Страница 41 из 121
Глава 23. Странное поведение...
Несколько мгновений Игорь Степанович, замерев, смотрел на меня. Он умудрился еще раз десять
меня поцеловать, прежде чем разумная мысль о неправильности этого посетила его голову. Его
глаза широко раскрылись, рот тоже приоткрылся. Обычно грозный и крайне самоуверенный муж
вдруг показался мне каким-то испуганным и ранимым.
Наконец мышцы на его лице нервно дрогнули. Он отшатнулся от меня, как от прокаженной, и
буквально кубарем свалился с кровати на пол. Замер. Я тоже замерла. В комнате воцарилась
тишина. Я только слышала безумно колотящееся сердце. Своё, естественно. Боялась даже
вдохнуть. Гадала о том, что сейчас будет. Начнет ли он обвинять в том, что я его соблазняю?
Прошло, наверное, несколько минут, прежде чем с пола послышался шорох. Игорь Степанович
встал, сбросил с себя одеяло. Я увидела, что одет он в одни только мужские панталоны — некое
подобие местных семейных трусов. Постоял ко мне спиной несколько мгновений, после чего
решительно отправился в соседнюю комнатушку, которая служила нам и ванной, и уборной.
Заперся там. Я слышала звук льющейся воды, а сама просто не знала, что думать.
Почему он не кричит? Для крика слова готовит, что ли?
Вышел он оттуда умытым, причесанным. Даже не глядя на меня, начал одеваться — как будто
ничего не произошло. Медленно и неторопливо. С каким-то совершенно спокойным выражением на
лице Игорь Степанович полностью оделся, взял свои часы со стола и вышел. Вот так просто. Ни
слова не сказав.
Я лежала некоторое время в полном одиночестве, вообще не понимая, что произошло. Может
быть, мне самой причудилось, что он меня тут расцеловывал? Но нет. Это точно было правдой.
Как его понять?
Зазвенел колокол — это была общая побудка. Я нехотя встала, поспешила умыться, одеться, но
все мои мысли были там, вновь и вновь переживая утреннее происшествие. В итоге я немного
опоздала к завтраку. Там уже была куча народу. Поэтому я развернулась и ушла, тем более что
кусок в горло не лез.
Занятия начались как обычно, но я не могла слушать лекции. Мне несколько раз делали
замечания. Я видела разочарование в глазах преподавателей.
Наконец, староста нашей группы — а её выделили из учащихся — отозвала меня в сторону и
заявила, что я наказана.
— С чего вдруг? — возмутилась я.
— Вы сегодня подавали отвратительный пример другим ученицам, — произнесла девица надменно.
Звали её, кажется, Сабрина. — Совершенно не слушали преподавательниц. Постоянно отвлекались.
— Но это же несправедливо…
— Я обязана следить за атмосферой в нашей группе, - прервала она меня. - Поэтому назначаю
вам сегодня вечером отрабатывать в столовой.
Мне хотелось возмутиться, но я подумала о том, что действительно виновна. Слишком уж Игорь
Степанович меня поразил. Поэтому я согласилась, закрыв на всё глаза. До конца дня старалась
не думать ни о чём, а сразу после занятий пошла в столовую.
И надо же было такому случиться, что... я попала туда в тот момент, когда там находилась
Алёна — мужняя личная служанка. Похоже, она брала для него обед. Когда я замерла на пороге
кухни, меня никто не заметил. А вот голос Алёны вовсю вещал.
Она хвалилась тем, что Игорь Степанович с ней спит. Дарит подарки. Одаривает деньгами,
нарядами. И якобы уже не раз обещал выгнать свою неудачницу-жену и жениться на ней.
Я застыла в полнейшем шоке. Какой ужас! Несмотря на то, каким, мягко говоря, сложным и
тяжёлым человеком был Игорь Степанович, я была уверена, что ничего подобного он ей не
говорил. Он слишком печется о своей репутации, чтобы действовать столь сомнительным образом.
А она всё это выдумала. И теперь они всей толпой чешут языком, перемалывая кости — и мне, и
моему мужу.
Вошла я в тот момент, когда Алёна собиралась выходить вместе с подносом еды. Мы едва не
столкнулись, и она замерла передо мной, испуганно вытаращив глаза.
Ага, поняла, что попалась на лжи?
— Прилюдно заявляю, — разнесла я громко, — что сказанная этой неблагодарной служанкой —
абсолютная ложь!
На этом я закончила. Говорить что-то большее означало оправдываться, а мне это было не
нужно. Слуги смотрели на меня напряжённо, боялись жестокого наказания.
Я развернулась и, скрипя сердцем, обратилась к главной кухарке:
— Сегодня моя очередь отрабатывать на кухне. Скажите, чем бы я могла заняться?
И тут же послышался презрительный смешок Алёны.
— Ах, великая госпожа будет мазать белые рученьки! Неужели такое возможно? Неужели мы
насладимся таким представлением?
— Ты уж точно не насладишься, — бросила я, резко поворачиваясь к ней. — Потому что тебе
пора. Относи еду господину, прислужница!
С этими словами я направилась в соседнюю комнату, которую мне любезно предоставили для
отработки, надеясь, что наглая девица постыдится своих деяний…