Страница 165 из 187
Затем он накрыл мои губы своими — глубоко, властно, безраздельно. Его язык перехватил инициативу, а руки тем временем скользнули ниже. Ладони плавно легли на внутреннюю поверхность бёдер, мягко раздвигая их.
Один палец, уверенный и точный, нашёл чувствительную точку сквозь тонкую ткань белья. Лёгкое, почти неуловимое движение — и по моему телу пробежала волна удовольствия. Тихий стон вырвался из горла, потерявшись в нашем поцелуе.
Он не спешил, продолжая ласкать меня тем же ритмичным, гипнотизирующим движением, вызывая новые, всё более громкие стоны. Другой рукой он сжимал моё бедро, чуть впиваясь пальцами в кожу, оставляя отметины, которые завтра будут напоминать об этой минуте.
Он сбросил с себя одежду одним точным движением и лёг на спину, раскинув мощные руки. Матрас прогнулся под его весом. Его глаза, тёмные от желания, пристально следили за мной, а на губах играла та самая, хитрая ухмылка, что сводила меня с ума с первого дня.
— Давай, сегодня ты, — проговорил он низко, закидывая ладони за голову. Мышцы на его груди и прессе напряглись, вырисовывая каждый рельеф. — А потом когда-нибудь я.
Я медленно опустилась на него, чувствуя, как он входит в меня — медленно, неумолимо, заполняя собой каждую частичку. Губы сами собой прикусили нижнюю губу, чтобы сдержать громкий стон, но тихое, прерывистое простонание всё же вырвалось наружу.
Мои руки легли на его грудь, ощущая под ладонями горячую кожу и бешеный ритм его сердца. Я начала двигаться — сначала неуверенно, потом всё смелее, находя свой, особенный ритм, от которого у нас обоих перехватывало дыхание. Он не помогал мне, лишь смотрел снизу вверх своим пронзительным взглядом, и в его улыбке читалось безграничное наслаждение — и от вида меня над ним, и от того, что он отдал мне контроль, позволил вести эту немую, страстную схватку.
Я ускорила движения, находя свой собственный, дикий ритм. Вперёд-назад, затем круговые покачивания бёдрами — каждый жест рождал новые волны нарастающего удовольствия. Мои пальцы впились в его мощную грудь, цепляясь за напряжённые мышцы.
Голова сама откинулась назад, волосы рассыпались по плечам. Я закрыла глаза, полностью отдавшись ощущениям. В ушах стоял лишь наш прерывистый дыхательный дуэт и влажный звук наших тел.
Внутри всё сжималось и разжималось в такт движениям, каждый раз заставляя меня тихо постанывать. Я чувствовала, как его руки сжали мои бёдра — не чтобы руководить, а просто чтобы ощущать, как я двигаюсь над ним. Его низкое, одобрительное ворчание говорило больше любых слов.
— Побыстрее чуть-чуть можешь? — его голос прозвучал сдавленно, почти хрипло, прерываясь учащённым дыханием.
Я кивнула, не в силах вымолвить слова, и ускорила движения, найдя новый, более стремительный ритм. Моё тело отозвалось мгновенной волной удовольствия, и я глубже опустилась на него, чувствуя, как всё внутри сжимается в ответ.
Он громко застонал — низко, по-звериному, и его пальцы впились в мои бёдра почти болезненно, но это была та самая боль, что лишь подстёгивала желание. Его бёдра приподнялись с кровати, и он начал двигаться мне навстречу — мощно, ритмично, в идеальном согласии с моими движениями.
Воздух в комнате казался густым и горячим, наполненным звуками нашего единения — прерывистым дыханием, глухими стонами, шепотом кожи о кожу. Он не сводил с меня тёмного, почти чёрного от страсти взгляда, и в его глазах я читала всё то же немое обещание — никому не позволит нас тронуть.