.

На столе лежало заявление Лидии Сергеевны.

Я увидела несколько строк.

«Аморальное поведение».

«Неизвестный мужчина».

«Ночные посещения».

«Психологическая нестабильность».

Марина Олеговна сложила руки.

— Вера Андреевна, поступила информация, что после расставания с супругом вы находитесь в тяжёлом эмоциональном состоянии, оставляете детей с няней до позднего времени и допускаете ночное пребывание мужчины, склонного к агрессии.

— Кто сказал, что он склонен к агрессии?

— В заявлении указано, что он напал на отца детей.

— Роман дважды толкнул его первым. Артём только остановил руку.

— Есть подтверждение?

— Вызывали полицию.

— В материалах указано, что стороны не имеют взаимных претензий.

— Я написала заявление.

Тамара Леонидовна передала копию.

— Кроме того, — сказала она, — имеются объяснения детей, что конфликт инициировал отец.

Марина Олеговна просмотрела документ.

— Нас также беспокоит ночное нахождение постороннего мужчины в квартире.

— Он остался после того, как дети испугались и Миша просил запереть двери. Спал на кухне.

— Почему не вызвали бабушку?

— Моя мать живёт на другом конце города.

— Могли поехать к ней.

— Дети только что пережили конфликт. Я не хотела везти их ночью.

— У вас отношения с Артёмом Лавровым?

Я услышала совет Тамары Леонидовны:

«Говорить только правду».

— Они начинаются.

— Он знаком с детьми?

— Как внук собственницы квартиры и человек, выполняющий ремонт.

— Он оставался у вас ночью ранее?

— Один раз. После конфликта.

— В заявлении говорится о систематических ночных посещениях.

— Это неправда.

— У заявителя есть фотографии.

Лидия Сергеевна передала снимки.

Я увидела Артёма у подъезда.

Вечером.

Утром.

Он входил с инструментами.

Выходил после ремонта.

На одном снимке время было 07:14.

— Это день после аварии с трубой, — сказала я. — Он пришёл утром проверять соединение.

— Почему у него был ключ?

— Моя мать передала для ремонта.

— То есть посторонний мужчина имеет ключ от квартиры, где живут дети?

Я поняла ловушку.

Каждый обычный факт становился угрозой.

— Ключ он вернул.

— Когда?

— В тот же день.

— Можете подтвердить?

— Мама подтвердит.

Марина Олеговна сделала пометку.

— Где вы работаете?

Я рассказала о проектах.

— До какого времени?

— По-разному.

— Кто находится с детьми?

— Няня или моя мать.

— Отец предлагал помощь?

— Он предлагал отдать ему детей на неделю через неделю.

— Это не помощь?

— Для пятилетних детей постоянная смена дома — не лучший режим.

— Вы специалист?

— Нет. Но я мать.

— Отец тоже родитель.

— Я не препятствую встречам.

— В прошлые выходные забрали детей раньше установленного срока.

— После вызова полиции. Они были напуганы.

Тамара Леонидовна положила перед специалистом документы.

— Вот подтверждение вызова и аудиозапись звонка Валерии.

Я резко повернулась.

— У нас есть запись?

— Она оставила голосовое сообщение после разговора, — тихо сказала адвокат.

На телефоне прозвучал голос Валерии:

«Вера, приезжай, пожалуйста. Он вернулся и ведёт себя ужасно. Дети боятся. Я не знаю, что делать».

Затем плач Сони.

Марина Олеговна слушала внимательно.

— Кто эта женщина?

— Невеста отца детей.

— Она готова подтвердить?

— Пока выясняем.

Дверь резко открылась.

Роман вошёл без разрешения.

— Простите, но я должен пояснить. Валерия была эмоционально возбуждена после нашей личной ссоры. Детям ничего не угрожало.

— Роман Сергеевич, вас пригласят отдельно, — сказала Марина Олеговна.

— Сейчас решается вопрос о моих детях.

— Именно поэтому соблюдаем порядок.

— Моя жена находится под влиянием мужчины с тяжёлым прошлым.

У меня похолодели руки.

— Не начинай.

— Почему? Ты не рассказала специалистам, что Лавров убил в аварии жену и трёхлетнюю дочь?

В комнате стало тихо.

Тамара Леонидовна поднялась.

— Формулировка «убил» является клеветнической. Уголовное дело прекращено за отсутствием состава преступления.

— Он был за рулём, — сказал Роман. — Это факт.

— Он не совершал преступления.

— Но моей жене удобно приводить к детям травмированного мужчину, который не справился даже с собственной семьёй.

Я встала так резко, что стул упал.

— Замолчи.

Роман посмотрел на меня.

Он ждал этой реакции.

— Что? Правда неприятна?

— Ты не имеешь права говорить о его дочери.