Страница 52 из 79
Глава 18 ВСЕ КОМКОМ
ПОСЛЕДНЕЕ СУЕТНОЕ
Верхняя Австрия, город Линц
23 января 1948 года, вечер
Аркадий
— Ядрёна колупайка, как же я сразу не подумал! — пробормотал я, треснув себя в лоб.
— Что такое? — сразу встревожилось несколько голосов.
— Телефон в доме работает? — вместо ответа спросил я.
— Конечно! — ответила бабушка Вильгельмина. — Офицеры периодически звонили.
Вряд ли у дежурного по городу есть пульт с распознавателем входящих кодов. Скорее, стоит обычный аппарат — даже в большинстве постоянных учреждений так устроено, что говорить о временной части!
— Значит, попробуем. Но вопрос с бидоном остаётся открытым. Рассиживаться рискованно. Мы должны быть полностью собраны и готовы, чтобы отправиться как только явятся остальные члены семьи. Если в доме осталось что-то из вещей, которые вы хотите взять с собой — это можно, но не очень много. И у вас максимум два часа на сборы!
— Можно нам пробежать по комнатам? — спросила Магда.
— Да конечно, бегите!
— Аркаша, как мне неудобно с этим ранцем, — посетовала Вилли.
— Ох! Я и забыл! Отдай его пока Хотару.
Так надёжнее будет.
— Хотару, а ты пронесись-ка тоже. Маловероятно, но вдруг у этих типов тут какие-нибудь документы интересные есть. Коля! Пулей мчи вперёд них, шторы везде задёрни, чтоб девчонок никто в окна не увидел.
— Айн момент, ваш-сият-ство!
Унеслись.
Бабушка уже организовала Эмили и других девушек из дома Грэмши помогать паковать припасы, удивлённо приговаривая:
— Надо же, никогда бы не подумала, что буду радоваться алюминиевым мискам и кружкам, которые нам выдали вместо нормальной посуды — а их оказалось так удобно брать в дорогу! Но ложки и вилки возьмём нормальные, серебряные…
А я решил, что дальше мне мешаться под ногами смысла нет, подточил ножи, заботливо прибранные в особняке вдовы Грэм, и пошёл выдать задание моим кадаврам.
— Слушать меня внимательно! — каждый кадавр получил по ножу. — Сегодня ночью в два часа вы покинете этот дом и рассредоточитесь по улицам Линца тройками. Действовать тихо и скрытно, держась по возможности в тени и пользуясь укрытиями. Ваша задача: уничтожить все патрули города — максимально тихо. Далее затаиться в подходящих для этого укрытиях, используя подвалы, чердаки и прочие безлюдные помещения. Далее вы должны явиться по месту вашей службы к обычному времени и убить как можно больше офицеров Европейской коалиции новой цивилизации, отдавая приоритет высшим офицерам и начальству. Если все офицеры закончились, можно убивать солдат и вольнонаёмных Европейской коалиции без ограничения по количеству.
Приказывать им умереть последней смертью я не собирался — пусть воюют до последнего.
Потом мы всё-таки сели за стол — девушки пили чай, а дети и бабушка с дедом поели, хоть и по небольшой порции, чтоб не заболеть после полуголодных недель. Хотару на всякий случай проверила состояние всех и подлечила по мере необходимости, намереваясь также поступить и со взрослыми, которые должны были вот-вот вернуться.
Потом мы загрузили в машины припасы (точнее, грузила пара кадавров, которых грех было не привлечь — тот самый офицер с парижским акцентом и один из его приятелей).
— А я всё-таки получила тот сыр, — гордо говорила бабушка Вильгельмина. — Отличный сыр! И ветчина в дороге тоже пригодится. И вино! Принесите хотя бы двадцать бутылок! Впрочем, за вином я схожу сама, посмотрю, что там осталось приличного…
В общем, если кто-то и наблюдал движение вокруг автобуса и грузовика, то видели они только, как офицеры-цивилизаторы активно куда-то собираются. Мало ли — вдруг на пикник? Я не знаю, обнаглели ли они настолько, чтоб ездить на пикники, но решил оставить это пока как рабочую версию. Или даже лучше так: сопровождение работников, прикреплённых к леди Грэм в её поместье, где у самой леди должен состояться пикник. Идеально.
Надеюсь, никто не помчится к леди Грэм уточнять детали?
Нас, собственно, пока никто ни о чём и не спрашивал.
А если не прокатит?
Гасим всех. Поднимаем и наставляем на путь истинный.
Отличный план!
Бабушка Вильгельмина успела ещё собрать какие-то тюки и свёртки. Не знаю, что там — наверное, что-то нужное. Благо у нас есть грузовик! Бравые франкские офицеры укладывали всё это в кузов и маскировали сверху мешками и граблями из кладовки. Я не стал ничего говорить о том, что у нас может и не получиться вывезти это в Германию. Зачем расстраивать бабушку раньше времени. А вдруг получится?
В восемь вечера я воспользовался телефоном в гостиной и позвонил в дежурную часть. Постаравшись сымитировать голос лейтенанта Буше и его подавленное раздражение, сообщил, что в особняке вдовы Грэм всё штатно — в полном соответствии с текстом, полученным от упомянутого непокойного лейтенанта.
— Принято! — скучным голосом ответили мне с той стороны. — Конец связи.
Боже, надеюсь, это прокатит!
Время ползло всё ближе к половине девятого, а взрослые фон Ярроу всё не появлялись.
— А они не могли увидеть машины и испугаться? — вдруг с тревогой спросила Вилли.
— И куда бы они тогда делись? — посмотрела на неё Магда.
Меня это тоже слегка выбило из состояния спокойного ожидания — сколько я за этот месяц насмотрелся на разнообразные суетные и нелогичные действия, которые совершают испугавшиеся люди!
— Надо кого-то выставить к задним воротам. Могу я…
— Да ты ещё больше напугаешь их своей формой! — сразу возразил дедушка Генрих. — А я…
— А вас может расстрелять любой проходящий патруль!
Немного поспорив, выбрали дежурить бабушку Вильгельмину. Она отправилась к хозяйственному въезду в сопровождении Коли (который в случае чего должен был подать тревожный сигнал) и принялась там прохаживаться с метёлкой (под видом того, что подметает тротуар).
На город опускалась вечерняя тишина.
— Да где же они! — глядя в крошечное окошко задней двери, в двадцатый раз сказал дедушка и тут же воскликнул: — Кажется, идут! Вильгельмина перестала подметать и машет!
— Ядрёна колупайка, вот махать-то как раз не следовало!
Я отодвинул дедушку и побежал на улицу. Навстречу мне с выпученными глазами летел Коля:
— Бабушка сорвалась!
Это я и сам уже увидел. Она начала плакать и объяснять пришедшим ситуацию — путанно и более громко, чем следовало.