Страница 85 из 99
Стоило мне принять прохладный фарфор, как Сесилия с гордостью преподнесла мне небольшую деревянную шкатулку, внутри которой аккуратно лежали аппетитные пирожные: — Я сама приготовила эти сласти из лимонов. Не хочешь попробовать, мой муж?
Она произносила это короткое «муж мой» так сладко, чисто и звонко, что у меня пересохло в горле. В этот миг я малодушно вспомнил, как ещё совсем недавно твёрдо и громогласно заявлял матушке, что терпеть не могу этих «неженок из благородных семейств», с которыми одни хлопоты. И вот теперь, глядя на её разрумянившиеся щёки, я почувствовал, как мои собственные уши предательски пылают огнём. Чтобы скрыть эту сладостную, нелепую неловкость, я сделал поспешный глоток, отчаянно пытаясь вернуть себе самообладание под лукавым, понимающим взглядом притихшей на качелях Элары.
***
Элара Валериус
Я лениво покачивалась на качелях, пряча лицо за раскрытыми страницами книги, а мои глаза сами собой щурились от улыбки.
За этой мнимой увлечённостью чтением я скрывала мысли, которые уносили меня далеко отсюда. Я снова и снова вспоминала тот вечер, покрасневшие, невероятно красивые уголки глаз Каллума Рейна и его хлёсткие, переворачивающие душу слова о том, что он «оставит меня подле себя даже после смерти» ... От этих воспоминаний сердце до сих пор пускалось вскачь. Неужели чувства в этом мире не подчиняются единым правилам, а рассыпаются тысячами совершенно разных, порой пугающих оттенков?
Летний зной навевал дремоту, располагая к долгим размышлениям. В последнее время я всё чаще ловила себя на том, что возвращаюсь мыслями к Каллуму и тайнам своей прошлой жизни. И каждый раз, когда мне казалось, что я наконец-то докопалась до сути и сделала верный вывод, очередные глубокие, безответные вопросы камня на камне не оставляли от моих умозаключений.
Полдень неумолимо приближался, и солнце припекало всё нещаднее.
Молодожёны передо мной — мой старший брат Юлиан и его прекрасная невеста Сесилия — наслаждались своим медовым месяцем, и мне совсем не хотелось докучать им своим присутствием. Собрав в кулак растрёпанные мысли, я легко поднялась, тепло попрощалась с ними и направилась к себе.
Стоило мне переступить порог собственного внутреннего дворика, как навстречу выбежала взволнованная Марта. На кончике её аккуратного носа проступили капельки пота, а в глазах горел такой отчаянный азарт, что она выпалила едва ли не с порога: — Госпожа Элара! К нам только что прибыли люди с предложениями о замужестве! Сразу из двух знатных домов — от самого генерала Харкорта и из поместья барона Крейга!
— Сватовство? — я замерла на месте, изогнув бровь от неожиданности. — И кого же они хотят взять в жёны?
— Как это кого, госпожа? Вас, конечно же! — Марта всплеснула руками от избытка чувств. — Говорят, на свадебном пиру молодого генерала Юлиана несколько дней назад собрались едва ли не все молодые господа из лучших аристократических семейств Остерхольда. Стоило им увидеть вашу необычайную, ослепительную красоту, как многие тут же потеряли голову. И вот, сегодня две семьи уже прислали своих людей!
Марта говорила это, одновременно сияя от гордости и испуганно хмурясь.
В отличие от Марты, я не почувствовала ни капли радости. Мою грудь сдавил тяжёлый, тоскливый вздох, а в душе воцарилось полное смятение. Обречённость и страх перед неизбежным будущим, так хорошо знакомые мне по прошлой жизни, вновь напомнили о себе. В голове настойчиво бился лишь один мучительный вопрос: какую причину для отказа мне придётся изобретать на этот раз, чтобы не навлечь гнев влиятельных лордов Империи Остерии?