К вознесению

Месяцы спустя, когда уже стала заметна ее беременность, в Роттердаме провели маленькую службу. Официально считалось, что ее сестра утонула, работая в море. Хелена не смогла заставить себя рассказать Фенне правду. Мать угасала на глазах; она жила в доме престарелых, и врачи удивлялись, что она вообще протянула так долго. Ли просила в случае смерти похоронить ее в каком-нибудь заповеднике. Хелена помнила, с каким упоением Ли рассказывала, что насекомые, стервятники, дикие псы и кабаны растащат тело, оставив лишь жидкий осадок, который впитается в почву и поможет траве расти. Как обычно, она не понимала свою сестру, но принимала.

Ли даже составила завещание и просила Хелену как ближайшую родственницу подписать его. Тогда она гадала, что это может значить, — это случилось за год-два до отъезда Ли в Калифорнию. Сестра только-только вернулась из долгой морской экспедиции. Была недовольна своей работой, отношения с Даной не заладились. Может, идея о похоронах в заповеднике была сродни шоковой терапии, чтобы прервать ход мыслей, вывести себя из хандры.

Как Хелена узнала из охапки документов, которые их просили подписать в институте, если бы тело и осталось, оно бы все равно принадлежало компании и компания выдала бы его только по собственному усмотрению. Это показалось ей необычным. Она выслушала их доводы, покивала, потом потребовала показать все юридические соглашения между ее сестрой и ИКИК. Когда же юристы, как и ожидалось, отказали, она известила, что подает иск.

И всякая поддержка со стороны института мгновенно прекратилась. Ушел наряд охраны. У них потребовали вернуть все выплаченные средства. Она пыталась найти другие семьи, но никто не отвечал. ИКИК успел до них добраться и заключить непрошибаемые договоры. На Хелену надавили, однако она не сдалась. Ее поддерживала ее фирма в Джакарте — специалисты по морскому и внеземному праву. Она работала по контракту, родила Лендерта, затем Алекса, одновременно отбиваясь от все более враждебных попыток института заткнуть ей рот.

Прискорбный побочный эффект иска — их имена стали известны общественности; без этого было не обойтись. Это произошло одиннадцать лет назад, через два года после Хьюстона. Она, Джек и однолетний Лендерт переезжали трижды за три месяца. Уже тогда судебные издержки взлетели до небес. Пришлось нанимать собственную охрану, чтобы защищаться от института, любителей теорий заговора и фанатиков. Ли — годы спустя после смерти — стала лицом «Просцениума-1», и в какой-то момент этот ненормальный интерес ударил по Хелене и ее семье.

Отказ института от прозрачности застал ее врасплох, разозлил, а в конце концов заинтриговал. Вскоре после подачи иска организация распалась. Это заинтересовало ее еще больше. Какая удивительная решимость ничего не разглашать. Когда через несколько лет интерес общественности поугас и все завязли в юридическом болоте, она решила — вдруг, ни с того ни с сего, — написать на сайте своей фирмы адрес почтовой ячейки в Джакарте. И попросила любого, кто обладает информацией о работе института до января 2031 года, присылать материалы по этому адресу. Джек от этого предостерегал. Да все говорили, что это плохая идея. Она знала, что привлечет новый поток конспирологов.

Приходила почти сплошная макулатура. Дай бог процентов десять сведений представляли собой что-то разумное — анонимные сообщения от сочувствующих инсайдеров, расследование группы профессиональных астрономов, — но либо они не говорили ничего, что Хелена уже раскрыла самостоятельно, либо скатывались в абсурдные и необоснованные гадания. На самых интересных письмах, заметила она, никогда не указывался обратный адрес.

Иногда она замечала некую закономерность и задавалась вопросом, не сходятся ли в одну картину сведения из двух с виду разных источников. Одно из совпадений касалось огней. Несколько корреспондентов сообщали о необычно ярком свете, который двигался в небе в ночь 31 января 2031 года. Авторы основывались на сотне независимых свидетельств. Событие продлилось три секунды на площади в пятьдесят пять квадратных километров. Никто не объяснял, что это за объект, что с ним происходило. Ни одно расследование ни к чему не пришло. Но она отметила, что свет совпадал с местом ожидаемого возвращения «Нерея», которое, насколько ей было известно, нигде не разглашалось.

Лучше бы Джек рассмеялся. Но когда однажды вечером она вернулась домой, сжимая метеорологические карты, он посмотрел на нее и ласково убрал волосы с ее глаз.

— Ты в порядке? — спросил он. — Как думаешь, может, тебе к кому-нибудь сходить?

Год спустя она получила сведения о грузовом корабле в Атлантическом океане: русском судне, зарегистрированном в Панаме под неожиданным названием — «Иаков и Мария». «Иаков и Мария» доставлял каучук с северо-востока Бразилии в датский Эсбьорг — с минимальным экипажем, который допустим при беспилотных морских перевозках. Тот участок океана считается пустым и неинтересным, там никогда не видели ничего достойного внимания. Но в ходе данного рейса морские власти зарегистрировали сообщение об инциденте. По чистой случайности второй помощник в нужный момент выглянул из иллюминатора на запад. Там, в пятидесяти метрах от корабля, на плывущей доске, находилась ее сестра.

Хелена отложила конверт. Такого она не ожидала. Она уже стала экспертом — и здесь все указывало на то, что сообщение прислал искренний доброжелатель. Она подождала несколько секунд, сидя на открытой террасе лапшичной, глядя на промышленный залив, слушая лязг и скрежет огромного порта, немного напоминавшего о доме, об экскурсиях, которые им проводил в детстве Герт. Порт Роттердама был настолько огромным, что они с Ли представляли его себе отдельной страной и приходили с паспортами, нарисованными дома, чтобы не просто посетить ослепительный край огней, сирен, непостижимой кубической архитектуры и элегантной хореографии, но и, если представится возможность, сбежать — пробраться на корабль и отправиться в приключение, которое заведет их дальше, чем они могли мечтать.

От того, что с Ли это в конце концов случилось — она действительно попала на борт и отправилась в невероятное приключение, — лишь сильнее щемило в груди. Когда до Хелены доходили всякие смехотворные заявления, она не могла не почувствовать легчайшего фриссона возбуждения, желания и самой окунуться в такое же невероятное приключение, путешествовать по непостижимым далям, где она в конце концов встретит свою сестру.