Страница 45 из 76
Я побежала быстро к воротам. Там было двое охранников. Руки затряслись из-за адреналина. Я достала пистолет и выстрелила сначала в одного, а затем во второго. Выстрелы эхом разнеслись по окрестности. Я быстро нажала на кнопку на ключе, и ворота стали открываться. Я выбежала за ворота и нажала на сигнальную кнопку на втором ключе, и одна из машин подала сигнал о разблокировке дверей.
Умею ли я водить? Не знаю. Сейчас узнаем.
Я запрыгнула на водительское сиденье. Машина бронированная, хотя вспомнить, как нам тогда с Энтони стекла разнесли, это не успокаивает.
Я вставила ключи и провернула. Мотор зарычал, я посмотрела на коробку передач и вспомнила, что делал Энтони, когда был за рулём. Буквы те же, коробка та же. Я вспомнила, как он зажимал педаль, ту что справа, и я зажала так же, а затем поставила коробку «D» и нажала на другую педаль, машина тронулась.
Я стала ехать по этой дороге, руки дрожали, и я неуверенно держала руль. Я ехала, пока не услышала выстрелы за спиной. Я вздрогнула и ехала дальше.
Я как-то с божьей помощью выехала в город, не знаю, сколько прошло, но немного времени. И вот я уже в городе. Руки вжаты в руль так, что костяшки побелели. Всё-таки надо было мне сдавать на права. Надо было. Но сейчас я использую всё то, что наблюдала за Энтони.
Я бросила машину около какой-то парковки и побежала дальше, пыталась слиться с толпой. Что у меня получилось.
Когда я забежала за переулок, то быстро сняла с себя ту одежду, которую надела до этого. Теперь я осталась в лонгсливе и шортах. Пойдёт. В кармане шорт — пистолет, который скрывает лонгслив.
Я побежала дальше, не зная куда, но надеюсь, что найду тут тех, кто разговаривает на английском нормально.
Когда я бежала, то врезалась в спину мужчины.
— Девушка, будьте осторожны, — прозвучал до боли и облегчения мужской голос. — Принцесса?!
Я расплакалась, разрыдалась навзрыд. Риккардо обнял меня, а я сжала его руки, словно это был спасательный круг. Хотя это так и есть в данный момент.
— Риккардо, — я рыдала.
— Принцесса, — продрожал его голос. — Я думал, что никогда тебя не увижу. Как... Как ты тут...
— Я сбежала от Варгаса, — шептала я. — Я убила трёх людей... Мне пришлось! Пришлось!
Я кричала ему в грудь, а он держал меня сильно.
— Как? Как ты тут? — я спросила его, поднимая на него глаза. — Ты, ты за мной?
— Отец сказал, чтобы я с людьми прочесал Испанию, — проговорил он, смотря мне в глаза. — Тебя все ищут, совершенно все.
— Забери меня отсюда, пожалуйста, — мой голос продолжал. — Я прошу тебя!
Он без слов взял меня за руку и повёл к своей машине. Мы шли долго, но я не считала.
— Прости, принцесса, — прошептал он, когда мы подошли к машине.
— За что? — посмотрела на него.
— За это, — Риккардо посмотрел на меня.
Я не понимала, но когда мою шею пронзила боль и потом жжение, я поняла.
— Риккар... — начала я, а мой разум сразу погас.
Риккардо воткнул мне шприц в шею с какой-то жидкостью. Скорее всего, лошадиная доза снотворного либо что-то такое. Я надеюсь, что это так нужно. Очень надеюсь. Ведь мне сейчас так нужно успокоиться после всего этого.
Проснулась я от резкой пощёчины по лицу, моментально открыла глаза, а шея болела. Повернув голову, я почувствовала, как мои руки и ноги связаны, а я сижу на стуле. Перед мной стоял человек в маске. Горло пересохло, он открыл мне рот и влил воду. Я проглотила.
В комнату вошёл Риккардо, я улыбнулась, а когда вошёл Варгас, улыбка слетела с моего лица. Ужас накрыл меня, как одеяло после долгого рабочего дня.
— А вот и наша звёздочка, — похлопал в ладоши Варгас с улыбкой. — Я так и знал, что ты та ещё загадка. Не перестаёшь удивлять. Завалила трёх моих ребят.
Риккардо стоял рядом с ним с ухмылкой, смотрел на меня. Я совершенно ничего не понимала.
— Риккардо, почему ты... — мой голос хриплый, он перебил.
— С Варгасом? Ну, знаешь, я с ним потому, что он мне платит. Мне не хватает денег, которые даёт отец. А Варгас хорошо мне платил постоянно, — ответил он спокойно. — Это бизнес, Виолетта.
И только сейчас я поняла, что всё это время этот человек носил маску доброго и милого парня. Всё это время.
— Я работаю на него уже три года. Когда ты попала в прошлом году к нам, а твой отец попросил вернуть тебя, то этим занимался изначально я. Я обманывал тебя. Играл роль хорошего человека в этом мафиозном мире. Играл с тобой так, как хочу я. А ты верила. А ведь явно тебя предупреждали, но ты, как дура, верила и цеплялась за меня.
— Замолчи, — прошептала я.
— В тот момент с сестрой я тоже обманул тебя. Никакой сестры не было. Я вёз тебя к Варгасу, которому продал тебя твой же отец. Спросишь о любви? Да это ёбанная ложь.
— Заткнись! — крикнула я, а затем получила ещё одну пощёчину от человека.
Кровь наполнила рот, потому что я прикусила язык.
— Спросишь, почему же меня тогда ударили? Потому что твоё похищение подстроил я. В шампанское я подмешал тебе наркотик, когда ходил тебе за добавкой на том мероприятии.
Я слушала, а слёзы стали подступать к глазам. Так горько, так обидно. Я вспомнила слова Энтони, когда он приехал, когда Риккардо забрал меня, и особняк Скалли сгорел. Его слова ударили мне в голову: «Никому не доверяй». Какая же я дура...
— А самое главное, твою мать убил я. Как же она хрипела, — прохохотал он.
Я почувствовала, как мир рухнул.
Сначала — ледяная волна, будто кто-то вылил на меня ведро воды с колотым стеклом. Потом — пустота. Абсолютная, оглушающая. Его слова висели в воздухе, как ядовитый туман, и я не могла вдохнуть, не могла закричать.
Горло сжало так сильно, будто его перетянули проволокой. Мозг тут же нарисовал картину: её широкие, полные ужаса глаза, пальцы, цепляющиеся за жизнь, его торжествующую ухмылку.
А потом — ярость. Горячая, слепая, клокочущая где-то в груди, в висках, в кончиках пальцев. Она подступала волнами, сжигая всё на пути. Я сжала кулаки так, что ногти впились в ладони, но боли не чувствовала. Только бешеный стук сердца, только свист в ушах. И ещё — предательство. Оно разлилось по венам, как кислота. Каждый его смешок, каждый взгляд, каждое прикосновение за эти дни — всё было ложью. Я думала, что мне страшно. Но сейчас страх испарился. Осталось только одно:
Я убью его. Даже если это последнее, что я сделаю.