Страница 4 из 46
Низкая деревянная резная кровать, простой стол с письменными принадлежностями: уложенными в ряд по размерам кистями, стопкой тонкой рисовой бумаги и фарфоровыми белыми тушечницами. Но больше всего привлек внимание малыша деревянный меч с алыми лентами.
Ши не был в этой комнате уже десять лет. С волнением, совсем не подобающим воину, входил он в детскую, где сам впервые взял в руки кисти. Однако он подошел не к ним, а к мечу, одиноко висящему на стене напротив стола. Ши вспомнил свой первый урок, вспомнил своего Учителя, его взгляд из-за плеча с озорной улыбкой, взмах черных
волос. Деревянный персиковый меч в руках Учителя выписывал невероятные иероглифы с такой скоростью, что алая лента не успевала за ним и издавала легкий дребезжащий звук. Приоткрыв от удивления рот, он следил за своим Учителем, пока тот, хитро усмехнувшись, не взмахнул деревянным мечом так быстро, что отсек маленький кусочек алой ленты. Крик удивления вырвался из груди Ши, а яркий кусочек шелка медленно, подобно осеннему листку, упавшему с дерева при тихой погоде, скользил в плотном пространстве комнаты.
Где сейчас его Учитель? Смог ли найти он Путь к бессмертным? Или его душа до сих пор не обрела покоя... или Пути. Ши взял меч, аккуратно достал из деревянных резных ножен деревянный клинок, ощутил его деревянную рукоять... и - все его тело содрогнулось от миллионов маленьких молний, пронзивших каждую клеточку. Он медленно провел мечом перед глазами влево, потом вправо и снова влево, пока не понял, что за ним внимательно следит еще одна пара глаз. И теперь каждое его движение будет оставаться в памяти его сына.
В сумраке комнаты он увидел лицо своего Учителя, который улыбался ему, как будто говоря: «Настал твой черед стать Учителем»... Вот так происходит инициация. И не было пышных ритуалов, не били барабаны, не пели монахи... Просто отец начал учить сына быть в этом мире...
В тени комнаты, в полусумраке и живительной прохладе стояли двое, один из которых стал Учителем.
Ши медленно вставил клинок в ножны, соединив два предмета в один, повесил персиковый меч на стену и, из-за волнения даже не поцеловав по обыкновению сына, вышел из комнаты. У его сына, так же как и у него в детстве, будет много учителей - каллиграфия, астрология, боевые искусства, но... Нечто, самое ценное и сокровенное, то, что познал только он, и то, что передал ему его Учитель, он должен будет передать своему сыну сам.
Ему говорили, что следует делать и что не следует делать императору, но, каким должен быть император и что значит - быть императором, ему так никто и не сказал... И, потеряв Учителя в первом же походе, в свои шестнадцать лет он должен был принимать решения, от которых зависела его судьба, судьба его семьи, да и судьба всей империи. Он должен был быть тем, кому повинуются и люди, и духи, и время...
Проводив взглядом отца, малыш стоял в дверях комнаты один, не зная, что ему делать: плакать или радоваться. В комнате все было для него ново и необычно. Но ему вовсе не хотелось шалить и бегать от мамок, их просто не было. Но был покой и умиротворение. Он шагнул внутрь комнаты, как будто делал первый шаг во взрослую жизнь.
Сосредоточенность и тишина встретили малыша в его новой комнате.
Есть в тишине печальное: прости...
Есть детский крик и есть раскаты грома... Есть в тишине безумное: пусти на свет прийти...
Или на крышу дома...
Есть в тишине печальное: прости...
И есть в молчании начало новой жизни,
Как будто хиромант С твоей рукой запутался
средь параллельных линий...
Конфуций говорил:
Мудрых услаждают воды, человечных услаждают горы, мудрые деятельны, человечные безмятежны, мудрые счастливы, человечные долговечны.
Первый урок. Светлая цзин
С
пустя некоторое время в комнату наследника зашел советник и нашел его высочество сладко спящим на кровати прямо в церемониальной одежде. Темная полотняная ряса, расшитая серебристыми облаками, подрясник из бирюзово-изумрудного атласа, плетенный из тонкой шелковой тесьмы поясок, белые шелковые чулки на ногах, а на голове была черная атласная шапочка с позолотой.
Советник разбудил его, помог переодеться и подготовил все для занятий каллиграфией.
Черная тушь мягко ложилась на рисовую бумагу, послушная каждому движению кисти. Наследник внимательно следил за кистью, пока сам не захотел попробовать взять ее в руки. Советник с мягким поклоном протянул ему кисть и положил перед ним новый лист рисовой бумаги. Малыш, не долго думая, стал повторять движения советника. Вертикальная полоска вниз, потом горизонтальная черта, перечеркивающая полоску вверху, потом штрих слева от внутреннего угла перекрещенных линий вниз и влево и такой же зеркальный штрих справа. Вот и получился иероглиф «дерево».
Прекрасно, ваше высочество, - вырвалось у советника, — это ваш первый автограф! Вы написали — «дерево»! Теперь давайте попробуем другой! - И он вывел иероглиф «огонь».
Наследник старательно повторил за ним. Ножка влево, ножка вправо, получился человечек, только без головы и без рук. Потом небольшой штрих слева и такой же справа.
Ваш отец будет вами гордиться, ваше высочество! Я сохраню эти автографы!.. Он должен их увидеть!
Но Ши и так наблюдал за ними через окно павильона.
Между тем советник провел вертикальную черту, затем горизонтальную внизу под вертикальной так, что они слегка касались друг друга; а затем еще одну горизонтальную, немного выше первой. Наследник точно так же повторил за ним порядок линий. Советник взял два последних листка, положил их рядом перед наследником и спросил:
А теперь скажите, ваше высочество, на что это похоже?
Справа от наследника лежал иероглиф «огонь»,
а слева - «земля».
Эта картинка похожа на человека, который стоит и быстро машет руками...
Советник улыбнулся:
Вы очень проницательны, ваше высочество, элемент внизу действительно называется «ноги».
30
Первый урок. Светлая цзин
И этот иероглиф действительно похож на человека, который быстро машет руками, потому что это - иероглиф «огонь».
Ну, тогда этот человек согнул голову и быстро убегает от огня...
Ши не смог сдержать улыбку...
А что вам напоминает эта картинка?
-А это меч, воткнутый в землю...
Да, пусть будет так, потому что этот иероглиф означает «земля».