Страница 64 из 76
— Сначала заткнула мне рот, а сейчас ещё и ударила, — он выдохнул. — Убить, что ли, тебя?
— Посмей только, — проворчала я.
— Попробую, но потом, — он улыбнулся, показывая свои зубы и ямочки.
Я цокнула и встала, затем вышла из кухни без слов, без ничего. Задолбал.
Прошло несколько часов, я уже не знала, чем заняться. Хотела доконать Энтони, чтобы он уехал раньше. Хотела хоть что-то сделать, но решила просто поспать, подремать.
Проснулась я в четыре вечера. Приготовилась и вышла из комнаты, стала ходить по особняку и затем пошла вниз. Встретила Шона.
— Шон, Энтони ещё дома? — спросила я спокойно, подходя ближе.
— Да, скоро уезжает, — ответил он холодно.
Я покачала головой и пошла в зал, чтобы занять себя телевизором. Мимо меня прошла Адриана на второй этаж, я сдержалась, чтобы не напасть на неё прямо сейчас.
Прошло, наверное, минут тридцать. Энтони вышел из своего кабинета, я это услышала, он прошёл мимо зала к выходу. Я встала и пошла за ним.
— А ты надолго? — проговорила я ему в спину.
Энтони остановился, засунул руки в карманы и повернулся ко мне на пятках. Я скрестила руки на груди и облокотилась на стену.
— Скучать будешь? — он спросил спокойно.
— Буду, — ответила я и закатила глаза.
— На несколько часов, — проговорил он почти себе под нос и посмотрел на время. — Всё, давай, Льдинка. Я поехал.
— Отчитываешься? — я улыбнулась.
— Иди на хер, — проворчал он.
— А поцеловать? После поцелуя пойду, — я стала подходить к нему.
Он выгнул бровь и странно на меня посмотрел, словно видит впервые. Я нахмурилась и посмотрела на него вопросительно, затем встала на цыпочки и поцеловала его в щёку, а когда отстранилась, улыбнулась. Энтони стоял, словно статуя.
Я едва успела цокнуть языком, как его рука впилась в мою талию, резко притянув к себе. Я вскрикнула от неожиданности, ударившись грудью о его твёрдый торс, но звук тут же был поглощён его ртом.
Его губы обрушились на мои с такой силой, что зубы больно стукнулись, но боль тут же растворилась в волне жара, хлынувшей по телу. Он не просил — он брал. Его язык грубо вторгся в мой рот, властный, не оставляющий выбора. Я попыталась отстраниться, но его пальцы впились в бёдра, прижимая так близко, что я чувствовала каждый жёсткий изгиб его тела.
Дыхание спуталось, сердце колотилось где-то в горле. Одна рука рванула мои волосы назад, заставляя запрокинуть голову.
Мои пальцы вцепились в его плечи, ногти впились в кожу сквозь ткань рубашки, но он лишь глубже вонзился в мой рот, словно хотел выпить меня до дна. В голове звенело, тело горело.
Его грудь резко вздымалась, губы блестели, а в глазах плясали тёмные искры — голодные, неутолённые. Внезапно из его горла вырвался низкий, хриплый рык, будто зверь, сорвавшийся с цепи, но силой воли загнанный обратно в клетку.
— Всё, мне правда пора, — проскрежетал он, голос густой от желания.
Его пальцы ещё на мгновение впились в мои бёдра, будто тело отказывалось слушаться разума, но затем он резко отшатнулся, будто обжёгшись.
Я осталась стоять, губы пульсировали, а в животе бушевал ураган. Он же провёл рукой по лицу, смахнув каплю пота с виска, и резко развернулся к выходу. И исчез, оставив за собой лишь тяжёлое, пряное послевкусие опасности.
Я посмотрела на электронные часы на полке — время было около шести. С выдохом я пошла в его кабинет.
В его кабинете я стала шариться в шкафу, в столе, а также в бумагах, которые лежали на столе. Когда слышала шаги, то сразу садилась под стол, но, слава богу, что никого.
Я увидела ноутбук на столе и открыла его, а там пароль. Я сидела и думала, какой может быть пароль. Хотела ввести его дату рождения, но я ведь даже не знаю, когда у него день рождения. Я стала бить головой об стол, чтобы что-то да и придумать.
Я ввела наугад «Omertа», что значит «закон молчания», и экран вспыхнул. Я чуть ли не завизжала от радости, стала шариться по папкам, смотрела совершенно всё.
Нашла папку под названием «Убрать», нашла информацию про всяких людей, а затем и папку «Риккардо и Алехандро».
— Да это же просто бинго, — прошептала я.
В папке были документы: фотографии их лиц, фотографии с камер, машины, инициалы. И затем местоположение.
— Канада, а город Торонто, — проговорила себе под нос. Так же был примерный адрес.
Когда я хотела уже закрыть ноутбук и поставить всё, как было, то увидела папку «Личное». Кто не будет пользоваться моментом, чтобы посмотреть, что у мафиозного босса? Точно не я.
Открыла её, и там была всего одна папка с моим именем — «Виолетта Блейз». Внутри было всё: дата рождения, имена родителей, паспорт, карты, фотографии с клуба, детские фотки. Да там было совершенно всё.
Времени было мало, потому я всё закрыла и поставила так, как всё было. Посмотрела на время — уже полседьмого, я быстро выбежала из кабинета. Скоро должна приехать Алессия, хоть бы она успела.
Через минут двадцать после того, как я вышла из кабинета, дверь открылась, и зашла Алессия. Я быстро подбежала к ней.
— Адриана тут? — прошептала она.
— Да, — ответила так же шёпотом я. — План её убийства у тебя есть?
— Я думала, ты придумаешь, — чуть не засмеялась Алессия.
— Я придумала, — улыбнулась ей я. — Просто думала, что ты тоже что-то придумаешь.
— Рассказывай, — она поправила свои волосы.
Я резко схватила Алессию за руку и потянула вглубь коридора, где нас точно никто не услышит.
— Вот как мы это сделаем, — прошипела я, и мой голос звучал хрипло от предвкушения. — Сначала оглушим. Удар по затылку чем-то тяжёлым — монтировкой, молотком, неважно. Главное, чтобы не убило сразу.
Алессия замерла, её зрачки расширились.
— Потом свяжем. Заткнём рот, чтобы не орала. Оттащим в подсобку — там звукоизоляция, — улыбнулась я, представляя всё это.
Алессия слушала внимательно. Я оглядывалась, чтобы никого не было.
— А там начнём развлекаться. Отрежем пару пальцев — посмотрим, как она завоет. Разрежем кожу на спине полосами. Может, прижжём что-нибудь раскалённым, — я показывала на себе.
Алессия резко вдохнула, но не отпрянула.
— И только когда нам надоест... — Я провела пальцем по своему горлу. — Перережем глотку. Медленно. Чтобы чувствовала, как истекает.
— А труп? — прошептала она.
— Отвезём и закопаем. Машину возьмём, я умею водить, а точнее, научилась, — посмеялась я.
Алессия кивнула. В её глазах отражалось то же холодное безумие, что и в моих.